Я один вижу подсказки 17 - Никита Красавин

Потом деревья расступились, и мы вышли на опушку. Там стояло дерево посреди опушки.

Оно было таким же высоким, но цвет коры отличался: он был тёмным, почти чёрным. Похожее на сосну, только если не смотреть на ветки.

Ведь там вместо шишек на них висели плоды. Круглые, тёмно-красные, размером с кулак. У каждого на конце торчал маленький жёсткий хохолок, будто корона, только крошечная.

Они висели плотными гроздьями, кое-где присыпанные инеем, и на фоне чёрно-зелёных веток выглядели почти неестественно ярко.

— Ааа, — сказал отец и улыбнулся. — Это же кисляк!

— Кисляк?

— Мягкий внутри, только кислый. Из-за этого его так и назвали.

По его словам, племя находило такие плоды, хоть и редко. Раз в несколько лет.

Ели их не просто так, а бросали в котёл. Бульон от этого менялся, приобретал лёгкую кислинку, которая как-то по-особому раскрывала мясо. Делала его богаче, что ли.

— Вкусно, — подытожил Бран с довольным видом, будто вспомнил тот вкус.

Я смотрел на дерево. Благо, что оно не было ядовитым и было съедобным — полезным.

Честно говоря, это меня немного разочаровало. Я рассчитывал на что-то другое: духовный плод, источник энергии, редкий ингредиент для артефакта.

А что тут? Сегодня буду есть кислый суп. Фу!

Но потом я поймал себя на мысли: стоп.

Бран смотрит на это как вождь племени. Еда — значит в котёл. Вкусно — значит хорошо. На этом его система оценок заканчивается, и я его не виню. Он не знает другого.

Я знаю.

В прошлом испытании я был отличным фермером. Я работал с растениями достаточно долго, чтобы понимать: у каждого есть больше одного применения.

Железная сосна давала прочную древесину, из которой можно было получить отличное руническое копьё.

Почему это дерево должно быть проще?

Плоды — это очевидное. Но что насчёт древесины? Что насчёт сока, коры, смолы?

Из кисляка можно попробовать сделать вино или уксус. Либо же древесина обладает особым свойством, которое только и ждёт, чтобы его раскрыли.

Руны сами по себе ничего не делают, ведь они лишь инструмент мастера. Они не создают свойство из воздуха, они лишь проявляют то, что уже есть в материале.

Железная сосна разрастается во все стороны, а клык морозного волка впивается и рвёт. Руны лишь усиливают данное свойство, выделяют его и доводят до совершенства.

Именно поэтому я с таким рвением охотился за разными, новыми материалами с разными свойствами. Ведь артефактор без хороших материалов — как сапожник без сапог.

Я подошёл ближе к дереву. На десять метров, затем расстояние сократилось до пяти.

Ствол становился всё больше и больше. Он был таким широким, что трое мужиков не смогли бы его обхватить.

Плоды наверху уже не казались маленькими гроздьями. Они нависали тяжёлыми тёмно-красными шарами высоко над головой — не достать.

В этот момент Книга Жизни и Смерти ожила.

Что? Опасность?

Шелест. Шелест.

Сама раскрылась. Страницы зашелестели, и на них проявился текст. Я сразу же сосредоточил свой взгляд:

[Я подошёл к древу. Вытянул руку, чтобы прикоснуться к стволу, и тогда увидел зелёное сияние внизу, в районе шеи.

Понятное дело, что проклятье снова активировалось, чтобы попортить мне жизнь. Потому это настораживало, особенно потому, что в этот раз оно действовало куда коварнее, чем раньше.

Раньше оно призывало монстров издалека. У меня было время увидеть, среагировать, подготовиться. Сейчас оно призвало его вблизи.

Я понял это по тому, как на стволе кисляка начал проявляться силуэт. Прямо в древесине, как тень, которая обретает объём.

Будто внутри дерева всё это время кто-то спал. И проклятье его разбудило или сделало безумным. Одно из двух. Он проявился прямо рядом со мной, над головой.

Я повернул голову.

Гуманоид. Руки, ноги, голова — всё как у человека, только размером под два метра и сделанное из древесины.

Кора вместо кожи, сучки вместо суставов. Глаз не было, вместо них — гладкая поверхность. Зато пасть была огромной, с множеством зубов.

Сами зубы были неровными, длинными и похожими на щепки. На руках и ногах то же самое — острые, загнутые деревянные когти.

Он появился внезапно и напал так же внезапно. Не было времени среагировать. Не было времени даже потянуться к оружию.

Он свалился сверху.

Хруст.

Было слышно, как хрустели кости, возможно, позвоночник был сломан. Кроме адской боли, я чувствовал, как тот когтями прижимал меня к земле.

ХВАТЬ!

Зубы впивались в горло. Он быстро рвал и жевал. Ему явно нравилось, он явно наслаждался процессом.

Когда я умирал, успел понять одно:

«Это растение особого ранга!»

✤ Конец истории ✤]

Как прочитал, то замер на секунду. То существо пряталось так хорошо, что не было ни одного намёка.

Как так-то?

У меня было два варианта: либо поскорее уйти, либо остаться и сразиться. Если убегу, то останусь ни с чем. Без плодов, но больше всего меня интересовало само тело того монстра.

Что это? Какое у него свойство? Растение особого ранга, что пожирает людей?

О таком я слышу не в первый раз, из-за этого и было у меня некое возбуждение. Так как я понимал, что сам монстр представляет ценность.

Нет. Я не уйду.

Я медленно потянул с пояса боевой топор. Чёрный, с синеватым отливом, четыре руны в глубине кости.

Взвесил в руке и подумал:

«Главное — поймать тайминг».

Глава 25

Древесный монстр

Сзади раздался голос Брана:

— Чего это ты делаешь?

— Ничего, всё хорошо. Просто мера предосторожности.

Он не отстал бы просто так. Но я уже шёл вперёд, и он, видимо, решил, что ничего серьёзного.

Почему я не сказал отцу про монстра?

Долго объяснять, а реакция могла быть непредсказуемой. Бран довольно осторожен, как, в принципе, и все в племени.

Дикие, но не дурные. Услышав, что рядом есть монстр, он мог выбрать безопасный вариант — свалить отсюда подальше. Или же согласиться, но сначала привести ещё людей.

Ни то ни другое меня не устраивало.

Потому что, пока мы ходим туда-обратно, момент можно упустить. Я же уже видел подсказку, потому видел для себя хорошую возможность.

ЖМЯК!

Я крепче взял топор и подошёл ближе к стволу.

ВСПЫХ!

Сразу появилось зелёное свечение. Оно было почти незаметно, если не смотреть вниз. Крокодил обхватил шею и сжал, чуть пульсируя. Проклятие активировалось.

Я же смотрел вверх.

Там, высоко в ветвях, что-то сдвинулось. Проявился деревянный гуманоидный силуэт. Появился прямо из коры, как будто