Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

Ну а я резко подался назад и сразу в сторону, возникло ощущение, будто продавливаю себя через слой жидкой глины, но — прорвался!

Герасим щёлкнул кнопкой спортивного секундомера и вынес вердикт:

— Приемлемо.

— Да какой?! — возмутилась рыжая Алевтина. — Мы бы его десять раз поджарить успели!

— Вы бы — успели, — кивнул наставник. — Вдвоём. А вот поодиночке — надорвались бы!

Барышни возмущённо засопели, но до их недовольства Герасиму не было ровным счётом никакого дела. Он отмахнулся от них, запрокинул голову и козырьком приложил ладонь ко лбу, глянул в небо. Я последовал его примеру и разглядел несколько странного вида самолётов, облетевших полигон стороной. Что удивило — неслись они совершенно бесшумно.

— Планеры, — пояснил нам Герасим.

— Ой, а ты ведь тоже летаешь? — заинтересовалась Лия. — Расскажи!

— Летаю, — подтвердил наставник. — У института учебный авиаотряд есть, там и навыки пилотирования ставят, и экспериментальную технику обкатывают. Есть простые планеры, они на голой сверхтяге в воздух поднимаются, а есть с силовыми установками…

Барышни внимали Герасиму чуть ли не с открытыми ртами, а вот на меня невесть с чего накатил приступ раздражения.

— Может, к делу приступим? — не сдержался я. — А то планы на вечер имеются. Что у нас ещё на сегодня?

Наставник пожал плечами.

— Запускай «медузу». Много энергии не вкладывай, сотни килоджоулей будет достаточно.

Я сосредоточился и усилием воли создал пару шаровых молний, только не отработанным уже до автоматизма методом «выдоха», это были почти полноценные конструкции, связанные со мной энергетическими пуповинами. Дальше я сотворил ещё две, а вот с третьей парой провозился куда дольше — очень уж сложно стало контролировать их все одновременно. И не контролировать даже, а просто не позволять развеяться.

— Медленно! — укорил Герасим, и если наедине такого рода упрёки меня нисколько не задевали, то сейчас захотелось огрызнуться в ответ.

Но сдержался, и тогда наставник спросил:

— Какое предельное удаление обеспечиваешь?

Отвечать я не стал, заставил зависшие вокруг меня шаровые молнии разлететься по сторонам. Отвести их на пять метров не составило никакого труда, а вот дальше начались проблемы. За одной из пуповин и вовсе не уследил, она оборвалась, и сгусток энергии отправился в самостоятельное плавание, несколько секунд дрейфовал, потом замерцал и с тихим хлопком развеялся.

— Десять метров? — задумчиво пробормотал Герасим и поморщился. — Мало!

— Сколько смогу! — просипел я, пытаясь удержать под контролем оставшиеся пять шаровых молний.

— Расстояние для тебя критично! — отрезал наставник и позвал: — Авдей!

Прибежал один из старшекурсников, с интересом поглядел на энергетические сгустки, но ничего спрашивать не стал.

— Учебный поединок, задействуй «пузыри»! — распорядился Герасим, отступая, и резко бросил: — Начали!

Если начистоту, я даже не понял, что же такое представляли собой эти самые «пузыри» — моё урезанное ясновидение уловило что-то вроде сгустков перегретого пара под давлением в оболочке уплотнённого внешним воздействием воздуха. Не важно! Щупальца «медузы» среагировали на угрозу самостоятельно. Энергию в противофазе притянуло к обычной, три шаровых молнии лопнули, нейтрализовав попутно чужие конструкции, и я перехватил управление над двумя оставшимися, благо теперь это уже не составило никакого труда.

В первую дополнительно влил полсотни килоджоулей и подорвал, уничтожив сразу три «пузыря», а вторую направил в пирокинетика, и тот спешно сотворил пару новых конструкций, бросил их наперехват. Я заставил шаровую молнию резко вильнуть в сторону и крутануться вокруг студента, захлестнув его энергетической пуповиной, ну а дальше осталось лишь кинуть на неё напряжение.

Заземление противника не продержалось и секунды, и я моментально развеял атакующее воздействие, обошлось без травм.

— Вот! — тут же насел на подопечного Герасим. — Думал, раз на золотом румбе инициацию прошёл, о защите можно не беспокоиться? Чёрта с два! Мало того что зевнул, так ещё заземление перед поединком усилить не удосужился!

Старшекурсник угрюмо уставился на носки своих кед, и тогда наставник обратил внимание на меня.

— Если не ошибаюсь, Пётр, ты весьма продвинулся в противопулевой защите? — уточнил он. — Продемонстрируешь нам эту технику?

Несмотря на духоту, по спине пробежался нехороший холодок — не иначе проявилась интуиция, но отказаться было бы глупо, так что малодушничать не стал, выделил должное количество сверхэнергии и отработанным усилием воли создал из неё нематериальный цилиндр, закрутил его против часовой стрелки, не позволяя потерять форму и рассеяться.

Пирокинетики немедленно собрались поглядеть на эдакую диковинку, а Герасим кинул в меня пару камушков, убедился в действенности защиты и обратился ко второму старшекурснику:

— Никифор, давай! — И спешно добавил: — Только не перестарайся!

Предупреждение запоздало — температура воздуха вокруг меня разом подскочила градусов на сто; я будто в парилке очутился. Вдохнул и закашлялся, но не сплоховал и тут же привычным образом направил энергию на охлаждение окружающей среды.

Теплоёмкость воздуха невысока, а нагрелся он исключительно в пределах моего цилиндра, поэтому справился без труда. И сразу прозвучала новая команда:

— Сергей, твой выход.

Я разом потерял контроль над энергетическим цилиндром, воздух внутри него до предела уплотнился и запечатал меня, будто муравья в янтаре, едва не раздавил.

Вновь пришлось прибегать к арсеналу негатива, и, когда я выдрался из ловушки, Герасим признал:

— Неплохо, неплохо. — Но куда жёстче добавил: — Но недостаточно быстро, чтобы выжить, если бы против тебя действовали в полную силу.

У меня аж веко от обиды задёргалось. Вот чего он ко мне придирается, а? Чего дураком перед Лией выставляет?

Нарочно, да?

— Это против пуль защита вообще-то! — резко выдал я.

— Какая разница, что именно тебя прикончит?! — взорвался Герасим. — Объяснить, в чём твоя ошибка?

— Уж будьте так любезны!

— Стандартный кинетический полог, пусть даже и на несколько порядков мощнее, как и любые другие аналогичные структуры, отличаются высоким уровнем передела сверхсилы в тот или иной вид энергии. Сразу после сотворения они становятся частью этого мира, операторам приходится осваивать специальные техники, дабы отслеживать действия оппонента. И то это работает не со всеми диапазонами. Понимаешь, к чему я клоню?

Я покачал головой.

— Не совсем.

Герасим страдальчески вздохнул.

— Сверхэнергия — чужда этому миру, поэтому собранные из необработанной сверхсилы конструкции представляют откровенно противоестественные аномалии, а все операторы наделяются некоторой чувствительностью непосредственно в момент инициации. Кто-то менее восприимчив, кто-то более, но этот твой полог будто маяк в ночи! Да им даже целиться не нужно, можно вслепую бить! И плотность энергии мизерная — защитой она послужить не сможет. Не на таком расстоянии!

— Точно! Фокусироваться вообще не пришлось, — подтвердил Сергей.

Лия кивнула в знак подтверждения, это и помогло взять себя в руки, я не стал переходить на личности, виня в