Псы Господни 3 - Олег Велесов

Меца, конечной точки нашего маршрута, три перехода, а нам не больше двух. С учётом того, что Рене только-только должен узнать о направлении нашего движения, у нас в запасе не меньше суток. Жители Меца успеют и насмотреться на нас, и послушать грохот бомбард, если командиры примут решение начать осаду.

Часам к шести вечера, когда жара начала спадать, а ноги ныли от усталости, увидели по ту сторону реки возвышающийся над долиной холм и замок на вершине. Понт-а-Муссон. Наконец-то. У подножья холма расположился городок с тем же названием. Дома под красной черепицей в свете заходящего солнца смотрелись мило. Пара улочек перекинулись через мост на правый берег и встали вдоль берега стройными рядами.

Не скажу, что нас не ждали. Ждали. На левую сторону бежали жители, гнали скот, тащили тележки с пожитками. У выхода на мост возле сторожевой башни сооружали баррикаду из кольев и телег, эдакое подобие вагенбурга. Для армии Водемона преодолеть подобное препятствие не проблема, просто задачи переходить на противоположный берег не было, наоборот, по эту сторону моста бургундцы принялись воздвигать свою баррикаду.

Главные силы армии свернули вправо к лесу, перед мостом встала сотня наёмников. Застучали топоры, к небу потянулись дымы костров. Мы отошли вслед за поездом герцога к лесной опушке. Наш статус пока что не был определён: подписали контракт, не подписали, если подписали, то на каких условиях? При таком положении вещей лучше вести себя тихо и на глаза особо не лезть. Поставили палатки для Сельмы и брата Стефана. Распрягли мулов, повели на водопой, Толстый Ник и Буланже занялись ужином. Располагались так, словно пришли надолго. Дымов над полем стало больше, голоса людей смешались с конским ржаньем, от моста долетала визгливая перебранка наёмников.

Облачившись в полный доспех, я взял учебный меч. Усталость усталостью, но если хочешь быть в форме тренировки забрасывать нельзя — хотя бы час каждый день должно стать правилом. За отсутствием приличных фехтовальщиков в качестве противника служили сразу трое: Камышовый Жак и братья Ле Фер. Они брали двухметровые палки и пытались меня достать. Я отбивал удары, иногда переходя в контратаку. Крутиться приходилось пропеллером, ибо псы силы не экономили и били со всей дури. Порой прилетало настолько неплохо, что хотелось спросить: чем я вас обидел?

Но я сам велел не жалеть меня, как некогда Гуго. Только в то время я занимался чистым фехтованием, а теперь использовал приёмы железного дровосека. Уже не было необходимости уклонятся от каждого удара, что-то принимал на доспех, а при ударах и уколах чаще использовал тактику Half-sword — полумеча. Это когда одна рука держит рукоять, а вторая клинок. При таком хвате резко повышается контроль и жёсткость клинка, позволяя точнее наносить уколы в сочленения доспехов противника, а также использовать гарду и навершие в ближнем бою. Полуторник мгновенно превращался в некое подобие полэкса, только дистанция оказывается короче, буквально вплотную. Возникают иные ощущения, и действовать приходится на высоких скоростях и нервах, ибо понимаешь, что такая близость с противником чревата достойным ответом в сочленения твоих доспехов. В них тоже есть подмышки, пах, визирные щели.

В общем, грохот стоял такой, словно псы окучивали большую консервную банку. В ответ им прилетали тычки и хлёсткие удары по ногам и телу. Со стороны это не выглядело красиво, как стремятся показать в фильмах, наоборот, походило на кучу-малу, из которой время от времени кто-то выпадал. Одними синяками не отделывались, брызгала и юшка из разбитых носов. Но всё проходило без обид, и ни Жак, ни братья ни разу не отказались от тренировок со мной. Им это тоже было полезно, да и экипировка соответствовала: бригантины, наручи, поножи, шлемы. Эта троица — так уж начало получаться — становилась моими телохранителями. Во всех схватках они стояли или рядом, или за спиной, и мне не надо было искать кого-то в помощь, когда возникала опасная ситуация. Я просто шёл туда, а они шли за мной.

В нашу свалку время от времени пытался забраться Щенок, но слишком он маленький для этого, одного пинка хватало, чтобы отправить его назад к зрителям. Хотя ему тоже полезно, пусть привыкает к боли и запоминает приёмы. Два-три года — и встанет в ряд наравне с прочими. За последнее время его подтянуло, подсушило, плечики расправились. Он уже не походил на забитого жизнью ребёнка, которому приходилось крутиться, чтобы не стать чьей-либо жертвой. Да, он по-прежнему пацан лет десяти-одиннадцати, но смотрит ровно и способен дать отпор. На поясе висели нож и стилет, а Чучельник вручил пацану арбалет и показал, как с ним обращаться. Правда, силёнок натянуть тетиву не хватало, но эта проблема решаема. Я уже сказал отцу Стефану, чтобы приглядел у маркитантов английский ворот.

— Господин! — позвал меня Щенок.

Я поймал кураж, превращая братьев Ле Фер в мешанину из конечностей. Выбраться из схватки в таком состоянии невозможно, тем более что Жак в наглую лупил меня палкой по голове. За такое надо наказывать! Ударом кулака в грудь я отбросил старшего брата, развернул корпус. Палка Жака скользнула по кирасе и уткнулась в землю. Я наступил на неё, дерево треснуло, Жак на мгновенье сместил внимание, а я подобием гарды двинул ему под дых. Удар получился сильный, но броня и гамбезон смягчили болевые ощущения. Жак выдохнул и обломком палки попытался снова дотянуться до моей головы. Я шагнул к нему демонстрируя намерение провести укол в пах, но младший брат схватил меня за лодыжки и рванул на себя. Подлый приём! Всем телом я рухнул на землю, сверху на меня тут же уселись оба брата, а Жак сунул обломок к шее.

— Сдавайся, капитан!

— Не честно, — отпыхиваясь, попытался оправдаться я. — Так нельзя… тем более со своим начальником…

— Ага, — хмыкнул старший, — ты это врагам на поле боя рассказывать будешь.

— Встань с меня!

— Сначала сдайся, а то до утра так сидеть будем.

— Господин, — склонился ко мне Щенок, — сдавайтесь побыстрее, пожалуйста, к вам пришли… приехали…

— Приехали? Кто? — пытаясь приподнять забрало салада, спросил я. — От дю Валя? Деньги привезли?

— Нет, господин, — Щенок склонился ещё ниже. — Госпожа Марго…

Я забил ладонью.

— Всё, черти, победили. Сдаюсь!

— То-то же.

Братья подхватили меня подмышки, помогая встать, Жак стряхнул с нагрудника прилипшие травинки. Я расстегнул ремень, отбросил шлем и закрутил головой.

— Винсент, где…

И увидел. Марго стояла на опушке, поглаживая жеребца