Я один вижу подсказки 17 - Никита Красавин

как как будто за три дня хотя бы они могли обучить меня, чтобы таких проблем не было. Ведь если на охоте используют язык жестов, то лучше бы все данный язык понимали. Тогда слаженность на охоте бы возросла.

Однако никто ничего не сделал. Я сам тоже об этом не позаботился, так как вообще не знал, что они так делают.

Когда Бран повернулся ко мне, рукой сначала привлёк внимание, выделил именно меня, указал пальцами куда-то вправо, за деревья.

Я кивнул, так как расшифровал это так: «Ты иди туда, займи позицию и жди!» У меня был талант к языкам, но он не настолько потрясающий, чтобы всё понимать с первого раза.

Может быть так, может быть по-другому. Я всё равно пошёл в указанную точку: медленно и аккуратно, без лишнего шума.

И тут под правой ногой что-то негромко хрустнуло.

Хруст!

Просто старая ветка под слоем снега, которая лопнула. Я же замер, повернул голову и посмотрел на других. Те смотрели на меня с выражением:

«Ты что делаешь?»

Я же думал:

«Мой косяк…»

Всё же от треснувшей палки никто не застрахован. Физически невозможно ходить по зимнему лесу абсолютно бесшумно.

Под снегом может лежать что угодно: ветка, шишка, старый сук. Наступишь — и обязательно издашь звук.

В ту же секунду из-под снега, там, где была абсолютно ровная белая гладь, ни намёка на нору или хотя бы бугорок, что-то вылетело.

Огромный заяц размером с телёнка взмыл вверх, приземлился и уставился на нас чёрными блестящими глазами.

Ну, ё-моё.

Мне хотелось показать себя на охоте и произвести впечатление опытного охотника.

А по итогу: мы даже не успели окружить добычу, а тот уже всё понял — что мы рядом и пытаемся его окружить.

Этот заяц сверкнул глазами, выбрал самого слабого — Зару и понёсся со всех ног на неё, выставив рога.

Мне хотелось закричать:

«БЕГИ!»

Благо, что та среагировала быстро, не пыталась выставить копьё и сражаться с зайцем, а отпрыгнула в сторону.

Заяц пронёсся мимо, не задерживаясь. Видимо, тот боялся, что, если вступит в бой, его окружат и уйти потом будет сложнее.

Он просто прыгнул:

ХЛОП! ХЛОП! ХЛОП!

Вылетел из нашего жидкого оцепления так, словно нас вообще не существовало. Ещё пара прыжков — и даже ушей видно не было.

Ушёл?

Реально, заяц был очень быстрый. Всё же это его природная способность. Среагировать вовремя было сложно.

Бран же крикнул:

— Чего застыли? Преследуем!

Мы побежали. Не прямо сломя голову, всё же лес опасное место, но и не медленно.

Рокт бежал первым. Он читал следы на снегу, преследуя добычу. Во всём этом был свой адреналин: охотники, что преследуют свою добычу.

На снегу следы были отчётливо видны. Только не стоило заблуждаться — я это понял довольно скоро, когда следы резко оборвались.

Вот они были, и вот их нет. Чистая белая поверхность, ни одного отпечатка. Как будто заяц в моменте вырастил крылья и улетел.

Рокт остановился, присел на корточки, осмотрел последний след.

— Обманул нас!

— Что сделал?

— Ищите следы вокруг. На расстоянии десяти-пятнадцати метров, у деревьев. Мог сделать большой прыжок в сторону.

Мы рассредоточились.

Казалось бы, что логично искать там, где следы закончились. Откуда прыгнул — туда и смотри. Но Рокт сразу предупредил:

— Зайцы очень хитрые. Они могут пробежать вперёд, вернуться по собственным следам назад. Прямо след в след, чтобы не было заметно. Затем прыгнуть совершенно в другом месте.

Тот явно был хитрожопым. Мы молча разошлись кругами, смотрели под ноги, под деревья, на сугробы.

Спустя десять минут, когда адреналин утих и появилось уныние от упущенной добычи, вдруг Зара молча подняла руку, привлекая внимание.

Она тоже не знала до конца язык жестов, так как, мне отец сказал, что язык учат уже на охоте, на практике.

Зара указала в сторону, мы подошли к ней. Примерно в ста метрах от того места, где следы обрывались, из-под тени большой ели уходила новая цепочка.

Как он преодолел это расстояние — непонятно. То ли по деревьям, то ли по воздуху.

Рокт кивнул, показал рукой:

«Преследуем дальше!»

Я двинулся следом и поймал себя на мысли, что охота — это в первую очередь не сила и не реакция, а долгий бег по следам зайца, который очень сильно хотел жить и явно не хотел попадаться. Паршивое дело, если честно.

Зайца мы нашли: тот сидел у входа в другую нору. Он не спал, иногда выглядывал из норы.

Когда мы появились между деревьями, он снова обнаружил нас раньше, чем кто-либо успел поднять оружие.

Он вышел, посмотрел на нас и уже был готов развернуться. Понятное дело, что тот снова пытался убежать. Сражаться с нами у него не было никаких намерений.

Я же предвидел, что он так сделает. И больше мне не хотелось давать ему шанс. Мне не хотелось снова искать этого труса по всему лесу.

Поэтому, когда он только принял решение бежать, я уже сжал руническое копьё и со всей силы метнул его в сторону зайца.

Заяц среагировал мгновенно. У него большие уши и быстрые ноги, и вся его жизнь — это один большой рефлекс выживания. Он дёрнулся в сторону, и копьё ушло мимо, воткнувшись в снег.

Но копьё было не простым. Я выкрикнул команду, чтобы активировать руны:

— ДАВАЙ!

Из древка рванули корни. Сначала самый толстый — тот бросился на зайца за долю секунды и обхватил заднюю ногу.

Заяц дёрнулся, прыгнул и упал, потому что нога уже не слушалась. Потом корни пошли дальше: тонкие побеги расползлись от главного, обвили вторую ногу, потянулись к туловищу, перехлестнули грудь, сдавили.

Заяц оказался скован полностью. Он лежал на боку, вмятый в снег, и только голова ещё двигалась, мотаясь из стороны в сторону.

В его глазах читалось что-то похожее на искреннее потрясение. Он не понимал: «Как так?»

Только что был свободен, и вдруг что-то схватило за ноги и сковало его полностью.

Заяц отчаянно забился, не жалея лап, выгибаясь всем телом. Корни трещали, но держали. Мы подошли к нему молча.

— Нужно убить его, чтобы не мучился!

Отец спросил:

— Хочешь сделать это ты?

— Нет. Моих сил не хватит, чтобы убить с первого удара.

Отец кивнул. На охоте самое важное — это экономить свою огненную энергию. Если её у охотника много, он может дольше находиться в лесу и чаще использовать силу огня в атаках.

У меня запас был небольшим, я боялся, что все силы потрачу на зайца.

Наконечник