Моя русская княжна - Арина Теплова

— Ты ходила в хамам и чиста. Потому не надо сопротивляться.

Его жадные губы сменили его ладонь на моих губах и начали страстно, дико целовать меня.

Глава 47

Опять произошла вся эта мерзость, которой я не желала.

После я лежала на животе, совсем опустошенная и подавленная, чувствуя, что у меня нет сил. Тяжелый день измотал меня, хамам расслабил, а еще этот мерзавец со своими ласками притащился. Но внутренняя злость и раздражение заполонили все мое существо.

Янгир лежал рядом, по-свойски положив тяжелую руку мне на спину, и его горячее дыхание опаляло мой затылок. Я ощущала его расслабленную позу и довольное состояние. Чуть ранее он что-то шептал мне о моей красоте и о том, как я желанна, но меня это не трогало, а сейчас мне хотелось сделать что-то дикое и безумное.

Услышав, как он захрапел, я прямо взбеленилась.

Вот поганый турок! Завалился ко мне ночью в спальню, нагло настоял на близости и потом спокойно уснул рядом, словно я была его женой. И это все он видимо считал нормальным. Но это было не так. Все было дико и гадко.

Вдруг мой взгляд упал на ковер у постели. На нем лежали его шаровары, а рядом — кинжал в кованных ножнах. Видимо, он, раздеваясь, кинул свои вещи на пол.

Я долго смотрела на этот кинжал, а в мою голову полезли страшные мысли: взять холодное оружие и, пока этот гад спит, убить его. Тогда я наконец избавлюсь от него!

Но как было решиться на это?

Я лежала без сна и мои мысли становились все темнее. Вскоре некое безумие завладело мной.

Слыша раскатистый храп Янгира, я очень осторожно выползла из-под его тяжелой руки, подкралась к его одежде и быстро схватила кинжал. Вытянула оружие из ножен и бросилась к мужчине, который развалился в расслабленной позе на моей широкой постели. Но в этот момент турок вдруг проснулся и резко открыл глаза. Стремительно перевернулся на спину, словно инстинктивно почувствовав опасность.

Но я уже приставила опасное лезвие к его шее и замерла над мужчиной.

— Убить меня вздумала? — прохрипел Янгир спросонья, испепеляя меня черными очами. — Давай, сладкая. Надави сильнее, и всё…

Моя рука дрожала, и лезвие все сильнее впивалось в его кожу. И как же в эту минуту мне хотелось разделаться с ним за всё. За смерть отца и Андрея, за все мои страдания. Но я не могла сделать последний рывок, какая-то внутренняя сила останавливала меня. Я не могла лишить безоружного человека жизни. Не могла причинить зло даже этому мерзавцу.

Ощутив, как мужская рука легла на мое бедро и прошла вверх до ягодиц, лаская, я глухо выдохнула. Поняла, что турок забавляется, ему явно нравилась эта жуткая игра в смерть.

Я нервно и несчастно смотрела на острие у мощной шеи Янгира и видела его дикие горящие глаза; я поняла, что он совсем не боится смерти и словно играет со мной.

Вдруг в мои мысли ворвались слова Джамили-ханум. Она обещала помочь, обещала избавить меня от этой позорной доли. И если всё удастся, я буду свободна. И этот судак останется жить, а моя совесть будет чиста.

Я глухо выдохнула, через сжатые зубы.

— Я не такая зверюга как ты! — прокричала я ему нервно в лицо и чуть отодвинула кинжал.

Он тут же среагировал. Схватил рукой мое запястье с холодным оружием и дернул, вытянул кинжал из моей руки и отбросил его на ковер. А затем яростно сжал меня в объятиях, перевернул на спину и навис надо мной.

— Не такая? Ты еще хуже…, — начал страстно цедить он. — Айнур-джаде… твой сладкий голос заставляет забыть обо всем, твои очи туманят разум, а губы сулят неистовое наслаждение. Но все это обман, потому что ты холодна, как лед! Соблазняешь, но не даешь желаемого. Мучаешь день и ночь.

Он впился поцелуем в мои губы, наказывая и лаская своими губами одновременно.

— Но я растоплю этот лед, Айнур-джаде. Клянусь Аллахом, скоро ты станешь послушной и мягкой, как воск, в моих руках.

— Ага, сейчас! Разбежался! — прошипела я по-русски, отталкивая его. — Я тебя ненавижу, и ты враг. Никаким воском я не буду! Понял?

— Посмотрим…

Но я не собиралась подчиняться. В бешенстве я пнула его со всей силы и попала ему между ног. Он отпрянул от меня, сыпя ругательствами. Я же быстро села на кровати, отодвинувшись от него и прикрывая тело легким покрывалом.

Янгир уже очухался от боли, выпрямился, так и стоя на коленях. Окатил меня яростным, полным ненависти взглядом. Словно не мог поверить, что после того, что сейчас было, я опять «брыкалась». Но я выдержала его давящий, запугивающий взгляд, показывая тем самым, что не сломлена и не подчинена его воле. И он прекрасно понял это: что он взял только мое тело.

Одним прыжком Янгир вскочил с кровати. Начал яростно натягивать на себя одежду, а потом злобным вихрем вылетел из моей спальни.

Явно обиделся. Ну как же! Я не оценила его «поползновений» и гадких домогательств!

Я упала на кровать и горько усмехнулась:

— Не победил ты, турок. И я никогда не буду твоей…

Утром у меня не было настроения. И опять из-за того, что произошло ночью. Вся эта мерзость просто разрушала мою душу. Мне уже казалось, что я никогда не избавлюсь от этого озабоченного нахала, которого все же надо было зарезать ночью. Но я не решилась. Да, убить человека не так просто, как оказалось.

Однако, когда я принесла завтрак Джамиле-ханум, она велела закрыть плотнее двери. Я исполнила, а потом она подозвала меня к себе и тихо сказала:

— Сегодня ночью, девочка.

— Сегодня, госпожа? — опешила я, даже не ожидая от нее этих слов.

Я прекрасно поняла, что она говорит о побеге. Тут же я воспряла духом.

Уже завтра я стану свободной от этого мерзавца, если все получится!

— Да. Я все придумала.

— Я готова, скажите только, что мне делать?

Глава 48

Время для побега Джамиля-ханум подгадала идеально.

Вечером приехал их родственник. Янгир долго ужинал с ним в столовой, потом мужчины неспешно курили кальян в гостиной и говорили.

Я же около полуночи, взяв небольшую котомку с едой, которую мне собрала Джамиля-ханум, вышла незаметно из своей спальни. На цыпочках прокралась по спящему дому к лестнице для слуг и выбралась через задние двери. Пробежала по пустынному двору до конюшни.

— Янгир