Фантастика 2026-160 - Вахтанг Глурджидзе

— Видели, — коротко ответил Матвей. — И что?

Здесь это изобретение все еще было роскошью, и только появлялось в обиходе у аристократов. Память о прошлой жизни полностью не восстановилась. Я почти ничего не помнила о себе, зато не забыла о благах цивилизации вроде интернета, компьютеров и сотовой связи.

— Чудик один утверждает, что изобрел сенсорный экран, — сказал Сава. — Типа… без кнопок. Пальцем управлять можно. Буквы, цифры с экрана набираются. Картинки пересылать можно, чуть ли ни в цвете. И будущее описывает из какой-то фантастической книги. Вроде в перспективе можно будет звонить по видеосвязи, причем дешевой. Это как, вообще? Блюдечко с яблочком каждому в руки, блин.

— Мне это надо! — обрадовалась я. — Я вложу деньги, куплю акции. Что там надо?

— Яр, ты серьезно? — не поверил Сава.

— Абсолютно! Вот увидишь, все так и будет.

— Тебе дедушка подсказал, что ли? — спросил Матвей.

— Ну… почти. Только надо узнать, на какой стадии разработка, и нет ли где в мире похожего проекта. Даже если он засекречен.

— Это, пожалуй, можно, — сказал Сава. — То есть, ты уверена?

— На двести процентов. Срочно узнавай, пока не перехватили.

Экономист из меня никакой, зато я точно знаю, что это перспективная технология. Телефоны с сенсорным экраном, смартфоны, видеозвонки… Все будет! И захватит мир. А те, кто стоит у истоков, обогатятся. Если повезет, это буду я.

— А что хранится в банке, я не знаю, — добавила я. — Можно и отложить, но очень любопытно, что там. Возможно, это и не деньги вовсе, а какое-нибудь важное послание. Дедуля-то со странностями.

— Тогда идем в гимназию, — сказал Сава.

— Втроем. — Матвей кивнул. — Так надежней.

Глава 27

От идеи посетить гимназию днем или вечером, до закрытия ворот, пришлось отказаться. Заманчиво, пройти к главному корпусу, прикрывшись невидимостью, и тихонько пробраться в подвал. И вполне осуществимо, если бы не ловушки против магов.

Их стали расставлять по парку и вокруг построек в прошлом году, после того как несколько парней под прикрытием невидимости прогулялись по гимназии и испугали девчонок в раздевалках спортивного комплекса. Парк оставили открытым для местных жителей, но появился запрет на применение магии. Если срабатывала ловушка, то сигнал о нарушении поступал к дежурному, а мага окутывала липкая паутина, своеобразная метка, и избавиться от нее было непросто.

Заявиться средь бела дня собственной персоной — тоже не вариант. Мне, как минимум, перегримировываться надо, а потом изображать ностальгию по альма-матер и что-то врать, потому что по легенде меня нет в Петербурге, я вернулась в Москву. Саву и Матвея в гимназии тоже хорошо знали.

Гораздо проще нагрянуть в подвал под покровом ночи. Перелезть через забор, вскрыть дверь в подвал. Жаль, дедушка не оставил мне карту тайных ходов. Но мы и так справимся.

День для вылазки выбрали тот, что перед выходным. За город поехали на машине Савы. Моя находилась в гараже у Александра Ивановича. Я ей почти не пользовалась, потому и переставила в теплое сухое место.

У Александра Ивановича жила Карамелька. У него же хранились моя женская одежда и личные вещи. Вроде как дом… Но он не был моим. Туда я могла прийти в любое время, но стеснялась пользоваться гостеприимством хозяина. И отказаться от помощи не могла. Другого дома у меня нет. Не считать же родным гнездом подвал в гимназии.

Туда мы попали легко. А до этого бесшумно перемахнули через забор и пробежались по парку. Гимназия — не банк, территорию охраняют, но не строго. К тому же, девушки тут не ночуют, а кроме книг, мебели и учебных пособий красть нечего.

Я так впечатлилась тем, как споро Матвей вскрыл замок на двери, ведущей в подвал, что пошутила:

— Карьера не задастся, в домушники пойдешь.

— Чего это? — деланно оскорбился Матвей. — В «медвежатники», не меньше.

Внутри никого не было, мы с Савой просканировали пространство, поэтому говорили не таясь, в полный голос.

Я подвела Матвея к двери, запечатанной кровью Морозовых.

— Давай, «медвежатник», эту вскрой. Ты же до сих пор сомневаешься, верно?

— Что-то я замка не вижу, — заметил Сава. — Стена, как стена.

Но Матвей сообразил, что к чему. Вот только палец резать не спешил. Может, не хочет он этого… последнего доказательства?

Я плечом отодвинула Матвея в сторону.

— Нет, Яра, я сам, — словно очнулся он.

Камень впитал кровь, дверь отворилась. В чем я, собственно, и не сомневалась. А Матвей немного завис, вроде как даже удивился произошедшему. Его можно понять, он рос, как Шереметев, а потом — бац! — и вот это всё. Любимый внук превратился в приемыша, даже не бастарда. Я видела, как тяжело Сава переживал разрыв с семьей. А у Матвея этот разрыв впереди, и он неизбежен. Однако вмешиваться в его выбор я не собиралась.

В тайное жилище никто не приходил. В последнее посещение я оставила несколько простых ловушек, вроде натянутых ниток, по-особенному лежащих предметов. Дедушка не возвращался. Пыль ровным слоем покрывала мебель.

Пока Сава и Матвей бродили по комнатам, осматриваясь, я достала из тайника всё припрятанное и сложила в рюкзак. С ним удобнее по кустам в ночи бегать.

— Возвращаемся, — сказала я ребятам.

Из подвала мы выбрались без приключений. Я уже поверила, что на этот раз все прошло так, как и было задумано, без случайностей и внезапностей, как Сава, идущий впереди меня, вдруг резко остановился. Я налетела на него, не ожидая такой подставы.

— Тихо, — прошипел Сава, не поворачивая головы. — Замрите, оба.

В его руке появилась катана.

Меня чуть не разорвало от любопытства. Полагаю, Матвея тоже. Однако мы оба стояли, не шевелясь, пока Сава не прыгнул вперед, взмахнув оружием. Тогда я и увидела того, на кого он напал. И не поверила своим глазам.

Черт! Мы же не в Исподе! Но это живчик!

К счастью, один. Сава разделался с ним быстро, голова живчика улетела в кусты.

— Как это… — пробормотала я. — Почему…

Матвей, вопреки ожиданиям, не стоял, как памятник. В Исподе он бывал, но живчиков разве что на картинках видел. Однако он пришел в себя первым.

— Сава, это прорыв, — сказал он.

— А то я не