Методика выживания - Юрий Анатольевич Здоровеющий

И Сара действительно коротко провела ознакомительный курс. Как только закончила, все встало на свои места. Все же командор уточнил сделанный вывод. Скорее для полной ясности в собственной голове, чем по какой-то другой причине.

– То есть, ты хочешь сказать: в том случае, если пожелание удачи в пути стало третьим посланным импульсом, отправленным связистом в эфир в эмоциональном порыве, то, приняв его, «Барракуда-16» автоматически раскрыла врагу место своего положения?

Сара кивнула. Поправила упавшую на глаза челку и продолжила речь.

– Так точно, сэр. Поэтому я и говорила о необходимости вашей помощи. Меня не пустят на центральный пост управления. Тем более никто не позволит мне рыться в вахтенном журнале дежурного, где фиксируются все до единого выхода на связь и принятые импульсы. Нам об этом когда-то рассказывала Вайда.

Командору прозвучавшее имя не говорило ни о чем, поэтому Валерия уточнила для него и для «новенькой» Кимберли:

– Девушка, сэр, из нашей группы. Родом из Болгарии. Связисткой была. Позывной: «Йота». Погибла одной из первых. Давно. Два года назад.

Дождавшись окончания вынужденного пояснения, «Пиксель» вновь перешла к теме собрания.

– Если, Вы, сэр, скажем, под видом рутинной проверки загляните в вахтенный журнал, это никого не удивит и не насторожит. Я никогда не стану спрашивать самого младшего капрала, сэр. Он может не вспомнить, а может соврать, если заподозрит неладное. Еще и дел натворит в панике…

Пока еврейка вела поучительный монолог, командор наблюдал за новыми подчиненными. Как же нынешнее застолье похоже на аналогичную картинку из далекого прошлого. Родимов подсознательно оглянулся, будто бы все его погибшие друзья, все «Преторианцы» восстали из небытия и незримым присутствием воссоздали атмосферу доверия и спокойствия, царившую когда-то в экспериментальном подразделении проекта «Посейдон» …

Нечаянный взгляд Изабеллы отметил отсутствующее выражение на лице командира.

– Что-то не так, сэр? – поинтересовалась Моне. – Хотите что-то добавить?

Поневоле собеседники замолчали. Пришлось Станиславу наскоро придумывать приемлемое объяснение, чтобы не выглядеть равнодушным к идущему разговору. Вроде бы получилось. Но уже не Мовшан, а Кимберли вернулась к теме предыдущего обсуждения.

– Все верно, – подтвердила она. – И насчет связиста, и насчет ведения журнала. Я постоянно отчитываюсь перед оперативным дежурным и часто бываю на центральном посту. Перед началом новой вахты личный состав проходит обязательный инструктаж, в завершении каждый связист получает индивидуальный рабочий лист. Содержание документа строго секретно даже для товарищей исполнителя. В этих листах информация с указанием команд рейнджеров, разведгрупп, кораблей и станций сопротивления, с кем ожидается выход на связь именно на его канале. Или наоборот, кто будет ждать передачи из «центра». Там же прописывается время выхода на связь. Основное и резервное. После окончания смены листы сдаются, но есть еще автоматические стационарные системы контроля. Они автономны. Фиксация каждого импульса ведется с указанием точного времени и адресата, причем круглосуточно и беспрерывно. Вот эти показания и заносятся в вахтенный журнал дежурного офицера поста, и их всегда можно проверить на самом устройстве. Память машины сохраняет данные до тех пор, пока не будет очищена.

– Я понял, – согласился Родимов. – Ты, Сара, хочешь, чтобы я уточнил данные в вахтенном журнале дежурного?

– Сэр! Если возможно, то лучше бы в памяти компьютера, сэр, – с мольбой, словно просила о чем-то несбыточном, уточнила Мовшан. – Я не знала, что существует такая система. Потому и сказала о журнале дежурного. Но, сэр, дежурный тоже всего лишь обычный человек. Не хочу никого обвинять в халатности…

– Не причитай. Я понял тебя, – перебил девушку босс. – И твое примечание правильное. Стопроцентная гарантия подлинности информации, так? Согласен, я это сделаю, но все еще не понимаю, как ты собираешься применить полученные сведения.

На сей раз «Пиксель» искренне удивилась вопросу командора.

– Вы же самостоятельно, сэр, сделали правильные выводы. Вот смотрите! Представьте себе, что мы с вами, это источники и приемники импульса связи. Вы теперь знаете: привычными радио, звуковыми или ультрачастотными локационными средствами импульса не поймать. Скорость его движения равна скорости света. Применяемые в радиолокации и связи волны иного происхождения распространяются с несравнимо меньшей скоростью… Простите, сэр, можно воды?

«Сушняк» – так говорят между собой алкоголики на утро после выпитого спиртного. Он и заставил девушку прервать объяснение.

Родимов не только на правах хозяина, но и как единственный в компании мужчина, принес и поставил на стол хрустальный графин с артезианской водой. Принес и стаканы, справедливо предположив, что Сара не одинока в желании. И не ошибся.

Как только дамочки устранили проблему с «дегидрацией» организма, за что любезно поблагодарили хозяина, разговор вновь стал серьезным.

– Так вот… – продолжила Сара. – мы, это источники или приемники импульса. Представьте себе это же помещение, заполненное чем-то вроде желеобразной массы. Именно так, утрированно, конечно, происходит накрытие контролируемой площади электромагнитным широкополосным объемным полем современных радаров. Посланный импульс, скажем, это струя фруктового сиропа. Она движется под сильным давлением и рассекает желе в направлении адресата. То есть оставляет в желе след, как и происходит в объемном поле от реального импульса. След этот быстро теряется. Сироп растворился в желе. Это на первый раз. Однако мы с вами уже видели, откуда примерно вышла струя. Так и радары. И погрешность определения источника импульса в первый раз велика. Свыше сотни квадратных миль. Но это применимо лишь для передвижных платформ. В стационарных условиях в дело сразу вступают многослойные глушилки. Поэтому сервы и не могут засечь источник сигнала на базах.

Сара сделала небольшую сознательную паузу, давая возможность заинтригованным слушателям обработать полученную информацию.

– Дальше! – снова заговорила девушка. – Если мы посылаем вторичный импульс, то его замечают сразу, потому что уже ждут. Радары направляются именно в ту сторону, откуда был определен первичный сигнал. И погрешность уже (несмотря на огромную скорость) всего десять миль. Нужно ли говорить о третьем импульсе?

Она победно взглянула на необычную аудиторию. Улыбнулась забавному виду коллег, их заинтересованной сосредоточенности. Затем продолжила:

– Если мы говорим о приеме импульса, то еще проще. Смотрите. Струя сиропа – не лужа, выплеснутая ведром. Потому она и струя, что строго направлена, а направлена в определенный район, туда, где в соответствии с регламентом должен к назначенному времени находиться приемник. Конечно же, на пути следования струя объективно натолкнется на многие приемники. В виде, скажем, радиостанций, природных аномалий и даже бытовых устройств, телевизоров и всего такого, что может принять сигнал. Теоретически.