Страна без чудес - Андрей Андреевич Уланов

Люди любят двери. Вернее, люди любят отгораживаться от проблем, а двери — хороший способ дать понять: «сюда не ходи!». Особенно если дверь прочная и хорошо запирается. В Лесу достаточно лишь распустить завесу на входе в жилище, чтобы твое уединение не пытались нарушить. В человеческом городе надо запереть дверь на ключ, задвинуть засов — и все равно в нее будут ломиться все желающие сообщить очередную сверхважную ерунду или отлить немного чернил. Не знаю, как решают проблему гномы в своем подземелье — с бородатых коротышек станется всякий раз замуровывать себя изнутри, а затем пробивать новый ход в скале.

По крайней мере, кабинет полковника отделяла от мира обычная дверь, а не стальное чудовище с «паучьим» замком, запираемое тремя ключами одновременно.

Кроме самого хозяина кабинета, в нем уже собрались четверо. Сбоку от майора Макфарлейна ерзал брат Винсент в своем любимом лабораторном халате с парой свежих, кислотно пахнущих дыр на рукаве. Рядом со столом полковника расположился в кресле кей, он же герцог Молинари. Судя по довольной ухмылке, ренегат из Леса задумал или даже уже успешно совершил что-то весьма гадостное. Лейтенант Аллан О’Шиннах, как младший по возрасту и званию, устроился на стуле возле двери.

— Доброе утро, сэр, джентльмены! Привет, малыш.

Последнее относилось не к Аллану, а к бело-рыжему котёнку по имени Ульрик на столе полковника. Хотя он и подрос за последнее время, но пока что по-прежнему являлся личинкой кота. Милой, нахальной и очень игривой.

Ульрик на мое приветствие не отреагировал — он, прижав уши, залег за чернильницей, готовясь к прыжку на завязки папки. Зато полковник оторвался от чтения телеграфной ленты и глянул на меня, сначала мельком, затем дольше и с удивлением.

— Доброе утро, мисс Грин. Мне кажется, или я уже видел на вас это платье?

— Только юбку, сэр. Блузка новая.

Юбка мне действительно понравилась. Тёмно-зелёная, в крупную клетку, из хорошей северной шерсти. Теплая, и в ней при необходимости даже получалось бежать.

— Последнее время вы меняли наряды почти каждый день, — сказал Кард. — Я уже почти привык не заглядывать в календарь.

— Марилена открыла в себе талант модельера, — сообщила я, садясь на свою любимую кушетку и утаскивая плед. — А также священную миссию убедить в моем лице всех эльфов, что человеческая одежда не настолько ужасна, как полагают в Лесу. К счастью, последнее время у неё появились две новые жертвы: Клэр де Бриенн и её подруга Элизабет.

— Клэр на примерке? — Аллан тихо фыркнул. — Я хочу это видеть. Результат, а не процесс, — торопливо добавил он, покраснев.

— Присоединяюсь к запросу, — подал голос кей Молинари. — Судя по изменениям в облике мисс Грин, у вашей юной леди есть несомненный талант. Конечно, не могу сказать, что согласен со всеми цветовыми решениями, но даже алмаз нуждается в огранке, прежде чем засиять. Если позволите…

Мысль о возможных цветовых решениях эльфа, надевшего под бежевый сюртук жилет цвета сирени, вогнала меня в панический ступор.

— Не здесь и не сейчас! — остановил Кард уже изготовившегося к прыжку на беззащитную жертву герцога. — Вопросы современной моды могут подождать.

Молинари с разочарованным видом откинулся на спинку кресла. Я облегченно выдохнула. Котёнок перестал грызть завязки, упал на папку с рапортами, чихнул и принялся ловить собственный хвост.

— Итак, леди и джентльмены. Судя по поступающим сообщениям, случай с убийством гоблинов, который вчера видели инспектор Грин и майор Макфарлейн, не единичный.

Я почувствовала, как уши чуть отвело назад.

— Сколько еще? — тихо спросил Макфарлейн.

Кобольд выглядел почти как обычно. Чисто выбрит, аккуратно подшитый, хоть и не новый мудир, запах цветочного, с нотой ванили, одеколона. Остаточные флюиды алкоголя я скорее угадала, чем ощутила. Похоже, вчера вечером Патрик решил сбросить напряжение проверенным армейским способом и… я оглянулась на лейтенанта, выглядящего чуть более, чем обычно, помятым… Кажется, догадываюсь в чьей компании.

— По меньшей мере восемь подтверждённых эпизодов. Ещё несколько донесений, — полковник бросил «язык» телеграфной ленты в кучу прочего бумажного конфетти, — требуют проверки. Также подтверждено, — Кард сделал паузу и тяжело вздохнул, — что в данном случае речь не идет о спонтанной вспышке насилия. Погромщиков организуют, направляют и прикрывают чины гражданской и военной администрации.

— Значит, те солдаты… — прошептала я.

— В Нижнем Пендже гоблины пытались укрыться в полицейских участках, — все тем же нарочито спокойным тоном продолжил Кард. — В один их просто не пустили. Во втором позволили погромщикам ворваться внутрь и… получить желаемое.

— Что ж, — кей Молинари тоже говорил ровно, хотя его пальцы лежали на подлокотнике кресла слишком уж неподвижно, — поскольку вы не пригласили на совещание лорда Рича, я возьму на себя эту неблагодарную роль и скажу: происходящее крайне печально, но вполне ожидаемо.

— Ожидаемо, сэр? — развернулся к нему Макфарлейн, — я не ослышался?

— Я не имею привычки путаться в терминологии, дорогой майор, — холодно произнес Молинари. — Идея обвинить кого-то неудобного власти в любом подходящем несчастье, уже поверьте мне, появилась не вчера и не позавчера. Аранийские короли, да и прочие аристократы, активно использовали её, начиная с прошлой Эпохи. Если поднять ваши так называемые хроники, то выяснится, что эльфы не ответственны разве что за смену сезонов. Чума, саранча, кабаны расплодились, волки обнаглели, мыши попортили зерно в амбарах, хмель пожрал долгоносик — все это происки ушастых нелюдей, вечно желающих извести род человеческий на корню. И не надо усмехаться, брат Винсент, — повысил голос Молинари, — по нашим хроникам легко установить, что к подавляющему большинству этих напастей мы не имели ни малейшего касательства.

— Но к некоторым, — поднял палец монах, — все же имели.

— В любом случае, — не смутился Молинари, — валить все на эльфов сейчас вышло из моды, как длинные фалды сюртука. Основные проблемы элите королевства сейчас доставляют социалисты. Да-да, майор, я опять не оговорился. Не анархисты с их бомбами, а все социалистическое движение, включая сторонников «мирного» пути, профсоюзных лидеров и так далее. Полагаю, недавняя волна забастовок изрядно подстегнула желание правительства сделать что-нибудь нехорошее с этими агитаторами. Всякий раз подавлять бунты силой, как показывает пример Мейнингена, тоже не лучший вариант. Совсем другое дело, если против социалистов поднимутся сами «рабочие массы». Но для рабочих социалистические кружки вовсе не враги, а союзники в борьбе с владельцами