Отставникъ - Константин Геннадьевич Борисов-Назимов

— Хм, а если, допустим, застучат рессоры, из-за плохой дороги, чья будет ответственность?

— Завода, — коротко ответил механик, как-то удивленно на меня посмотрев.

— Показывай, куда заливается масло, — попросил я и уточнил: — Кстати, как-то можно понять, что воды требуется в радиатор добавлять?

Механик открыл крышку, прикрывающую двигатель, искоса на меня глянул, а потом ответил:

— Запарила и мощность упала, то, скорее всего, мотор начал перегреваться. Либо проверить уровень в радиаторе перед поездкой.

— Понятно, — кивнул я, не став подсказывать, что могли бы установить на двигатель термометр, чтобы водитель следил за охлаждением.

— Как машина, впечатляет? — подошел к нам господин Жуков и похвастался: — Все оформил, сделка завершена. Господин Голицын, нашли какие-либо недостатки?

— Пока еще не опробовал на ходу, — неопределенно пожал я плечами.

— За этим дело не станет, гарантирую, недостатков у машины нет! — махнул рукой механик. — За такие деньги мы к работе относимся тщательно и за качеством следим, а начальство по десять раз перепроверяет. Чуть что — переделать заставляет.

Я устроился за рулем, осмотрелся. Механик завел автомобиль, после чего я медленно поехал. Немного непривычно, так сижу справа, но это сделано, чтобы пассажиры выходили на дорогу, а не на обочину. Так как движение слабое, то это пока безопасно, но вскоре от этого откажутся. Проверил задний ход, чуть разогнался, развернулся и остановился.

— Все в порядке, — кивнул Ивану Сергеевичу.

— Не сомневался, за такие-то деньжищи, — ответил тот.

Мы распрощались с продавцами и поехали в полицейский участок, чтобы получить для меня водительское разрешение на управление. Это времени заняло полчаса, большей частью ушло на разговоры, осмотр приобретения и оформления бумаг. Полицейский лишь уточнил, кто приехал и попросил меня сделать круг на машине перед участком. Вот и весь экзамен на права. В современном мире о таком бы никто и представить не мог! Ни тебе проверки теории, ни практики.

— Что ж, теперь в особняк к Верочке, порадуем нашу примадонну! — потер ладони импресарио, у которого прекрасное настроение. — Михаил Юрьевич, сегодня, после спектакля состоится званый ужин, уверен, госпожа Холодная вас пригласит и сильно опечалится, если откажитесь присутствовать, — как бы ненароком, предупредил Жуков.

Кстати, я уже убедился, фамилия этому господину очень подходит. Он тот еще жучара! Хотя, нет, назвал бы его Пауков! Плетет паутину и пытается за нитки дергать и манипулировать, при этом действует осторожно и аккуратно, боясь добычу спугнуть, в роли которой видит меня. Все его намерения читаю, как открытую книгу, при этом пока ничего против не имею. Честно говоря, с Верой хотел бы продолжить общение, чем-то она меня зацепила. Скорее всего у нее есть определенный дар, не даром столько поклонников имеет, всеобщее признание и народную любовь. Где-то даже лестно, что на меня внимание обратила. Ивану Сергеевичу и вовсе удобен во всех отношениях, так он считает. Никому неизвестный поручик, без связей, небогат. Так почему бы меня и не приблизить к актрисе, чтобы на нее же влиять. Плохо господин Жуков мой характер изучил, меньше бы в поезде отдыхал и отсыпался. Хотя, успел подметить, что госпожа Холодная при мне становится другой.

— Иван Сергеевич, а этот дом кому принадлежит? — поинтересовался я, остановившись у ворот, которые слуга открывает.

Особняк в два этажа, почти в центре Москвы, огорожен кованым забором, территория ухожена, много цветов, есть беседка и много скамеек.

— Вера Васильевна получила его в наследство от деда по отцовской линии, — ответил Жуков, а потом чему-то усмехнулся и спросил: — Михаил Юрьевич, не хотите ли немного разыграть Верочку? Не все же ей мою кровушку пить!

— И как вы себе это представляете?

— Рулите к крыльцу и встаньте так, чтобы она вас не сразу заметила, — попросил импресарио. — Госпожу Холодную приведу и начну вещать, про то, что в нагрузку к машине пришлось нанять шофера. Очень своенравного, амбициозного и что к нему потребуется найти подход. В общем, настрою ее против, чтобы она из себя вышла.

— И зачем вам это нужно?

— А мы посмотрим, как она изменится, из дикой пантеры превратится в милую кошечку! — потер ладони Иван Сергеевич.

— Не боитесь, что потом на вас отыграется за такое представление? — поинтересовался я.

— Вы за меня словечко же замолвите? Не дадите пасть от женской руки? — поинтересовался Жуков, а потом похлопал ладонью по краю сиденья и продолжил: — Смеюсь, Вера долго сердиться не умеет, она отходчива и, если разобраться, во всех отношениях очень мила. Согласны?

— Что-то вы сами себе противоречите, — подъезжая к крыльцу дома, заметил я.

— Нисколько! Сами в этом убедитесь. А еще, — Жуков внимательно на меня посмотрел, — ей необходимо излечить душевную рану, после поездки на фронт. Думаю, вы в состоянии это сделать, а если кто-то другой окажется на вашем месте, то Верочка, скорее всего, в итоге сильнее пострадает. Она еще молода и не всегда отличает правду от лжи. Вы на моей памяти единственный, кто не поспешил взять ее нахрапом. Правда, таким она мгновенно давала от ворот поворот, но в текущей ситуации способна голову потерять, — он бы еще продолжил, но машина остановилась. — Все, я пошел, а вы пока не показывайтесь!

Поразмыслив, я согласился импресарио подыграть, в том числе и самому интересна реакция молодой женщины. Иван Сергеевич взбежал по ступеням крыльца что-то громогласно объявив на весь, как подозреваю, дом. Кстати, несмотря на свою грузность, господин Жуков очень активен. Через пару минут из дома вышла Вера, рядом с ней какая-то молоденькая служанка. А Иван Сергеевич разливается соловьем, рассказывает, как ему удалось урвать один из последних Руссо-Балтов. Что некоторое время машины окажутся в дефиците, так как ходят слухи, что Николай Второй размышляет о переносе завода из Риги вглубь империи. Есть опасения в ставке главнокомандующего, что дела фронте пойдут по плохому сценарию.

— И вот представь, голубушка ты моя, как мне поступить, когда уже сделку завершил, есть машина, но управлять ей некому. Чтобы ты сделала? — обратился Жуков к Холодной, которая стоит на крыльце и рассматривает автомобиль, но спускаться почему-то не спешит.

— Она превосходна, — улыбается девушка и поворачивает голову к импресарио: — Иван, о чем ты только что говорил? Прости, прослушала.

— Пришлось нанять шофера, этакого