Коттабыч и нашествие бесов - Алёна Васильева

— Интересно, постараюсь запомнить. Ты их много встречала?

— Ну, не очень. Но в любом большом городе нет-нет, да и натолкнёшься.

— Да? А мне говорили, что они игнорируют людские дела и всё, что с ними связано.

— Ну, как видишь, не все они чураются людей. Тем более Брай — странный город. Здесь очень много всего понамешано. Ты можешь встретить тут отщепенцев любых рас. В каждом народе есть те, кто так или иначе не принимает сложившиеся устои и не вписывается в привычный уклад. Большинство из них стекается сюда. Хотя есть, конечно, и другие похожие места.

— Тут наверняка нелегко поддерживать порядок, — улыбнулась я. — Что-то я не видела ни одного стражника. Прячутся?

— На удивление, нет, — баронская дочь пожала плечами. — Тут по большей части как-то само всё организуется. Никто не считает себя хозяином, и большая часть конфликтов находит мирное решение. Впрочем, я никогда не жила здесь достаточно долго, чтобы оценить все аспекты быта.

Тем временем певец закончил очередную песню, залпом допил содержимое своей кружки и снова попытался убрать лютню в жесткий кожаный футляр.

— Э-э, погоди! — раздался из угла не особо трезвый, но зычный голос. — Ты ещё не пел «Владимирский централ»!

Я аж подскочила, услышав знакомое название. Всмотрелась в говорившего.

«Земляк», представший моему взору, отнюдь не располагал к общению. Жидкие волосёнки обрамляли блестящую лысину. Маленькие глаза почти терялись на фоне огромного, будто раздутого носа. Одежда, когда-то, наверное, добротная, выглядела так, будто её сняли с чужого плеча, предварительно крепко поколотив владельца.

— Ты чего? — дёрнула меня за рукав спутница. — Сядь и прекрати таращиться! Это же орк! Хочешь, чтобы он к нам привязался?

— Орк? — я выпучила глаза.

В кино этих ребят показывали совсем другими. А тут — человек человеком, просто некрасивый. Да и выбор песни…

К моему ужасу, эльф запел то, о чём его попросили. Даже почти не переврал текст, хотя мелодичный голос совершенно не вязался со стилистикой шансона.

Из-за некоторых столиков подпевали.

— Знаешь, вот теперь я совершенно точно уверена, что сплю, — я обхватила голову руками и уставилась в стол.

— Почему ты так распереживалась из-за этой песни? — удивилась воительница. — Её часто поют в трактирах. Обычно уже в конце вечера, когда хорошенько выпьют. Ничего особенного.

— Она из моего мира, — объяснила я. — И её никак, совершенно никаким образом не могут заказывать в трактирах орки и исполнять — эльфы. Понимаешь?

— Не очень, — честно призналась подруга. — Почему не могут? Она несёт для вас какой-то священный смысл?

— Да нет… — я задумчиво покачала головой. Сюрреализм происходящего зашкаливал. — Как по-твоему, о чём она?

— Ну, про человека, который живёт в каких-то не очень дружелюбных краях и каждую весну вспоминает любимую девушку, с которой он не смог быть вместе. Нормальная песня, не хуже других.

— Да, это точно, — пробормотала я, решив не уточнять, знает ли воительница, что такое «туз» и «очко». Мне сия бесценная информация перепала от деда. Он, хотя и был честным работягой, весьма далёким от любых тюремных дел, но очень уважал подобный репертуар, мотивируя свой выбор тем, что, если даже самые отпетые негодяи думают о добром и светлом, для мира не всё потеряно. Я тогда так и не смогла определиться, согласна с ним или нет.

— Ну тогда не бери в голову, — фыркнула Нэй и махнула рукой, благодушно осматриваясь.

Внезапно девушка замерла и заметно побледнела. В первую секунду я решила, что бесы добрались и сюда, но затем глянула в ту же сторону и поняла в чём дело. Исет эн Данауэ, тот самый путешественник, за которым дочь барона Аррен потащилась прочь из родного дома, как ни в чём ни бывало сидел за одним из столов. Знакомую он не замечал. Или прикидывался, что не замечает.

Глава 22

Я постаралась сделать вид, будто не понимаю, что происходит. Но воительнице, кажется, сейчас было плевать абсолютно на всё. Она вряд ли обратила бы внимание даже спляши я на столе. Её бледность сменилась нездоровым румянцем, а пальцы сцепились на деревянной кружке так крепко, что та затрещала.

Наконец Нэйилинн взяла себя в руки, вернула лицу нормальное выражение и поднялась, явно собираясь направиться к столу старого знакомого, но в последний момент замешкалась.

Интересно, сколько они не виделись после своего неудачного путешествия с драконами? Кажется, мужчина с тех пор совсем не изменился. Разве что волосы стали чуть длиннее.

Тот наконец обратил на нас внимание и подошел сам.

— Здравствуй, Нэй, — сказал он.

Лёгкая полуулыбка и отрешенная грусть в глазах. Неудивительно, что этот человек так крепко запечатлелся в сердце моей спутницы.

— Исет, так ты всё-таки жив! — голос Нэйилинн почти неуловимо дрогнул, и она распахнула объятия, расплёскивая травяной отвар из так и забытой в руке кружки. — Хоть бы весточку отправил! Я ведь думала, что ты исчез, погиб… Да, собственно, мы все так думали!

— Ты же знаешь, — примирительно поднял руки мужчина и сделал полшага назад.

По лицу наёмницы пробежала тень. Она тут же сменилась вежливой улыбкой, но я даже на расстоянии метра чувствовала напряжение спутницы. Возможно, из-за того, что недавно я рылась в её памяти, чужие эмоции были для меня, словно раскрытая книга. Дочь барона Аррен казалась сейчас струной, до звона, до боли натянутой и готовой вот-вот оборваться.

Что же у них там произошло?

— Ты мог бы черкнуть пару строк, хотя бы во имя всего через что мы вместе прошли, — укорила его Нэй.

— Во имя, — лицо Исета на секунду исказила странная гримаса. Горестная? Я не могла сказать с уверенностью. — Не слишком ли много значения ты придаёшь подобным вещам?

Собеседники надолго замолчали. Похоже расстались они не лучшим образом.

Гнетущая пауза затягивалась, а я старалась дышать потише, чтобы случайно не привлечь к себе внимания.

— Ладно, — наконец прервал молчание мужчина, — я здесь по делам. Мне надо идти.

— Хорошо, прощай, — холодным и будто неживым голосом ответила Нэйилинн, возвращаясь на своё место.

Ее старый знакомый исчез из виду. Я не обратила внимания, вышел ли тот из постоялого двора или отправился наверх.

Воительница налила себе новую порцию остывшего травяного отвара, но так и осталась неподвижно сидеть над кружкой, глядя в одну точку. Я никак не могла собраться с духом, чтобы прервать молчание, но и сидеть дальше в тишине было глупо.

— Мне надо пройтись, подышать воздухом, — внезапно заявила Нэй и резко поднялась.

— Ты в порядке? Составить тебе компанию? — я обеспокоенно поглядела на её окаменевшее лицо с лихорадочно блестящими глазами.

Как бы она