Выживала. Том 4 - Arladaar

— Прошлую весну поднималась выше, — согласно кивнул головой батя, как будто догадавшись, что хочет сказать Женька. — Прошлый год вообще разрушительное наводнение было, много частных домов и дач у людей потопило. Возможно, в этом году такое же будет, вода сейчас только вверх идёт. Мотоцикл сейчас отгоним к Серёге. А через пару недель можно за колбой съездить.

— А ты места знаешь? — с интересом спросил Женька.

— На то же самое место поедем, куда прошлый раз с Иваном ездили, он говорил, они там колбу режут, — заявил батя. — Наверное, с ними и поедем. Думаю, они не против будут.

… У Серёги Иванова гараж был капитальный, в кооперативе от профкома завода, расположен почти рядом с проходной, за заводской поликлиникой. Когда батя с Женькой притарахтели туда, почти все гаражи были открыты: мужики в субботний день обихаживали свои ласточки, приводя их в порядок после зимней стоянки. Как Женька заметил, в 1970-е годы зимой на личных машинах автолюбители почти не ездили, по-видимому, сказывалось отсутствие зимней резины. Да и вообще, куда ездить советскому человеку в зимнее время? На работу всегда можно на автобусе или на служебном транспорте.

— Вот и вы приехали, — улыбнулся Серёга. — Что у вас там, вода поднимается?

— Поднимается, — согласился батя. — Пусть недельку-две у тебя постоит. А то работать буду, вдруг времени не будет посреди недели отогнать. Потом через пару недель заберу.

— Загоняй. У меня места много, — кивнул головой Серёга в сторону открытых ворот.

Его машина, «копейка» белого цвета, стояла сейчас на улице, все двери открыты, по-видимому, чистил внутри и мыл коврики. Батя закатил мотоцикл внутрь, немного постоял с Серёгой, потрындел с мужиками, и потом отправились домой.

… После майских праздников Григорий Тимофеевич зашёл после работы к матери.

— Кто к нам пожаловал! — радостно сказала Авдотья Михайловна. — Заходи, Григорий Тимофеевич, садись, отужинай с нами. Ты по делу? Аль как?

Авдотья Михайловна наложила сыну полную тарелку жареной картошки, квашеной капусты, солёных огурцов, жареной рыбы. Сама с Иваном тоже села поужинать.

— Решили мы за колбой съездить с Семёном, — заявил Григорий Тимофеевич, принимаясь за еду и посмотрел на Ивана. — В то же самое место, куда и за опятами ездили. Компанию нам не хотите составить?

— Можно и составить компанию, — согласился Иван. — Делать сейчас всё равно нечего.

— Давайте съездим! — оживилась Авдотья Михайловна. — Мне свежей колбички уже давно охота, насолила бы, пирогов напекла с яйцами. Да свежую чего бы не поесть.

— Давайте в следующую субботу: к 9 утра мы с Семёном к вам подъедем, и отсюда стартанём, — предложил батя.

— А стоит ли малого брать? — спросил Иван. — Сейчас в тайге клещей немерено. Нацепляет ещё.

— Клещей можно и в городе нацеплять, — возразил батя. — Пусть привыкает к лесу. Возьмём с собой ДЭТУ. Оденемся поплотнее. Что мы, таёжные люди, клещей этих бояться будем?

— Ну смотрите, вам решать, — пожал плечами Иван. — Ждём вас в субботу у гаража в 9 часов.

…В пятницу 12 мая батя сходил к Серёге, договорился, чтобы в субботу пораньше с утра съездили в гараж за мотоциклом. Вечером сообщил всем домашним, что собрался ехать за колбой. С Семёном.

— Съезди, — разрешила Мария Константиновна. — Свежую колбу очень хочется поесть, у магазинов бабки продают, но цены совсем кусаются: 50 копеек за пучок просят, да и колба никудышная, белая. Совсем обнаглели!

— Так, может, и нам тоже на продажу сколько-нибудь набрать? — неожиданно спросил батя. — И себе привезли бы, и на продажу.

— Сам будешь стоять у магазина или на базаре? — рассмеялась Мария Константиновна. — Конечно, везите как можно больше, здесь решим, что делать. Только одевайтесь поплотнее. Сейчас клещей море.

— Дя! — вставила пять копеек Анастасия, сидевшая в кроватке и внимательно слушавшая взрослые разговоры, и тут же протянула руку к маме. — Со! Дяй со!

— Сосу не дам и не проси! — строго сказала Мария Константиновна. — Сосу кыса утащила! Кыса прибежала и утащила. Кыса маленькая, ей можно ходить с соской. А тебе нельзя! Ты уже девочка большая!

— Дяй соооо! — заныла Анастасия, как будто не слышавшая, что говорит мама. — Дяй, дяй, дяй соооосююю! Ы-ы-ы-ы!

Если процесс вживания в ясельную жизнь пока протекал очень хорошо: Настя в ясли ходила с большим удовольствием, многому научилась: сама есть, ходить на горшок, хотя иногда, особенно ночью, по старой привычке пускала струю в штаны, но вот процесс отучения от пустышки протекал с большим трудом. Иногда забывала про неё на несколько дней, даже на неделю, но потом как будто переклинивало, и могла час-два непрерывно ныть и изводить всех вокруг. Дай соску немедленно и всё! Приходилось идти на уступки.

— Возьми! — недовольно сказала Мария Константиновна, вытащила пустышку из-под чашки на столе, помыла в воде и дала дочери.

Более довольного человека, чем Анастасия, наверное, на этом свете нельзя было отыскать. Соску дали наконец-то! Анастасия, словно получив в свои руки величайшую ценность или лакомство, отвернулась от всех и начала с удовольствием наяривать пустышку.

…Когда вечером перебирали одежду, чтобы подготовить на завтра, на удивление, оказалось, Женька опять подрос, и сейчас уже весенняя одежда стала маловата.

— Потом приедем, на следующей неделе сходим, купим тебе чего-нибудь на весну и лето: куртку, кофту и штаны, — пообещал батя. — А сейчас пока и так сойдёт.

Нашлась плотная штормовка, в которой Женька ещё по осени ходил на рыбалку, померил её: хоть и впритык, но вроде нормально, рукава плотно охватывают запястья. Приготовил спортивный костюм, сапоги, шапку.

Честно сказать, весенние походы по тайге Женька не любил даже в 21 веке. Всё из-за грёбаных клещей, у которых пик активности приходился на май месяц. Конечно, и гнус доставлял большие неудобства, однако гнус в солнечную погоду, либо когда поднимался ветер досаждал не так, как целые стаи клещей, сидевших на траве и цеплявшихся за абсолютно всё, что движется. На улице уже тепло, даже жарко, за 20 градусов, а ты вынужден ходить плотно одетый и в застёгнутой на все пуговицы одежде, постоянно осматривать себя чуть не каждую минуту, чтобы на одежду или под неё не залез энцефалитный гад. Так как пот в жаркую погоду имел свойство смывать с кожи защитную мазь, а спрей, которым постоянно брызгали одежду, смывался росой, то приходилось химзащиту постоянно обновлять, часто обрабатывая одежду и кожу, при этом дыша химией. Ну, здесь уже некуда не деться: привыкли так жить.

…В субботу батя и Женька встали пораньше, оделись, батя положил в рюкзак закуску в маленькой авоське: термос с чаем, полбулки порезанного хлеба, жареную рыбу, яйца,