Орден Креста и Пули. Последний вампир Парижа - Антон Мамон

«Сбежал, как трус. Зато выжил», – произнес в мыслях Камиль, покусывая губы. В тот момент, когда отравленная стрела пронзила тело, все встало на свои места. Лабиринт, в котором блуждала потерянная душа, рухнул, открыв путь к свободе. Внезапно захотелось жить. Не существовать короткими эпизодами от пробуждения до погружения в сон, а полноценно жить и знать, что завтрашний день обязательно наступит. В том числе и для тебя.

Подобравшись к самому краю и узрев разверзшуюся пасть бездны под названием «смерть», Арно понял, что не готов уйти. Все былые убеждения посыпались. Много лет они подменяли собой реальность. Но отрава, яростно пытавшаяся свернуть кровь, странным образом напомнила о том, что жизнь прекрасна! Негоже отказываться от нее добровольно… Даже если десятки лет ты втайне искал гибели, уверяя себя в том, что она – единственное лекарство от страданий.

О том, что жизнь – это дар, а смерть – проклятье, Арно знал и прежде. Иначе не искал бы исцеления, угодив одной ногой в могилу. В ту пору, почти две сотни лет назад, он был самым обычным, ничем не примечательным юношей. Как и любой нормальный человек, приходил в уныние от понимания скоротечности людского века. Как и любой нормальный человек, мечтал провести отведенное ему время с пользой, в любви и достатке.

Проклятая холера ураганным ветром ворвалась в Европу. В считаные недели процветающие земли пришли в упадок. Хворь орудовала косой, срезая под корень целые поселения. Она, как самый справедливый в мире судья, не делала различий для мужчин и женщин, богатых и бедных, верующих и убежденных атеистов. Ее вердикт для всех был одинаково неутешительным. Камиль не стал исключением, не укрылся от жадных глаз болезни. Свалился, как все, но жить хотел пуще прочих! Слишком близко он, сын небогатых родителей, подобрался к заветной мечте стать врачом. Слишком много амбициозных планов рождалось в горячей (на тот момент) голове. Слишком невыносимо было смириться с тем, что со дня на день все кончится, толком и не начавшись.

Умереть дома, в луже жидкостей, что из разных отверстий напустило твое тело, – слишком унизительный исход для того, кто мечтал изменить мир к лучшему. Вдохнув могильной вони, Камиль решил, что не будет отлеживаться в скомканной постели, вымаливая для себя чудесное исцеление. Собрав остатки сил, он покинул дом и отправился на поиски Жюльена. Давнего приятеля, за которым числился должок… В ту пору Франция с неподдельным интересом изучала только два предмета: медицину и оккультизм. Это был расцвет обоих течений, и каждый день вершились удивительные открытия, часть которых теперь зовут революционными. Но что стоит за любым, даже самым непредвиденным открытием? Разумеется, подготовка. А еще – кропотливый сбор всего, что необходимо для совершения заветного прорыва. Доктора и маги презирали друг друга, но, по странной иронии, нуждались в одном и том же…

Человеческие тела, не подвергшиеся разложению. Без них было трудно развиваться в профессии. Они на постоянной основе требовались и тем, кто собирался лечить плоть, и тем, кто специализировался на проблемах душ. Будущие эскулапы проводили вскрытия в попытках изучить богатый внутренний мир усопших, а чернокнижники запасались волосами, ногтями и зубами покойников для осуществления своих страшных, богопротивных обрядов. Вот только если медики потребности в бездыханных не знали (особенно в период разгула холеры), то колдунам приходилось изрядно попотеть, выискивая свеженький труп, в животе у которого еще не катается червивый клубок. Порой для этого приходилось разорять могилы или незаконно проникать в морги. Блюстители закона подобной храбрости не ценили и всякого, кто решался потревожить вечный сон преставившихся парижан, заключали под стражу.

Жюльен Пети был другом детства, и Камиль всегда с теплом отзывался о нем – даже несмотря на то, что судьба довольно быстро развела их пути. Когда невысокий голубоглазый юноша с бледным и невыразительным лицом вновь постучал в двери дома Арно, обоим стукнуло по восемнадцать лет. Незваный гость сразу пояснил, что не намерен ходить вокруг да около и хочет попросить об услуге. Безвозмездной, разумеется, ведь платить ему нечем. Впрочем, скоро все должно было измениться.

Старый друг охотно выслушал просьбу Жюльена, но, узнав, в чем конкретно она заключается, сердито замотал головой. Странный мальчишка, в компании которого прошли первые годы жизни, хотел ни много ни мало руку мертвеца… Точнее, кисть. Он с горящим взглядом посвящал соседа в детали ужасного чернокнижного ритуала, в ходе которого пятерню покойника удастся превратить в денежный магнит. Мол, если сделать все правильно, результат не заставит себя ждать и золотые монеты безудержным потоком хлынут в карман.

Покрываясь гусиной кожей от одной лишь мысли о том, на что ему придется пойти ради безумца, живущего по соседству, Камиль решил: этому не бывать. В конце концов, он будущий врач и имеет представление о профессиональной этике – а еще несет ответственность за все противоправные деяния в больнице. Набрав в легкие воздуха для оглашения отказа, хозяин дома нахмурился, но тут же вскинул брови от удивления… Жюльен упал на колени, разрыдавшись. Мальчишка уверял, что его семья давно за гранью отчаяния, а он сам почти решился на грех, которому не будет прощения, но перед этим хочет опробовать страшный рецепт безбедной жизни. Пети, не сдерживая слезы, молил о помощи. Обещал, что, в случае удачного исхода отдаст ровно половину от тех богатств, которым завладеет. Разум и сердце Арно сошлись в дуэли, скрестили шпаги аргументов. Но, как это обычно бывает, жалость взяла верх.

Рискуя карьерой, Камиль ампутировал руку неизвестному мужчине за несколько часов до намеченного погребения, а после – весь день молился, чтобы не пришлось объяснять пропажу. На его удачу все прошло гладко. Одинокий бедняк, родственники которого не пожелали забрать тело (а может быть, сами умерли от холеры), отправился в землю за счет государственной казны. К таким и при жизни никто особенно не присматривается, а уж после смерти и подавно. Отсутствующая конечность никого не смутила, и Арно с (почти) чистой совестью сумел передать страшный трофей спятившему дружку. Тот был вне себя от радости и, едва осознав случившееся, вновь упал в ноги и принялся зацеловывать руку… То живую, принадлежащую студенту-медику, то мертвую, отнятую у неизвестного покойника.

Объятый кошмаром увиденного, Камиль спешно покинул дом семейства Пети и попытался забыть о содеянном, как о страшном сне. Он даже убедил себя в том, что поступил этично и, возможно, спас человека от расправы над самим собой, пусть