Системный мехавод - Михаил Ежов

след сизых выхлопов мопеды. Иногда проезжали всадники на лошадях с искрящимися гривами и странными расцветками. Животные ступали размеренно, подкованные копыта гулко цокали по растрескавшемуся асфальту.

Попадались запряжённые в повозки ослики, которые везли мешки с зерном, корзины с овощами, а иногда и обёрнутые тканью или бумагой свёртки, от которых будоражаще несло мясным духом.

Мне попалось на глаза несколько рикш, резво тащивших лёгкие двухколёсные коляски. Их лица были покрыты блестящими каплями пота, но лица казались безмятежными, словно эти люди давно привыкли к своей работе. Рикши ловко маневрировали в толпе, отлично чувствуя остальных участников движения и предугадывая их действия.

На тротуаре то и дело приходилось огибать снующих торговцев с корзинами и подносами: один предлагал леденцы на палочках, другой — пучки сушёных трав с терпким запахом, третий — самодельные игрушки. Дети спешили по взрослым делам, большая часть из них была нагружена какими-нибудь свёртками или коробками, но всё равно засматривалась на игрушки.

И повсюду торговались, смеялись, обменивались новостями и сплетнями.

Многоголосый гомон из выкриков продавцов, звона посуды, скрипа колёс, урчания моторов, смеха, обрывков разговоров и конского фырканья плыл над улицей подобно прозрачному туману, обволакивая и заполняя каждый уголок, каждую щель.

Свернув за угол, я заметил старика, стоявшего возле одной из лавок с установленной на шесте шарманкой. Он крутил ручку, заставляя древний инструмент добавлять в эту какофонию нестройный звуки какого-то старинного вальса. Возле него собрались и взрослые, и дети. На лицах застыли улыбки. Тот, кто останавливался, бросал в лежавшую на земле шапку кости.

Солнце ещё заливало улицу золотистым светом, но из-за множества теней она казалась огромной распростёршейся под ногами пятнистой шкурой леопарда.

У меня не было кости, чтобы бросить шарманщику, поэтому я не стал останавливаться и прошёл мимо. Но не успел сделать и пяти шагов, как кто-то дёрнул меня за рукав.

Обернувшись, я увидел светловолосого паренька, державшего в левой руке деревянную клетку. Внук Зарины смотрел на меня снизу вверх. Я остановился.

— Привет. Тебя ведь Сашей зовут?

Мальчик кивнул и поднял клетку, демонстрируя её мне.

— Я это сам сделал, — гордо сказал он. — Для хорьков, норок и куниц.

— Отличная работа, — ответил я, сдерживая улыбку, чтобы парень не решил, что я над ним смеюсь.

— Лёня сказал, надо её проверить. Мне пока в лес нельзя, но он возьмёт её с собой, когда туда пойдёт. Нужно только доделать дверцу, — мальчик озадаченно нахмурился и осторожно потрогал ловушку. Затем снова посмотрел на меня. — Ты спасёшь моего папу? Вернёшь его? Он умер, но ты же умеешь воскрешать людей, да?

Серые глаза мальчугана были полны надежды.

Тяжело отвечать на такие вопросы «нет», особенно когда их задают дети. Но и лгать не вариант.

Пока я прикидывал, какие слова подобрать, откуда-то донеслись крики. Я сразу понял: что-то случилось.

А затем воздух разорвал дружный стрёкот пулемётов!

Улица мгновенно изменилась. Люди задирали головы и вертели ими по сторонам, позабыв обо всех делах, которые ещё секунду назад всецело владели их вниманием.

В небе появились силуэты больших птиц, похожих на орлов! Сверкая разноцветным оперением, он кружили, выписывая в воздухе сложные маневры. Не сразу я понял, что птицы стараются избежать попадания очередей, которыми стреляли по ним с крыш.

— Бегите, бегите же! — раздался откуда-то из толпы женский крик. — Их слишком много!

Словно людям не хватало только этого, они бросились врассыпную. Большинство врывалось в ближайшие лавки и закусочные, некоторые заползали под телеги. Всадник хлестнул лошадь и помчался галопом вдоль улицы.

Птиц становилось всё больше. Похоже, над Цитаделью собралась целая стая. Иногда пули попадали то в одну, то в другую тварь, выбивая из тел и крыльев взрывающиеся фонтанами искрящиеся осколки, но ещё ни одна птица не рухнула на землю.

Опустив глаза, я увидел, как Саша бежит по тротуару, а клетка болтается сбоку и лупит его по бедру, мешая развить нормальную скорость. Вот он попытался свернуть в подворотню, но чёртова клетка зацепилась за руль брошенного кем-то второпях велосипеда. Вместо того чтобы выпустить её, пацан остановился и начал дёргать ловушку изо всех сил, но конструкция оказалась крепкой: видать, Лёня хорошо его учил.

В этот момент одна из птиц, словно высмотрев подходящую цель, отделилась от остальных, сложила крылья и рухнула вниз.

Почему-то я сразу понял, что она нацелилась на Сашу. Наверное, потому что на быстро пустеющей улице он был единственным, кого она могла подхватить и унести.

Стоило это подумать, как на стремительно падающей птице вспыхнул красный треугольник.

ОПРЕДЕЛЕНА ВРАЖДЕБНАЯ ФОРМА ЖИЗНИ

КЛАСС: Биомодифицированный С-сокол

РАНГ:???

СПОСОБНОСТИ:???

УЯЗВИМОСТЬ:???

Чёрт, да какая разница, что у этой хищной твари за название⁈

Я бросился вслед за Сашей. Догнать, схватить и затащить в ближайшую дверь или подворотню!

Мне наперерез промчался какой-то толстый мужик. Пришлось на секунду притормозить и отскочить в сторону, чтобы не влететь в него на полном ходу.

Перепрыгнув стоявший на земле ящик с огурцами, я рванул дальше.

Ноги несли меня по узкому тротуару поразительно быстро. Я жизни так не бегал, и дело было явно не только в адреналине: новое тело давало прежнему фантастическую фору.

Но птица пикировала быстрее. Вот она пронеслась мимо крыши дома, резко расправила крылья, тормозя падение, выпустила огромные чёрные когти, и я вдруг со всей щемящей сердце очевидность понял, что не успею…

Глава 15

Выхватив на бегу пистолет, я сдвинул большим пальцем предохранитель, вытянул перед собой руку, поймал птицу в прицел и нажал на спусковой крючок.

Пуля попала твари в широкую грудь, выбив тучу сверкающих в косых солнечных лучах осколков, но хищник даже не подумал ретироваться. Его отделяли от цели жалкие пять метров, и дистанция стремительно сокращалась.

Я выстелил ещё и ещё.

А затем у меня за спиной раздался тяжёлый частый стук пулемётной очереди, и рой пуль вонзился в птицу, опрокинув её в полёте!

Кувыркаясь, тварь отлетела назад и упала на землю.

Тут же поднялась, издав протестующий вопль, и ринулась вперёд, совершая в разные стороны прыжки, чтобы избежать попадания новых пуль. Тем не менее, очереди то и дело находили её, отбрасывая назад.

Подавив желание обернуться, чтобы посмотреть, кто вступил в бой, я подбежал к Саше, встал между ним и птицей и уже собирался снова открыть огонь, когда вдруг заметил, что длинная шея, которую чудище вытягивало из образованного перьями воротника, совершенно голая!

Как только тварь рванулась вперёд, я сделал