Смотритель Маяка 2 - Артём Град

Выйдя из подвала, поднялся на первый этаж и заглянул в грот. Мирель качалась в воде, облокотившись на каменный борт, и потирала виски.

— С тобой всё хорошо? Подлодка уплыла, — сказал я.

— Эта громадина своим гулом убивает много детей океана, — она убрала руки от головы.

Я промолчал, потому что она, как ни печально, была права. Морские млекопитающие, киты, дельфины, нарвалы, гибнут от сонара, сходят с ума, теряют ориентацию и выбрасываются на берег. Их собственная эхолокация выгорает под натиском искусственного сигнала, что уж говорить о русалках, чей слух куда тоньше.

Чёртов прогресс!

— Слушай, — я присел на корточки у края бассейна. — А от Маяка ты такого не чувствуешь? У него ведь тоже сонар.

— Нет, но сигнал я ощущаю; он лёгкий, как звук, который издают морские животные.

Я кивнул. Значит, сонар Маяка сделан по биологическому принципу: не давит, не оглушает, а работает на природных частотах. Кто бы ни придумал эту конструкцию, он учитывал физиологию не только смотрителя, но и океана вокруг.

— У меня к тебе задание, — сказал я, поднимаясь. — Ты приносишь рыбу, а я готовлю.

Мирель оживилась и обдала стену брызгами.

— А почему ты ешь только рыбу? В океане столько разных вкусностей!

А ведь и правда, я даже задумался на секунду. Рыба — продукт, конечно, проверенный, и в детстве ею нас особо не баловали; мы знали только кильку, иваси да горбушу по праздникам. Возможно, пора посмотреть на дары океана шире?

— Хорошо, можешь принести что-нибудь на свой вкус, но только не водоросли, — я, улыбнувшись, шутливо погрозил ей пальцем.

— Договорились! — Мирель радостно кивнула и, явно загоревшись желанием меня удивить, скрылась под водой.

А я отправился на кухню с намерением сварить ещё повидло. Русалка умяла всё, что принёс, а мне досталась ровно одна ложка. Непорядок. Из головы никак не выходила минувшая атака террана. Меня смущало, что магический щит оказался не безупречен и позволил гиганту пробить окно. Если бы змей оказался немного настойчивее, или их приплыло бы два, что тогда? Неплохо бы обзавестись чем-то посерьёзнее щита, например, оружием.

Я вспомнил, как лучом Маяка отогнал ту тварюгу летом. Помогло, но как оружие слабовато, только пугалка, нужно что-то посерьёзнее. А может, заодно поискать способ уничтожить туман? Я никогда не думал об этом, полагаясь лишь на защитный контур, надо бы поговорить с Мирель, она местная, живёт здесь не первую сотню лет, наверняка знает больше.

Я привычно нарезал лимоны, вымочил дольки в холодной воде, засыпал сахаром и поставил на огонь. Рядом поставил чайник с водой и только тут понял, что вода-то последняя.

— Вот старый дуралей! — пробормотал я, глядя на последние пару стаканов. — Совсем забыл!

А ведь Мирель сейчас вернётся с добычей, надо бы что-то придумать с водой. Первая мысль — снег. Набрать ведро, растопить на плите, хоть какая-то польза от этой проклятой зимы.

Я оделся, снял с верёвки над печкой сухие тёплые сапоги, взял ведро и вышел на улицу.

Мороз ударил в разгорячённое лицо. Я двинулся по льду аккуратно, всё ещё испытывая слабость от болезни, и вдруг ощутил себя в прежнем теле, семидесятилетним стариком. Это, конечно, пока не девяносто, но уже осторожничаешь, боишься сломать шейку бедра и слечь овощем. Ноги скользили, я ставил ступню плашмя, переносил вес медленно, ловя равновесие.

Свежий снег лежал поверх ледяной корки, пушистый, нетронутый, я нагребал его ладонью, утрамбовывал в ведро. Набрав почти доверху, выпрямился и посмотрел на океан. Скоро прилив, может, принесёт что-нибудь полезное, и тут взгляд зацепился за бутылку, что вмёрзла между лодкой и камнем у самого берега. Спустившись ниже, слегка скользя, но удерживая равновесие, присел на корточки и потянул за горлышко. Бутылка не шелохнулась, вмёрзла намертво.

Делать нечего, пришлось вернуться на Маяк и взять кирку, первое, что лежало возле двери. Осторожно, короткими тычками, обстучал лёд вокруг бутылки, стараясь не угодить по стеклу. Лёд крошился неохотно. Ещё пара ударов, ещё раз… и бутылка освободилась из ледяного плена.

Внутри, когда поглядел на просвет, сухо перекатывалась бумажная трубочка. Ну что же, вполне ожидаемо.

Я поспешил на кухню. Поставил ведро со снегом таять у плиты, вытер мокрые руки о штаны и сел за стол. Бутылка лежала передо мной, а я чувствовал себя как в романе Жюля Верна. Карта сокровищ? Просьба о помощи?

Оказалось, ни то, ни другое.

Я извлёк пробку, вытряхнул бумагу, развернул. Это оказалось небольшое письмо, но не от моряка и не от мечтательной девушки.

Предисловие.

«Приветствую тебя, добрый человек. Это письмо предназначено Смотрителю Маяка, поэтому если ты нашёл его, и ты не Смотритель, пожалуйста, верни бутылку в океан или передай на ближайший Маяк. Благодарю».

Дальше следовал сам текст.

«Здравствуй, Смотритель. Я, как и ты, присматриваю за Маяком. Уже целый год я нахожусь на посту, и моя жизнь полна приключений. Я нашёл карту Маяков и узнал, что не одинок. Мне известно, как победить туман, если тебе нужна помощь, вот координаты моего Маяка. 1971 г»…

Я отложил письмо и уставился в стену.

1971-й. Человек указал год отправления как ориентир, выходит, что бутылка плавала пятьдесят четыре года. А если все Смотрители попадают сюда в одном возрасте, около двадцати пяти лет, то этому человеку сейчас под восемьдесят. Скорее всего, он уже давно мёртв. Отбиваться от терранов и отгонять туман в таком возрасте тяжело, и эта частица истории Смотрителя уже не имела смысла.

В этот момент зашипел сахар в ковшике, я подскочил к плите. Сахар в пузырился и лез через край, карамельный дух стремительно менялся на горелый. Схватив ложку, быстро перемешал. Повезло, ещё бы полминуты, и получились бы угли вместо повидла.

Снизу донёсся стук. Мирель.

Я отодвинул ковшик на край плиты и спустился в грот. Мирель держала в руках какой-то прут, на который был насажен метровый тунец, а на полу в мешке, сплетённом из водорослей, копошилась какая-то живность.

Поднёс факел ближе, наклонился рассмотреть. Креветки!

— Да ладно!

Мирель довольно ухмылялась, а я разглядывал огромную рыбу на вертеле.

— Тунец явно не желал становиться обедом.

— Да, оказался не самый сговорчивый, — ответила русалка. — Но я умею убеждать.

Я хмыкнул и признательно кивнул:

— Ты великолепный