Идеальный мир для Химеролога 10 - Олег Сапфир

спаленные энергоканалы… Честно, не знаю, он называл очень много разных значений, которые я даже в инете найти не смог. Но он сказал, что они уже восстановлены. И добавил, что тебе нужно спать хотя бы часов двенадцать.

Агнесса обессиленно упала обратно на подушки.

— Люди… Где наши люди? — спросила она.

— Тоже все вернулись, — успокоил ее брат. — Поэтому, извини, сестрёнка, я буду настаивать на том, чтобы ты не покидала постель.

Графиня закрыла глаза. Ей хотелось осмыслить произошедшее, разобраться в увиденном, но мозг решительно отказывался работать. Эта перегрузка оказалась слишком велика. Она поняла, что лучше сейчас вообще не думать о Викторе и его способностях, иначе можно просто сойти с ума.

Спустя минуту Агнесса снова отключилась, погружаясь в глубокий восстанавливающий сон.

Глава 15

Где-то в Диких Землях…

Ветер хлестал по лицу, принося резкие запахи хвои и гниющего валежника. Радомир вцепился в жесткую шерсть на загривке своего боевого волка. Громадный зверь стелился над самой землей, легко перемахивая через поваленные стволы. За ними неотступно следовала личная стая химеролога — пятнадцать модифицированных особей, выведенных специально для длительных переходов и агрессивного боя.

Они отступали уже несколько часов. Дикие Земли не прощали суеты, поэтому двигаться приходилось просчитанными рывками, огибая территории высших хищников. Какая-то многолапая дрянь, отдаленно похожая на сколопендру, попыталась преградить им путь возле русла высохшей реки. Вожак стаи даже не сбавил ход, просто сомкнул челюсти на бронированном сегменте, перекусил тварь надвое и отшвырнул бьющийся обрубок в кусты.

Радомир тяжело дышал. Мысли постоянно возвращались к самоуверенному сильному парню, который играючи сломал его план и раскатал по земле боевые единицы.

К полудню лес начал редеть. Впереди показались полуразрушенные крепостные стены. Местами кладка полностью осыпалась, башни поросли густым ползучим мхом, а ворота отсутствовали вовсе. С виду — типичные заброшенные руины, которых хватало на окраинах освоенных территорий.

Волк сбавил шаг и мягко вошел во внутренний двор. Картина здесь кардинально менялась. Вдоль уцелевших участков стен тянулись мотки толстых кабелей. На плоских участках крыш уцелевших флигелей ловили солнце ряды современных батарей. В подвалах под ними тонко гудели инверторы. За дальней стеной шумела узкая речушка с быстрым течением — её вода крутила крыльчатку на длинном валу, питавшем генератор маленькой ГЭС. В кузнях, оборудованных вытяжками, стучали молоты, искрила сварка. Несколько отрядов тренировались на утоптанных земляных площадках, отрабатывая синхронную работу с химерами.

Люди расступались перед Радомиром. Дежурные у арсенала вытягивались, коротко кивая. К нему здесь относились с искренним уважением. Еще бы — он являлся одним из личных учеников мессира Корбута.

Радомир спешился, бросил поводья подбежавшему послушнику и направился к главному зданию. Проходя мимо тренирующихся наемников, он привычно поймал себя на мысли о никчемности столичных жителей. Те отгородились от мира бетонными стенами, придумали себе тепличные законы, обросли комиссиями и комитетами по этике. Они сами перекрыли себе путь к развитию. Настоящая сила кроется здесь, вдали от цивилизации, где химерологию не сдерживают глупые рамки морали. Чтобы получить совершенный результат, нужны жертвы, нужна кровь и полная свобода экспериментов.

Он свернул в длинный коридор и оказался в транзитном зале. Помещение разительно контрастировало с внешним двором. На полу лежал ровный мрамор. Стены украшали потускневшие от времени, но всё ещё детализированные фрески.

Радомир остановился, зацепившись взглядом за центральное панно. Там была изображена грандиозная баталия прошлого. Тяжелые орудия, боевые установки и люди в энергетических доспехах отбивали натиск первых мутировавших орд. Города пылали. Это было время, когда человечество еще опиралось на технику, прозевав тот самый переломный момент возрождения магии и зарождения химер. Итог оказался закономерен — выжившие откатились в развитии, сдали территории и спрятались за периметрами.

Он шагнул на массивную каменную плиту в центре комнаты, усеянную сложным руническим орнаментом. Достал из подсумка пропускной кристалл, влил в него немного энергии. Артефакт отозвался теплой пульсацией. Пространство перед глазами смазалось, барабанные перепонки вдавило от резкого перепада давления.

Яркая вспышка на мгновение ослепила его.

Радомир проморгался. Он стоял на точно такой же плите, только вырезанной из чёрного базальта. Дежурные техники спустили блокирующие барьеры, выпуская его из транзитной зоны.

Он вышел на мощеную улицу скрытого города. Место представляло собой причудливую смесь эпох. Капитальные особняки, сложенные из огромных гранитных блоков, соседствовали с коммуникационными вышками и паутиной проводов. По улицам ходили люди, ауры которых подавляли своим весом. Местные законы были суровы, но именно здесь собиралась элита тех, кто предпочел свободу исследований имперской бюрократии.

Радомир ускорил шаг. Ему предстоял визит в имение учителя.

Поместье Корбута располагалось на возвышенности. Огромная территория была обнесена кованой оградой. Прямо по лужайкам свободно бродили результаты его трудов — причудливые твари, в которых угадывались черты кошачьих, скрещенных с рептилиями. Они проводили ученика хищными взглядами, но нападать не стали.

Радомир поднялся по ступеням, толкнул массивную дверь и прошел по длинному холлу, свернув в личную лабораторию мессира.

Корбут, мужчина с проседью в густой черной бороде и тяжелыми надбровными дугами, стоял у укрепленного операционного стола. Его руки в специальных алхимических перчатках колдовали над вытянутым телом змеи. Химера была крупной, ее чешуя отливала металлическим блеском, а вдоль хребта топорщились шипы, с которых капала разъедающая металл слизь. Тварь извивалась в фиксирующих кольцах, злобно шипя на человека.

— Мессир, — Радомир склонил голову. — Я вернулся. Разрешите доложить?

Учитель не повернул головы, продолжая вплетать эфирные нити в позвоночник рептилии.

— Вы завершили модификацию, мессир? — ученик с искренним восхищением посмотрел на шипящего монстра. — Потрясающий образец. Адаптивная броня, выраженные железы с нейротоксином. И она реагирует на команды!

— Да, — коротко отозвался Корбут. Он провел рукой вдоль тела змеи, успокаивающе погладив ее по загривку. Змея перестала биться, ее узкие зрачки сфокусировались на хозяине.

В следующее мгновение мессир сложил указательный и средний пальцы, прикоснувшись ими точно к центру лба химеры.

Змею выгнуло дугой. Бронированные чешуйки начали отлетать от тела. Из образовавшихся разрывов ударили фонтанчики густой темной крови. Тварь забилась в чудовищных конвульсиях, издавая звук, похожий на свист пробитого котла. Она захрипела, перекрутилась вокруг собственной оси и окончательно затихла на пропитанном кровью металле.

— Коэффициент регенерации не совпал с ростом костной ткани, — констатировал Корбут, снимая перчатки и бросая их в утилизатор. — Мне не нужен нестабильный результат. Придется пересобирать цепочку заново.

Радомир невольно сглотнул. Жаль потраченного материала, он бы с удовольствием забрал эту особь себе. Для него ее показатели были недосягаемой мечтой.

— Как прошел рейд?