Позывной "Аббадон" - Екатерина Воробьева

Король, в свою очередь, никак не отреагировал на ее комментарий по поводу своей внешности. Он лишь спокойно посмотрел на нее, затем на ее ноги, лежащие на его столе, и наставническим голосом проговорил:

- Джиневра… - кивнул он в сторону ее ботинок – Ты же леди!

- А, ой! Прошу прощения! – встрепенулась она.

Вскочив со своего места, она отвесила самый грациозный на свете реверанс и почтительным голосом произнесла.

- Приветствую вас, Ваше Величество. Вы хотели меня видеть?

- Перестань паясничать! - устало прикрыв глаза, одернул ее Салазар.

Джин резко выпрямилась и уселась обратно в кресло, однако ноги оставила на полу, лишь закинула левую на правую и довольно небрежно развалилась в кресле, сцепив руки на животе.

- Нет, если серьезно, заканчивал бы ты со своими экспериментами. Ты на себя в зеркало вообще смотрел?

Все лицо короля покрывали незаживающие, гноящиеся, кровоточащие язвы. Если так выглядело его лицо и руки, Джин могла только представить, что творилось на его теле.

Несколько лет назад Салазару взбрело в голову найти элексир вечной жизни. Точнее, такое желание вызвала у него встреча с одной темной феей, на которой он помешался как одержимый.

Будучи моложе и в полном расцвете, пыша здоровьем и силой Салазар встретил Лилит. Он влюбился в нее так сильно, что захотел прожить рядом с бессмертной феей вечность. Но по законам природы смертный человек и бессмертная темная фея просто физически не могли быть вместе. Но главной трагедией во всем этом было то, что фея не ответила на его чувства.

Сколько бы он ни старался, Лилит отвергала его. Ухаживания, дорогие подарки, балы в ее честь, клятвы любви и верности – ничего не действовало на непреклонную фею. Каждый раз король оставался ни с чем. А затем она и вовсе сбежала из их мира. В порыве отчаяния, обиды и гнева король объявил на нее охоту, пообещав кругленькую сумму тому, кто приведет ее живой или мертвой.

Не смотря на то что любовь к фее продолжала теплиться в его душе, львиную долю этого волшебного и светлого чувства пожрала одержимость идеей вечной жизни.

С тех пор все лаборатории во главе с Научным и Медицинским центрами работали над изучением и созданием формулы бессмертия. Тонны экспериментальных сывороток, уколов, инъекций и разных всевозможных издевательских манипуляций, которыми Салазар совершенно осознанно и добровольно истязал себя, приводили лишь к обратному эффекту. Вместо вечной молодости и жизни он превратился в живое подобие мертвеца, разлагающегося на глазах.

- Переживаешь за меня, сестренка? – с елейной улыбкой протянул он.

- Единственное, за что я переживаю - за отсутствие твоих прямых наследников. – с безразличием ответила она.

Оттолкнувшись локтями от стола, Салазар откинулся на спинку своего бархатного кресла, пытаясь скрыть боль которая сопровождала каждое его движение.

- Как это понимать?

- По большому счету, мне плевать, сдохнешь ты или нет. – пожала она плечами – А судя по твоему состоянию, сдохнешь ты скоро. А при отсутствии у тебя детей, эта уродливая цацка, - Джин скосила взгляд в сторону увесистой золотой короны, лежащей на краю стола возле Салазара – Перекочует на мою голову.

- А тебе не хочется быть королевой? – с нескрываемым в голосе скепсисом спросил он.

- Нет. – жесткий, быстрый ответ – И никогда не хотела.

А затем, немного помолчав, добавила, оскалив недружелюбную улыбку:

- Так что зря ты меня тогда сдал.

Салазар устало вздохнул. Один и тот же разговор на протяжении многих лет. Одни и те же обвинения. Одни и те же оправдания.

- Джин, у меня не было выбора…

- Был! – оборвала она его – Был выбор. Не говорить королю, как я и просила.

Королю. Она намеренно не называла его отцом. Никогда его не считала отцом. Для нее человек, участвовавший в ее появлении на свет, был исключительно королем.

- Отец догадывался… - торопливо оправдывался Салазар – Догадывался, что у одного из нас, а может, и у обоих есть дар. Что я мог сделать?

Джин задумчиво постучала пальцем по губам.

- Что ты мог сделать? – нарочито медленно повторила она его вопрос – Ну, например, сохранить мою тайну, так же как я сохранила твою!

И на этих словах Джин выхватила из пояса свой нож и бросилась на короля. Единственное, что он успел сделать, - прикрыть лицо и шею руками. Острое лезвие полоснуло ему предплечье, оставляя после себя глубокий, ровный порез.

- Спятила?! – заверещал он и вскочил на ноги.

С презрительной ухмылкой Джин наблюдала за тем, как рана на руке Салазара довольно быстро затягивалась.

- Удивительный парадокс. – хмыкнула она – Обладая моментальной регенерацией, ты расползаешься по швам, как старая мокрая тряпка. Видимо, даже сама магия противится тому, что ты делаешь.

Поджав губы и недовольно запыхтев, король сел обратно в свое кресло.

- У меня был выбор: или я, или ты! – тяжело дыша, закричал он.

Положив руки на поверхность стола и сцепив их, Салазар упер взгляд в лакированную поверхность красного дерева. Он не мог посмотреть ей в глаза. В нем по сей день жил стыд и сожаление за то, что не нашел в себе сил и храбрости сохранить секрет сестры и пойти в военный корпус вместо нее.

- И ты сделал выбор. Между восемнадцатилетним собой и восьмилетней мной - ты выбрал меня.

- - Джин, я не мог… - жалобно простонал он – Не мог! Это место… оно… настолько ужасно…

- Я знаю, на сколько оно ужасно. – прервала она его жалобное нытье своим стальным голосом – Я провела там, обучаясь, семь лет. Семь лет, брат мой. Меня били, унижали, заставляли ходить голыми вместе с мальчиками в душ и туалет. Мне ломали кости, рвали и резали плоть, брили наголо, издевались, домогались. Но я стерпела все и выжила. Иты мнебудешь рассказывать про ужасы рекрутской жизни?

- Но в результате ты стала тем, кто ты есть.

Пытаясь смягчить свое предательство, Салазар попытался напомнить Джин, что именно благодаря всему этому она стала самым могущественным воином своего поколения.

- А я хотела этого? Я просила об этом?

- Ты легенда, Джин! Ты войдешь в историю как самый сильный, бесстрашный и непобедимый солдат! – с восхищением выпалил он.

- А ты - как безумный король. – брезгливо поморщилась она.

Вспомнив зачем он позвал ее, Салазар быстро прикусил