Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

— Знаешь, что они там решат? — для наглядности ткнув указательным пальцем в потолок.

— И что же?

— Выпишут направление на дополнительную подстройку к Эпицентру.

— Это поможет?

Леопольд покачал головой, но с ответом торопиться не стал и сначала прожевал кусочек котлеты, потом только сказал:

— Один шанс из ста. Весь смысл в том, чтобы снять с себя всякую ответственность за неудачу и отдать принятие решения на откуп Звонарю. Понимаешь, настоящий учёный не может быть конформистом. А Вдовец не учёный, он — функционер. Ему важен не результат, а мнение вышестоящего руководства и тех, кто на это мнение способен повлиять. За показателями людей не видит.

После настойки и кружки чая нервное напряжение меня уже отпустило, и я принял заявление лаборанта совершенно спокойно.

— И что дальше? — поставил вопрос ребром. — Если подстройка не даст результата — что тогда?

Леопольд махнул рукой.

— Да всё нормально будет, не переживай! Рано или поздно дадут добро на использование моей методики, а я результат гарантирую!

Лично мне становиться подопытным кроликом нисколько не хотелось, но я всё же спросил:

— И что за методика?

— Сейчас все заняты исследованием взаимодействия сверхэнергии и нервной системы оператора, а я специализируюсь на микробиологии. — Он выдвинул верхний ящик стола и вынул из него шарик из плексигласа с запаянной внутри капсулой. — Знаешь, что это?

Я кивнул.

— Грязь с двенадцатого витка Эпицентра.

Леопольд усмехнулся.

— Эта грязь — лишь питательная среда для бактерий. Попробуй!

Я перехватил брошенный мне шарик и воздействовал на него сверхсилой. Тот попытался вывернуться из пальцев, а после едва заметно нагрелся и засветился.

— Люминесценция! — с гордостью объявил лаборант. — Случайная мутация позволила бактериям перерабатывать сверхэнергию, а дальше я занялся целенаправленной селекцией и добился стабилизации наследственных свойств. Уникальный случай! Никто в мире такого не повторит! В других источниках для подобных исследований попросту не хватит интенсивности изучения!

Даже не пытаясь скрыть скептицизма, я катнул шарик обратно и спросил:

— Мне это как поможет?

— Это — никак, — признал Леопольд. — Но возьмём, к примеру, грибы, которыми всех потчуют для повышения чувствительности нервной системы… Если придать их свойства микрофлоре кишечника…

Зазвонил телефонный аппарат, лаборант снял трубку, сказал:

— Хорошо, Филипп Гаврилович, я ему скажу.

Я встал и указал пальцем на потолок.

— Подняться?

— Да, иди. Удачи!

К слову, Леопольд оказался совершенно прав: заведующий меня даже не принял, перепоручил секретарше выдать направление на внеочередную подстройку и предупредить, что выезд намечен завтра на половину восьмого. Пришлось идти падать в ноги к заместителю коменданта с просьбой о переносе дежурства, ладно хоть тот оказался уже в курсе — поворчал, конечно, ради приличия, но не слишком сильно. Уж не знаю, кто успел подсуетиться — не иначе задействовал свои связи Звонарь, — но поездку к Эпицентру провели через ректорат как командировку в связи со срочной производственной необходимостью. И всё бы ничего, вот только услать меня из Новинска решили аж до субботы, что нисколько не порадовало.

Но повздыхал-повздыхал да и отправился на полигон. Прежде Герасим всегда работал со мной индивидуально, с командой пирокинетиков я до позавчерашнего дня ни разу не пересекался, даже не знал, кого как зовут, поэтому самую малость волновался. И самому лицом в грязь ударить не хотелось, и о возможном подвохе беспокоился.

Не просто же так нас сегодня вместе свести решили?

Но когда пришёл на полигон, пятёрка пирокинетиков тихо-мирно резала металлические мишени. Ярчайшие лучи света били на расстояние в полкилометра, всё будто в приключенческом романе о гиперболоиде происходило, именно такое впечатление возникло.

Я подошёл и поздоровался с Герасимом, понаблюдал за операторами, перед каждым из которых висел сгусток сияния. Управлялся тот с помощью фокусирующей линзы уплотнённого воздуха, и я не утерпел, спросил:

— А не проще мишени просто сжечь, расплавить или взорвать? Они же пирокинетики!

Наставник глянул на меня свысока.

— На таком расстоянии — нет, — коротко ответил он и прищёлкнул пальцами. — Лия, Алевтина! Переходите к кубам!

«Кубами» оказались чугунные блоки, и вот там я даже присвистнул от удивления. Барышни легко разогревали увесистые металлические чушки докрасна, при этом оперировали они энергией с виртуозной точностью, помех не ощущалось вовсе. Складывалось даже обманчивое впечатление, будто чугун раскаляется сам собой.

Лия улучила момент, отвлеклась и чмокнула меня в щёку.

— Привет, Петя!

— Ну вы вообще! — покачал я головой, прикинув объём задействованной барышнями энергии.

Рыжая Алевтина только рассмеялась.

— Да это просто! Движение молекул ускоряешь, и всё!

Просто?

Я озадаченно хмыкнул и после недолгих раздумий пришёл к выводу, что ничего сложного тут и в самом деле нет. Главное только задействовать требуемое количество энергии, а нагрев пойдёт сам собой. Если не заморачиваться с фокусировкой, с чем у меня всегда были проблемы, сложностей не возникнет совершенно.

Делов-то, движение молекул ускорить!

Я выбрал своей целью чугунный куб весом пуда так в три, сфокусировал на нём внимание и разом перебросил полмиллиона сверхджоулей в попытке повторить результат пирокинетиков. В тот же миг оглушительно щёлкнуло, блок треснул и развалился на несколько частей.

Прибежавший на шум Герасим хотел было отчитать барышень, но сразу разобрался в случившемся и закатил глаза.

— Пётр, ну неужели тебе нужно объяснять элементарные вещи? Пирокинетики управляют тепловой энергией на интуитивном уровне, а это упражнение по равномерному нагреву предметов направлено на осознанное задействование способностей!

— Так и я…

Договорить мне не дали.

— А ты чистый хаос. Этим и ценен! — отрезал наставник и хлопнул в ладоши. — Лия, Алевтина, ставьте щит! Пётр, твой выход! Время пошло!

Герасим и прежде сводил меня на тренировках с другими операторами, но раньше поединки всегда носили индивидуальный характер, преодолевать коллективную защиту до сегодняшнего дня не приходилось. Впрочем — принцип ясен…

Барышни подошли к делу творчески и одним только видом воздействия не ограничились, воздвигли многослойный щит, включавший в себя, помимо силового экрана и линзы уплотнённого воздуха, плоскость кинетической энергии с вектором, противоположным направлению моего движения. Я немного растерялся даже, но тут же поборол нерешительность, без труда развеял прекрасно различимый ясновидением первый слой защиты, шагнул вперёд, на ходу нейтрализовал едва не отбросивший на пару шагов назад импульс, начал продавливать фронт давления и немедленно завяз в активированной в самый последний момент гравитационной ловушке.

Вот же козы драные! Подловили!

Уплотнившийся воздух окутал со всех сторон, лишая подвижности, и пришлось вытянуть из рукава козырного туза. Резкий выдох я сопроводил выплеском сверхсилы, и пусть энергия в противофазе не свела на нет удерживавшее меня на месте гравитационное воздействие, зато разметала все конструкции