Лучший травник СССР - Сергей Александрович Богдашов

— Для чего? Чтобы яйца собирать?

— «Для многого. Например, чтобы вода грелась быстрее. Или чтобы посуда мылась почти что сама. Это не требует больших затрат, но экономит время. Я же тебя учу — Сила может применяться во всём. Не только в зельях. Вечером покажу тебе несколько самых простых бытовых заклинаний. Чем быстрей их освоишь, тем проще станет жить».

Я задумался. Действительно, почему бы и нет?

… К концу второй недели я вошёл в ритм. Утро начиналось с того, что я ставил чайник, вливая в него чуть-чуть Силы, подогревая магией — вода закипала за пару минут. Пока заваривался чай, я выходил во двор, мысленно проверял состояние кур и гусей — так, без особого напряжения, просто «видел», всё ли в порядке. Потом — козы. Вот с ними было сложнее. Две молодые козочки, которых Татьяна приручила, явно скучали без хозяйки. Ели плохо, блеяли тоскливо.

— Придётся тебе их доить, — заметил Василий, глядя, как я пытаюсь уговорить самую строптивую взять корм из рук.

— Я? Доильщик? — возмутился я.

— А кто? Я на себе трактор таскаю, мне некогда. Или зелья свои вспомни. Может, есть какое, чтобы коз успокаивать?

Я попытался перемолвиться с Ратибором. Наставник молчал, но я чувствовал, что он этак гаденько ухмыляется.

— «Есть одно зелье, — наконец сказал он. — На мелиссе и пустырнике. Но оно не для коз. Оно для людей. Хотя… попробуй. В малых дозах. Только не переборщи, а то заснут, и молока не получишь».

Я сварил отвар. Крайне несложный в приготовлении. Слабый, едва уловимый запах. Добавил в питьё и побрызгал на сено. Козы понюхали, с опаской, но потом принялись жевать. И правда — успокоились. Через час я уже сидел на низеньком табурете, пытаясь сообразить, как правильно доить, а Василий притащил фотоаппарат «Смена −8», чтобы заснять это на память.

— Для истории, — пояснил он, ухмыляясь. — Покажу Татьяне, как ты её козочек обихаживаешь.

— Только попробуй! — пригрозил я, но беззлобно.

Руки уже привыкали, молоко тонкой струйкой било в ведро. Не так ловко, как у Аннушки, но вполне сносно.

… К вечеру я сидел на крыльце, смотрел на закат и перебирал в голове дела. Прицеп почти готов — Василий обещал на неделе поставить новую резину. Заказы на зелья расписаны до конца месяца. Татьяна приезжает через день, учится, старается, помогает по хозяйству и привозит травы. Если что, я ей новенький мопед купил, «Карпаты», с переключением передач на руле, а Васька его так отладил, что он с первого тычка заводится. Все Татьянины возражения погасил простым житейским подходом — это не подарок, а аванс за травы. Только тогда приняла. Ратибор доволен — трав навалом, мой резерв растёт, скоро перейдём к более сложным снадобьям

— «Ты стал спокойнее, — заметил наставник, возникая рядом. — Раньше метался, дёргался. А теперь — как старый дуб. Корни в землю пустил».

— Это ты про коз? — усмехнулся я.

— «И про коз тоже. Но не только. Ты понял, что сила не только в умении бить. Она в умении жить. Заботиться. Растить. Созидать. Это сложнее, чем убивать», — попрекнул он меня моим армейским прошлым.

— Согласен, — кивнул я, не желая обсуждать своё пребывание на войне.

— «Тогда не жалуйся, что дел много. Всё, что ты делаешь сейчас, — это тоже часть твоего пути. Часть твоей силы».

Я промолчал, глядя, как в сумерках зажигаются первые звёзды. Где-то в лесу заухала сова, в курятнике перекликнулись куры, успокаиваясь на ночь. Обычная, мирная жизнь. Которая, как я теперь понимал, была не менее важна, чем никому не нужная война.

— Ратибор, — позвал я. — А ты когда-нибудь… ну… жил обычной жизнью? Без всей этой магии?

Наставник молчал долго. Я уже подумал, что он ушёл, не ответив.

— «Жил, — тихо сказал он наконец. — Давно. Ещё до того, как стал тем, кем стал. И иногда мне кажется, что та, обычная жизнь, была настоящим даром. А всё остальное — лишь попытка его вернуть».

Я не нашёлся, что ответить. Мы сидели в тишине — охотник и его наставник, старый дух и начинающий маг — и смотрели, как над лесом поднимается луна. Полная, круглая, заливающая двор серебристым светом.

Завтра будет новый день. Новые дела, заботы, может быть, новые проблемы. Но сегодня — сегодня можно было просто посидеть, выдохнуть и почувствовать, что ты на своём месте. Что всё идёт правильно. И что даже обычная жизнь, с её курами, козами и варкой зелий, может быть частью большого пути. Важного. Настоящего.

* * *

— Ратибор, а у тебя есть рецепты на усиление слуха, чтобы временно, на час — другой, и что-нибудь, чтобы ночью лучше видеть.

— «Конечно есть. Для своей охраны я такие зелья варил. Но нужно будет сначала вытяжку из черники сделать, она, как основной компонент пойдёт для „Кошачьего глаза“, а вот слух… тут надо бы аналоги моих трав поискать, думаю, где-нибудь на краю болота можно что-то подходящее найти», — загорелся наставник, которого хлебом не корми… э-э-э… нет это не про него, по крайней мере сейчас… который обожает изучать свойства новых трав и растений, — «А ещё ты обещал изучить свёклу и красный клевер. Они тоже могут подойти».

Так-то да, медленно у нас пока изучение растительности продвигается. В моём исполнении Анализ получается довольно поверхностным, что Ратибора просто бесит, а в его… нет, там всё досконально можно вызнать, но… пара таких глубоких изучений, и мой Резерв оказывается практически пустым. Хоть езжай и с Дубом часа полтора потом обнимайся. Пока там Сила восстанавливается быстрей всего. В лесу мне требуется раза в два — два с половиной больше времени, а здесь, в доме, так и вовсе часов пять — шесть.

Для чего мне нужны такие снадобья? Тут всё просто — у меня нет собаки! Завести абы какую — дурная затея. Собака, хорошо обученная и породистая, егерю нужна не меньше карабина или УАЗика. Сорока обещал договориться, но лишь на щенка. И то месяца через полтора. А пока буду егерскую службу нести, как получится. Сам частично выполняя собачьи функции.

Те охотники, которые хоть раз ходили в лес с хорошо обученной