Призраки Оникса - Эрик Ниланд

лет своей службы на разведчиках Лэш усвоил, что этот класс кораблей был одним из самых медленных, маломощных и плохо вооружённых во всём флоте ККОН. Единственной их защитой была невидимость.

Экран лейтенанта Янга замерцал.

— Сигналы, — воскликнул он. — Это не наши. Очень много… по крайней мере сотня!

Дурруно наклонила свою голову за кресло навигатора, чтобы посмотреть, а затем вернулась обратно к своему посту.

— Источник сигнала неподалёку от четвёртой планеты, — доложила девушка. — Увеличиваю и усиливаю вид с камеры по правому борту.

Центральный экран начал передавать панораму с правого борта, а изображение увеличилось в тысячу раз. В той стороне была сотня, если не больше, кораблей пришельцев, супербаза или орбитальный город Ковенанта… и всё это было крошечным на фоне кольцеобразного сооружения, огромного словно луна.

На долю секунды Лэш потерял способность мыслить. В нём заговорил животный инстинкт борьбы или бегства, поддаваясь желанию сбежать и забиться в самый тёмный угол этой вселенной. Он заставил себя вернуться к происходящему.

— Янг, — выдавил из себя Лэш.

Лейтенант не ответил, пялясь на огромную военную мощь Ковенанта с разинутым ртом.

— Янг!

— Да, сэр. — Потряс тот головой. — Я здесь, сэр.

— Хорошо. Проведи тройную проверку всех противосенсорных пакетов. Нужно убедиться, что мы спрятались как следует. Как следует.

— Уже, сэр.

— Дурруно, — обратился коммандер Лэш к навигатору, — подведи нас предельно медленно к тому астероидному полю, на две-точка-четыре оптические единицы.

— Так точно, сэр.

Трясущимися руками она ввела новый курс.

— Никаких следов «В Янтарь Одетого», — сообщил капитан-лейтенант Уотерс, всматриваясь в свой дисплей. — То же самое насчёт «Грозного», «Парижа» и «Кораллового Моря».

— Засёк множество энергетических снарядов, — доложил Янг голосом, ставшим предельно спокойным. — Сэр, они могли нас обнаружить.

— Готовьтесь перейти на полную мощность, — ответил Лэш.

На мостике повисло почти осязаемое напряжение.

— Сэр, — прервал тишину Уотерс. — Я наблюдаю разрядку оружия в регионе… прямой плазменный огонь, энергетические проекторы. Ни один не нацелен на нас.

Лэш увеличил обзорный экран, пока изображения с кораблями Ковенанта не размылись. Черноту космоса разрывали вспышки огня и копья из света.

— В кого, чёрт возьми, они стреляют? — прошептал он.

* * *

Воро 'Мантакри вытащил свой игольник и выстрелил в затылок капитана Тано. Кристаллические шипы впились в череп командира и взорвались, замазав командный пульт кровью, ошмётками мозга и фрагментами черепа.

Величина его предательства была неслыханна. Как мог Старший сангхейли[3] ослушаться капитана корабля, который провёл семь победоносных кампаний против их врагов? Кто посмел бы убить своего вышестоящего офицера на мостике одного из самых известных крейсеров флота?

Но как Воро мог позволить этому продолжаться дальше? Тано 'Инанрари сошёл с ума в буквальном и переносном смысле. В большинстве случаев религиозный пыл был похвальным качеством, однако не сейчас, когда на кону стояли жизни всего экипажа «Неподкупного»… и всей их расы.

Воро перешагнул через тело своего друга и бывшего командира, убрав оружие. U-образный мостик судна сейчас казался каким-то маленьким, льющийся сине-белый цвет был немного резче, чем недавно, а голографические консоли пестрели символами, которые он не понимал. Воро моргнул и посмотрел теперь чистыми глазами на офицеров в помещении.

Сангхейли из уважаемого легиона Дн'энд — Уруо 'Лосонаи за креслом оператора и Зазес 'Джекогои в кресле навигатора — пялились на него с разинутыми пастями: шок поверг их в бездействие. Йи'гар 'Пютрунои на посту сенсоров и коммуникаций понимающе кивнул ему.

А вот пара лекголо[4], ответственная за безопасность «Неподкупного», заметно напряглась; их бронированные громадины сделали два гулких шага в сторону Воро. Шипы на их спине гневно трепетались. Одной из их обязанностей была защита капитана корабля, и в случае неудачи они должны были отомстить его убийце.

Сказать по правде, эта неразлучная парочка, Паруто Ксида Конна и Варуна Ксида Йотно, для Воро оставалась загадкой. Он видел, как они разрывали врагов напополам своими «руками» в разгар своей безумной кровавой ярости и после этого делали паузу, чтобы рассказать военную поэзию. Да и мог разве хоть кто-нибудь по-настоящему понять лекголо? За их толстой бронёй роились оранжевые черви — целая колония существ, чуждых Воро более, чем что-либо встречавшееся ему ранее.

Они были неуязвимы — по крайней мере для Воро и его оружия. Броня лекголо могла выдержать множество плазменных снарядов прежде чем хотя бы нагреться.

Воро встал в полный рост, безропотно ожидая своей судьбы.

Лекголо продолжали смотреть на него. Их массивные туловища вздрогнули, и похожие на кучу угрей колонии запульсировали с гармоничным унисоном для создания инфразвуков: слов, которые можно было скорее почувствовать, чем услышать.

— Милосердное убийство, — сказали они вместе. — Вы честно покончили с капитаном.

Воро снова задышал. Теперь они были под его началом, готовые ринуться в бой. Также как и весь «Неподкупный» — крейсер класса «Преподобный».

— Кто-нибудь ещё желает замолвить слово? — спросил Воро у офицеров мостика.

Они переглянулись между собой.

Вперёд вышел Йи'гар, старейший из них. Его единственным тщеславием был левый глаз, ослеплённый в бою, и который он так и не согласился вылечить.

— Тано был предан делу до конца, — сказал старый Йи'гар. — Но его суждения в свете недавних событий были неправильны. То, что случилось, прискорбно, но было необходимо… капитан корабля.

Вот и всё. Теперь Воро — капитан. Вся честь будет принадлежать ему. Также как и вся ответственность. Он вновь взглянул на Тано, чья кровь продолжала стекать на командный пульт, и положил руку на плечо своего наставника, прощаясь с ним.

— Уберите его, — прошептал он.

Йи'гар издал похожий на свист звук, и появились трое унггоев[5]. Они понесли труп Тано с мостика, подтирая за собой кровавый след. Воро пнул того, кто был с тряпкой, заставив его отлететь в сторону.

— Пусть его кровь останется.

Унггои поторопились исчезнуть с глаз долой.

Пятно случившегося навсегда останется в душе Воро 'Мантакри; оно могло бы остаться и на палубе как напоминание о том, какую цену ему пришлось уплатить за их выживание.

Новоиспечённый капитан посмотрел на центральный голографический экран — на то безумие, что сейчас окружало «Неподкупный».

Второй флот Однородной Ясности был погружен в хаос; более сотни кораблей летало в различных направлениях, едва избегая столкновений, а на расстоянии серебрилась арка Ореола Предтеч — зловещего и завораживающего дух источника этой проблемы. Именно она заставила капитана Тано лишиться рассудка. Он входил в непризнанную публикой секту Хозяев Раскаяния, которые считали все творения Предтеч священными. Это даже касалось паразитической скверны Потопа на Ореоле. Тано искренне полагал, что Предтечи создали совершенную форму жизни и считал своим долгом принять и защищать её. И он попытался, отдав приказ «Неподкупному» сблизиться с кольцом, чтобы дать