Газлайтер - Григорий Володин

Мы взбираемся по лестнице на высокий путепровод над железной дорогой. Наверху образовалось аж семь «нор». Из-за этого железнодорожным компаниями пришлось временно остановить передвижение через Будовск. Взял же «норы» я без очереди, ибо теперь имею право.

Во время подъема со мной связывается группа поддержки:

— Мегамозг, это Студень, здесь образовались дворяне. Говорят, что одна «нора» записана на них. Прием.

— Студень, это «Хозяева»? Прием, — я сразу предполагаю ловушку от Недежки. Давно он не высовывался из своей резиденции. Безвылазно сидит у себя, бессердечный, а мне ведь нужен повод его прихлопнуть.

— Мегамозг, нет, не из группировки. Предякины. Не хотят уступать. Прием.

Ну блин, Айсмена еще не хватало.

— Студень, впусти их, но только основную группу. Пять человек, не больше. Конец связи.

Через пять минуть у «нор» мы встречаемся с Предякиными. Оказалось, что Богдан тоже занялся охотой и даже создал свой доброотряд. Вот сейчас он и глазеет на Лакомку, взгляда не может оторвать от ее фигуры, проступающей сквозь мешковатый камуфляж. Ленка это замечает и поворачивается так, что огромный фламберг закрывает альву. Но Айсмен так сильно вытягивает шею, как страус, что у меня аж кулаки зачесались ее намылить.

— Богдан, мои глаза в другой стороне, — я громко прерываю его разглядывания. — Рассказывай, что здесь забыл?

— Что забыл⁈ — сразу бычится одноклассник. — Это мои «норы», Вещий! Мой брокер их на бирже выбил! А вы что здесь забыли?

— Борзометр поумерь, Предякин! — опускает его Светка. — У Дани эксклюзивное право на «норы», так что либо твой брокер накосячил либо на бирже не успели убрать номер «нор».

— Эксклюзивное право? — опешил Предякин. — Ну конечно! У тебя же отчим ходит полковником в царских охотниках!

— Сейчас договоришься, что я вызову тебя на дуэль, — буднично произношу я, и Айсмен сразу затыкается. — Лучше звони в приемную биржи и выясни в чем дело. У тебя пять минут, и мы приступаем к охоте.

Богдан поджимает губы, но решает послушаться. Он отходит к перилам путепровода и набирает биржу. Вскоре возвращается с расстроенным видом.

— Ну, колись? — Светка смотрит на него с победоносным видом.

— Говорят, накладка вышла. Забыли убрать из реестра, — вздыхает парень и бросает грустный взгляд на лес внизу. — Блин, нам теперь что ли назад тащиться? Полдня сюда добирались.

Со стороны «нор» раздается рев, как на стадионе. Из портала выпрыгивает стадо рогатых бигусов. Причем «стадо» мягко сказано — весь путепровод оказывается заполнен от перил до перил. И твари продолжают пребывать…

Как командир я быстро принимаю решение.

— Отряд, в бой! Предякин, если хочешь — участвуйте в охоте, — отрывисто бросаю Айсмену. — Забираете всё мясо, которое сами добудете. Но нам не мешайте.

— Идёт, Вещий! — радостно кричит парень и облачается в ледяной доспех. Он рявкает своем отряду. — Огонь!

Мясо бигусов, конечно, на настолько ценное, как те же хомуйволы. Но всё равно подороже мраморной говядины раза в четыре. Да и бигусов здесь набралось немало, так что игра стоит свеч.

Бойня заканчивается быстро. Да, бигусов много, но по сути это всего лишь тупые тяжеловесы с когтями и клыками. Массированная магическая атака быстро истребляет стадо под корень. Одна только Лена уничтожает около двух десятков приматов за одну- единственную атаку. Ее фламберг действительно страшная вещь, особенно, когда он разбирается на тысячи пуль. Пожалуй, я создал дьяволицу, хе.

— Отставить огонь! — командую я «Русичам» по радиосвязи, когда последний бигус идет в расход. А затем повторяю громко — специально для Айсмена. — Предякин, слышал?

— Да слышал-слышал, — подходит он ко мне. — Тогда мы забираем трофеи.

— Только кого сами убили, — напоминаю я.

— Я прослежу, — заявляет Светка, уперев руки в бока, — чтобы лишнее не уволокли.

Оставляю блондинку следить за Айсменом, а сам подхожу к «норам». Сканирую на энергетическом плане. Мда, структура явно не хаотичная. Раньше бы я не заметил разницы от необезьяних «нор», но опыт не пропьешь, нынче вижу — эти явно искусственные. А теперь вопрос на миллион царских рублей — что же на другой стороне?

— Степняк, — подзываю казаха. — Ты за главного.

— А ты куда?

— Туда, — мотаю головой в сторону «нор».

— Ох, черт, так и знал, что ты так скажешь, — вздыхает Гриша. — Будь осторожен. У меня предчувствие, что неспроста они возникли прямо на путепроводе. Ведь по нему привозят много чего, в том числе и боеприпасы для гарнизона.

Я усмехаюсь. Казах даже не представляет, насколько глубоко глядит в корень.

Глава 19 —

Минер хрусталя

Как говорится, без разведки — бой вслепую. Поэтому первым делом засылаю в одну из «нор» Зубастика. Дракончик, раскрыв крылья, залетает в портал, и я осматриваю его глазами огромный мраморный зал с высоким потолком. Ого, какая зловещая атмосфера. Необычненько.

Откат достает даже Зубастика, что странно. Зверь судорожно машет крыльями, пытаясь прийти в себя. Мне приходится послать ему стимулирующий импульс, что дается больших трудов, но состояние дракончика стабилизируется.

— Зачем вы туда запустили зверя? — сзади меня раздается наглый голос Предякина. — Что делает Вещий?

Блин, мешает.

— Заткните его, — процеживаю я сквозь сжатые зубы.

Сразу же следует звонкий окрик Светки:

— Предякин, если не закроешься, я тебя вышвырну с путепровода. Не волнуйся, не будет никакой войны родов — мне простят. У нас спецпоручение от царских! Так что тихо собирайте свое мясо и идите на все четыре стороны.

Айсмен сразу замолкает, и больше я его не слышу. Всё же Соколова может приносить пользу. Так блефовать мало кто умеет…Хотя, может, она не блефовала.

Мне удается сосредоточиться на картине, представшей глазам Зубастика. Каменный зал явно находится в подземелье. На потолке висят тусклые магические светильники. Внизу грудятся пустые клетки, видимо, в них сидели бигусы. Среди клеток расхаживают низкорослые и коренастые гуманоиды. Судя по пышным бородам, это казиды. Широкоплечие коротышки сейчас машут топорами и пытаются загнать Зубастика обратно в портал. Видимо, посчитали его залётным зверем навроде воробья.

Подчиняясь моему приказу, дракончик возвращается обратно. Я же в задумчивости чешу подбородок. Вопрос стоит почти как у Шекспира: идти или не идти. Ну, коротышек с