Первые шаги - Наталья Овчар

— Убрать, значит — убить?

— Мне безразлично. Если жалко, то заточи в подземелье на время. Не о том думаешь, Трэса! Через несколько дней ты и твой сын станете править обоими Мирами, а ты беспокоишься о поваре.

— Я боюсь, что мой мальчик не согласится заплатить за это такую цену.

— Его желание уже ничего не решит. Ступай. Мне работать надо. Зелье получишь накануне.

Глава 19. Вечерний моцион

После урока фехтования Свете захотелось немного освежиться. Был бы у неё с собой купальник, она бы с удовольствием поплавала в одном из искусственных водоёмов парка, но пришлось довольствоваться тем, что имелось во дворце. Девочка минут двадцать блаженно отмокала в тёплой воде, которая растворила её усталость и расслабила натруженные мышцы. После купания она переоделась в платье и направилась в Малый обеденный зал, где обнаружила накрытый стол на три персоны. Король и королева в этот раз на ужине не присутствовали, о чём предупредил королевский мажордом, а также сообщил, что завтра утром после трапезы учитель и музыканты будут ждать миледи и принца в дворцовом танцевальном классе. Затем, поклонившись, мажордом удалился, предоставив молодёжи возможность расслабиться и не слишком строго соблюдать этикет.

Разговор во время ужина вёлся, в основном, о преимуществах того или иного вида оружия. Эрик и Всеслав обрушили на девочку лавину информации, из которой она поняла едва половину, а запомнила и того меньше. Потом Эрик поинтересовался, какое оружие используют в её Мире. Света задумалась: стоит ли рассказывать мальчикам о том, что все их мечи и арбалеты — лишь детские игрушки по сравнению с теми орудиями убийства, которые изобретены в её Мире. Поэтому она ограничилась отговоркой, что вряд ли сможет рассказать об оружии её Мира без визуальной демонстрации. Девочка сказала, что некоторые виды клинкового оружия используются в спортивных состязаниях, а в повседневной жизни люди просто так носить оружие не могут — на это требуется специальное разрешение властей. Мальчикам пришлось удовлетвориться этими краткими объяснениями. Они помнили, как дорого обошёлся Свете показ картинок при помощи магии.

Девочка героически отказалась от десерта, сославшись на предупреждение дракона, и сообщила ребятам, что ей пора идти к Листику. Принц и царевич остались, продолжив прерванный разговор.

Света зашла в свою комнату и переоделась в свою старую одежду, не забыв захватить ветровку — вечером даже жарким летом может быть прохладно, особенно на высоте. Марлон опять где-то пропадал. Захватив на всякий случай рюкзачок, она направилась к гроту, но не дошла до него. Перед ней приземлился Листик, подняв могучими крыльями сильный ветер.

— Садись скорее! Сколько можно есть? — возмутился дракон.

— А я что, должна была, не жуя, всё по-быстрому поглотать и бежать, спотыкаясь? — проворчала девочка. — Надо же хоть чуть-чуть соблюсти приличия. Мальчишки обиделись бы.

Света наглухо застегнула ветровку, накинула капюшон и забралась на Листика. Он взлетел, набирая высоту. Снизу на них смотрели придворные и слуги, находившиеся в это время в парке.

— Давай ненадолго около озера остановимся, — попросила девочка. — Я обещала скульфам, что вернусь вечером. Может быть, они что-нибудь важное мне расскажут.

Через некоторое время они приземлились на том самом месте, где днём проходил пикник. Света соскочила с дракона и направилась к зарослям иван-чая. Постояла немного, позвала Осию и Баскаля, но никто из них не появился. Наверное, скульфы решили не прилетать, опасаясь гнева королевы. Девочка ещё немного побродила по округе и направилась к дракону.

— Скорее всего, они боятся, — сказала Света. — Летим дальше. Где будем заниматься?

— На Одинокой горе. Я там присмотрел уютную площадку, — ответил Листик.

Солнце уже потихоньку начало опускаться к горизонту, хотя до заката было ещё очень далеко. Его лучи перестали опалять, лишь ласково грели, но стоило дракону взлететь и набрать высоту, тёплый ветерок превратился в прохладный ветер, хотя Листик летел неторопливо, давая девочке сполна налюбоваться развернувшейся под его крыльями панорамой. Он сделал широкий круг над всеми четырьмя островами и устремился к горе. Она имела почти идеально правильную форму, а вершина утопала в облаках, как в пушистом белоснежном одеяле.

Подлетев к горе, дракон пошёл на снижение и приземлился на довольно большой и ровной площадке, находящейся примерно на высоте половины расстояния от подножия до вершины. Точно Света не могла определить, да это ей и не требовалось. Она слезла с Листика и уселась на ближайший, более-менее удобный для этой цели, камень. Дракон сложил крылья и улёгся рядом.

— Будем разговаривать мысленно, — предупредил он. — В горах звук разносится очень далеко.

— Хорошо, — согласилась девочка.

— Ты когда-нибудь замечала, как ты думаешь?

— Ну, иногда мысли идут ровно и гладко, когда я решаю задачу или пишу сочинение в школе. А иногда они скачут, прерываются: начинаю думать об одном, а потом мысли перескакивают совсем на другое. А бывает и так, что в голове на несколько мгновений образуется полная пустота, — призналась Света.

— Хорошо. А замечала, как ты ставишь щит?

— Нет. Просто думала, что надо скрыть свои мысли от других. Я его всего-то несколько раз и ставила.

— Давай-ка, попробуй сейчас закрыться ненадолго, а потом снять. Только проследи, как он у тебя устанавливается, — предложил Листик.

Света поставила щит, но он накрыл её так быстро, что девочка даже не успела ничего понять. Посчитав до десяти, она сняла защиту с разума, но опять не поняла, как это произошло.

— Полный автопилот, — сообщила Света.

— Что? — удивлённо переспросил дракон.

— Мой щит ставится на автопилоте… Ой! Ты же не знаешь, что это такое! Я хотела сказать, что ставлю щит, только подумав об этом, но не понимаю и не могу проследить, как я это делаю.

— Значит, придётся тебе ставить и снимать до тех пор, пока не разберёшься. Без этого понимания я не смогу научить тебя остальному. К сожалению, я также не могу видеть твой щит, я могу только понять, что он стоит, если не слышу твоих мыслей или прикасаюсь к его границе, — объяснил Листик.

Света тяжело вздохнула и примерно полчаса усердно трудилась, пытаясь понять механизм этой своей волшебной способности. Однако успеха так и не достигла. Щит обрушивался мгновенно, даже тогда, когда девочка пыталась замедлить его падение усилием воли. Её Родовая Сила, такая послушная в начале Пути, теперь, казалось, решила заупрямиться и заставить свою владелицу изрядно попотеть. Чтобы не захлестнуло отчаяние, девочка в те моменты, когда её разум был закрыт щитом, подбадривала себя, вспоминая народные поговорки о труде: «Упорство и труд всё