Партизан. Спасти и выжить - Руслан Муха

— Их там немного, — наконец прошептал он, не оборачиваясь. — Двое. От силы трое. Идут грамотно, след в след. А кто это за нами увязаться мог, а? — он вдруг резко повернул голову и впился в меня проницательным, рентгеновским взглядом. — По глазам твоим шальным вижу — знаешь ты, кто там.

Я помедлил. Скрывать правду дальше? Лиса так же смотрела на меня. Приятно… было бы, если только взгляд был иным. Она не знала, что делать. Признаваться?

— Задание у нас, — сказал я. — Думаю… те, кто дышат нам в затылок, явно хотят удостовериться, что посылочка дойдет по адресу. Они нас ведут.

Вот и вроде бы сказал, но ничего конкретного. Задание? Да, дойти до деревни Лучин и там будет нам счастье.

Дед сокрушенно покачал седой головой.

— Темните… Ну да дела вашия, — сказал он. — Но за нами идуть. И гэта тыя, кто па лесу хадить умеет. Не туташний.

— Да и нам самим эти соглядатаи на хвосте, как петля на шее, — жестко отрезал я, чувствуя, как внутри закипает холодная ярость. — Как я потом младших оставлю, чтобы в Лучин пойти? Эти изверги не пощадят и детей.

Я резко вскинул руку со сжатым кулаком. Наш маленький оборванный отряд мгновенно замер. Нина и Аким, да и Мартын с ними, который стеснялся подходить к нам и участвовать во взрослых переговорах. Они испуганно сбились в кучу. Огромные, полные тревоги глаза детей лихорадочно перебегали с меня на темную стену деревьев. Я коротким жестом подозвал Лизу. Она подошла бесшумно, как кошка.

— Нам надо ускориться и немного оторваться, потом разделимся, — заговорил я быстрым шепотом, затем обратился к Лизе: — Ты пойдешь с младшими вперед. Следы оставляйте тяжелые, глубокие. И побольше, не таитесь. Те, кто у нас на хвосте, осторожничают. Они боятся подходить вплотную. Толком не видят нас и читают нас по сути только по следам.

Лиза слушала, не перебивая, лишь ноздри ее чуть расширились от напряжения.

— Уведи их на километр, не меньше, — продолжил я, чеканя каждое слово. — А дальше, ныряй в засаду. Выбери позицию грамотно, чтобы сектор обстрела был чистым. Детей отправь дальше в чащу, пусть идут подальше и затаятся. А мы с дедом останемся здесь. Пропустим гостей и будем гнать их прямо на тебя. Там, в клещах, мы их и зажмем. Поняла?

Тратить время на пустые слова Лиза не стала. Коротко кивнула, круто развернулась, и взяв за руку Акима, свободной рукой легонько, но настойчиво подтолкнула в спины остолбеневших Нину и Мартына.

— Ходу, — бросила она им.

Они двинулись вперед. Быстро, почти бегом, с хрустом ломая сухие ветки и вминая ногами влажный мох. Отлично, пусть преследователи думают, что мы перешли на бег, это ускорит и их.

Мы с дедом Макаром остались вдвоем. Были опасения, что он все же засланный казачок. Но на этот счет я прошептал Лизе и то, чтобы она уходила, если только услышит от нас звук выстрела. Сам я же поправил пистолет ТТ, бывший у меня за ремнем сзади. Всяко успел бы я его выхватить, случись у Макара резкие перемены. Так что все под контролем.

Лес вокруг нас вдруг показался неестественно огромным. Макар застыв, напряженно молчал, я тоже прислушивался. Тишина давила на барабанные перепонки.

Я опустился на колено за мощным, вывернутым с корнем пнем. Щелчок кнопки, и полный тяжелый магазин МП-40 скользнул в ладонь. Металлический лязг возвращенного на место рожка в этой тишине прозвучал громко.

Рядом со мной в засаде сидел дед Макар, затаился в зарослях папоротника. Старческая немощь слетела с него, как шелуха. Сейчас это был матерый, битый жизнью лесной волк. Перемены с ним случились, но пока те, которые мне нравились. А то уже думал, что дед — обуза. Тут бабушка на двое сказала, кто из нас.

Макар медленно повернулся ко мне. В его глазах не было ни капли страха. Только ледяное спокойствие и странный, почти юношеский азарт.

— Ну что, командир? — выдохнул он еле слышно и вдруг лихо, совсем не по-стариковски подмигнул. — Встретим гостей хлебом-солью?

Мы вжались в землю, слившись с гниющей листвой и корнями. Время превратилось в густую, тягучую смолу. Каждая секунда ожидания отдавалась гулким стуком сердца где-то в висках.

И вдруг лес изменился. Неуловимо, практически на уровне инстинктов.

И вскоре показались они. Три безмолвные, серые тени плавно вынырнули из подлеска метрах в пятидесяти от нас. Никакой спешки не было в их движениях. Ловко, пугающе слаженно они перетекали от одного древесного ствола к другому, словно ртуть. Оружие держали наизготовку, стволы хищно ходили из стороны в сторону. Один из них на секунду опустился на корточки, касаясь пальцами примятого мха — изучал отчетливый след, оставленный сапогом Мартына.

Они миновали нашу лежку, даже не посмотрев в сторону вывернутого пня. Проглотили наживку.

Я покосился на деда Макара. Старик ответил мне коротким, тяжелым взглядом из-под кустистых бровей и едва заметно кивнул, перехватывая винтовку.

Пора приступать.

Я плавно нажал на спуск. Сухая, рваная очередь из МР-40 полоснула по лесу. Первый егерь рухнул как подкошенный, даже не вскрикнув. Второй дёрнулся, пытаясь уйти в сторону, но дед Макар ударил из своей трёхлинейки. Пуля пробила кору сосны в двух шагах от головы егеря. Немец успел увернуться, нырнул за дерево, выставил ствол и полоснул в нашу сторону длинной очередью. Пули взрыли землю, с визгом рикошетнули от камней, выбивая из них искру и заставив нас вжаться в укрытия.

Третий егерь, судя по шагам, юрко и практически бесшумно приближался от дерева к дереву и был уже в трёх метрах от нас. Я вскочил и выстрелил, практически застав его врасплох. Дед Макар меня подстраховал — перезарядил винтовку и выстрелил во второго, который за малым не успел выстрелить в меня. Цель я не задел, третий ушёл перебежкой к соседнему стволу и оттуда поливал наши позиции, заставив укрыться и не давая высунуться. Я вжал голову в плечи, пули с визгом пролетали над ухом, сбивая щепки с пня.

Справа раздался выстрел и вскрик. Подключилась Лиза. Она заходила с фланга, пользуясь тем, что егерь увлёкся обстрелом и забыл про тыл. Я выглянул из-за пня, осматривая позиции. Третий осел, зажимая руку, из которой хлестала кровь.

Заметив меня, он схватил автомат и неуклюже, одной рукой, пустил из-за ствола очередь. Руку немца отбросило, отдача задрала ствол вверх, пули улетели куда-то в кроны, захват разжался, автомат выпал. Второй же конкретно засел за толстым стволом старого