Война - Роман Г. Артемьев

— Или дождаться подкреплений, — добавил Скоу. — Войска не всех вассалов августа достигли Австразии, некоторые ещё в пути. К тому же, воинов посылают не только земли, входящие в Союз — я точно знаю, что в Арверне наняли два свежих полка, они тоже идут сюда.

Обедали узким кругом, за столом собралось всего человек двадцать. Де Эренс предоставил свой походный шатер и повара, ухаживала за гостями его любовница, периодически посматривавшая на Анну с подозрением. Если бы не ощущение присутствия тысяч разумных поблизости, можно подумать, они выехали на охоту и сели перекусить.

— Кроме того, у паши есть личный мотив, — продолжал Калленель. — Ему нужна победа, чтобы возвысится в глазах султана. Мы выглядим подходящей целью. Нас всего десять тысяч, а наши укрепления не защищены сильными ритуалами.

— Тем не менее, укрепления построены, — возразила Анна. — Вдобавок у него нет артиллерии, и вряд ли много магов.

— Это абсолютно неважно. Ему незачем побеждать, главное, провести бой, не понести слишком большие потери и составить правильный рапорт.

— Что вы имеете в виду?

— Мы в любом случае отступим, — пояснил с улыбкой прислушивавшийся к разговору Эренс. — В нашу задачу не входит попытка противостоять всей армии султана, всего лишь слегка придержать передовые отряды. Поэтому мы разобьём авангард, соберем раненых и уйдём. Поле боя, таким образом, останется за рахмонитами, и паша объявит о победе.

Калленель согласно кивнул и добавил:

— Султан, конечно, всё поймёт, но раскрывать ложь подчиненного не захочет. Смысла нет. Ведь путь на Арабонн открыт, боевой дух солдат повысился, неудачи первых дней похода забыты. Зачем что-то менять?

Глава 13

Войскам султаната потребовалось два дня на подготовку к сражению. Сначала они остановились на приличном расстоянии, подождали отставших, подтянули обозы, разослали во все стороны свежие конные сотни на разведку. Заодно отправили посольство к неверным, предложив им сдаться в обмен на милосердие Повелителя Всех Земель. Маршал Бюкуа, само собой, пообещал убить любого, вторгшегося во владения его императорского величества.

Когда с дипломатией закончили, заговорило оружие. Паша, не будучи полным идиотом, после того, как подвел полки поближе к укреплениям союзников, дал своим людям несколько часов на отдых, одновременно отправив в рейд по тылам несколько тысяч легкой конницы. Организовать ловушку парочке отрядов было не сложно, потому что помешать наблюдать за полем боя конийские волшебники не смогли. Рахмониты, как и ожидалось, перекрыли привычные способы магической разведки, однако изобретение Анны не обнаружили. Вдобавок за прошедшее время назначенные наблюдателями офицеры поняли, на какие признаки следует обращать внимание, чтобы заметить передвижение людей, поэтому врага находили достаточно уверенно. Другое дело, что противник имел значительный перевес в легких силах, готовых сбежать при первой же угрозе, поэтому пришлось выбирать, на кого устраивать засаду, а кого игнорировать.

— Армии вассалов султана больше напоминают бандитские шайки, — сообщил один из помогавших Анне офицеров, лейтенант Прохенберг. — В мирное время они доставляют едва ли не больше беспокойства, чем сейчас, во время войны.

— Как вы с ними боретесь?

— Построили систему фортов, приграничные бароны получают субсидии на содержание замков. Постоянная ротация кавалеристов тоже сказывается. Иногда сами ходим в рейды на их территорию, но с этим надо действовать осторожно — там тоже умеют устраивать засады.

Тем временем обе армии выстроились на поле боя, и сражение началось. Порядки союзников, выстроенные квадратными баталиями, перемежались полевыми укреплениями с установленными на них пушками и площадками для стрельбы. Пространство перед строем было усеяно ловушками, кроме того, союзники стояли на возвышенностях, зачастую созданных искусственно. Второй линией обороны служил приличных размеров земляной вал, метра в три высотой, накрытый защитным куполом и тоже заставленный пушками.

Армия конийцев по большей части состояла из всадников, причем качества не самого лучшего. Плохо вооруженные, почти необученные, недисциплинированные, эти отряды при всём желании не смогли бы использовать иную тактику, чем «навались скопом». Уровень подчиненных ему вояк паша прекрасно понимал, поэтому поступил просто — начал наступление по широкому фронту, сосредоточив наиболее боеспособные части, всю имевшуюся артиллерию и магов на своём правом фланге.

Штаб, при котором находилась Анна, расположился на укрепленном холме, откуда даже без подзорных труб или заклятий окру́га прекрасно просматривалась едва ли не целиком. Приближавшаяся толпа предстала во всей сомнительной красе. Возможно, вблизи она смотрелась бы страшнее, но издалека хаотичное скопище кучек всадников не пугало, скорее, вызывало желание жахнуть чем-нибудь по площади. Присутствовавший тут же Обердорф то ли уловил исходящие от подчинённых флюиды, то ли просто ему опыт подсказал, потому что магистр громко напомнил:

— Без моего разрешения не начинать! Ритуалисты, держите щиты, остальным ждать!

Волшебников у конийцев было меньше, зато действовали они активнее. Над некоторыми баталиями пошли разводами тонкие пленки щитов, становясь видимыми даже простому глазу, кое-где вспыхнули языки жаркого пламени, безуспешно пытаясь добраться до бочонков с порохом. Связные заклинания низких рангов перестали действовать, задавленные установленными помехами, приказы теперь передавались либо волшебниками рыцарских ступеней, либо курьерами.

Маршал, похоже, всё-таки опасался охвата с флангов, потому что регулярно справлялся у помощников Анны, не видят ли они движения войск. Раз за разом он получал один ответ — нет, окружение не готовится. Только мелкие отряды, признаков накопления вражеских сил нет. Бюкуа удивленно пожимал плечами, потому что он, имея трехкратное превосходство в силах, тупой атакой по фронту не ограничился бы. Однако паша предпочел иной путь.

Тем временем враг приблизился на дистанцию стрельбы из мушкетов, некоторые баталии окутались белым дымом. Пушки стреляли и раньше, но редко и без особого успеха, всё-таки ядра наносят конной лаве намного меньший урон, чем плотным порядками пехоты. Какое-то управление подчиненными у командиров тысяч имелось, потому что конийцы ненадолго замедлились, ожидая отставших и накачивая эликсирами химер. Кадаты рахмонитов лояльнее священников Спасителя относились к изменению живых существ, налагая жесткий запрет только на переделку людей, поэтому армии султаната всегда сопровождались передвижными зверинцами чудовищ. Не слишком многочисленными, потому что содержание боевой химеры стоит дорого. С другой стороны, стая чудовищ в правильном месте в правильное время могла переломить ход боя и, в целом, соответствовала элитному подразделению с магической поддержкой, так что затраты считались оправданными.

Отдельные конийцы, наиболее разряженные и на хороших конях, выскакивали вперед, громко крича оскорбления и вызывая на поединок. Их, конечно, игнорировали. Традиция схваток-единоборств ещё не окончательно отжила своё в Европе, но с язычниками благородные люди дуэлировать давно перестали. В значительной степени из-за привычки воинов востока нарушать