Коттабыч и нашествие бесов - Алёна Васильева

Было страшно от неизвестности и от воплей снаружи, но по сравнению с ужасом, недавно пережитым нами в безымянной деревушке, это выглядело скорее неудобством, чем реальным поводом для истерических метаний. Какая-то часть меня отрешенно наблюдала за происходящим, просто ожидая развязки.

Это так, что ли, становятся бесстрашными героическими воительницами? Ну-ну. Экспресс-курс, чтоб ему провалиться.

Я глянула на Нэйилинн. Та рассеяно барабанила пальцами по столу, тоже скорее раздосадованная, чем сильно напуганная.

Да и люди вокруг нас, похоже, устали сидеть в напряженном ожидании неизвестно чего. Начали тихо переговариваться. Естественно, среди тем для обсуждения превалировал конец света, но между делом начинали проскакивать нервные смешки, а за одним их дальних столов уже явно собирались завтракать.

— Может и нам чаю взять? — подала голос я. — Ну, в смысле — отвара какого-нибудь.

Сидеть навытяжку без всякого занятия было муторно. Как в очереди к стоматологу, честное слово!

— Давай, — воительница внезапно ухмыльнулась. — А ты ничего, держишься.

— Да чего уж, — я махнула рукой.

Скорее всего, не выспавшийся организм просто не имел достаточно ресурсов для паники. Другого объяснения, почему я еще не бьюсь в припадке, никак не находилось. В сложившейся ситуации это выглядело бы как раз самой разумной реакцией.

Когда мы с Нэй допивали по второй кружке невкусного, но освежающего пойла, в дверь внезапно забарабанили.

Разговоры резко смолкли. Стук повторился.

Давешний любитель блатного шансона, разминая внушительные кулачищи, медленно пошел к двери под благоговейное молчание окружающих.

— Кто там? — с интересом осведомился он у дубовых досок.

— Голос разума в бездне творящегося у вас бардака, — приглушённо ответили снаружи, и я аж подпрыгнула. Слишком уж знакомый голос и манера общения.

Орк крепко задумался.

— Гор?! — Я тоже подскочила к двери. За ней произошла какая-то невнятная возня и тихое: «я ж говорил, что найдём!»

— Крис! — Выкрикнул из-за двери уже другой голос. — Открывай, это мы!

— Марыся?!

Да что тут вообще происходит?

Рядом оказалась Нэйилинн.

— Ты уверена, что это — действительно твои друзья, а не кто-то, прикидывающийся ими? — тихо уточнила она.

Я замешкалась и не нашла ничего лучше, чем спросить, прижавшись к двери:

— А это точно вы?

— Да тудысь тебя растуды! — возмутился Гор. — Ты, балда, потеряла что ли мой амулет?

Амулет? О чём это он?

А-а, тот чертополох на верёвочке!

Получив странный подарок, я спрятала его в карман мантии, которая с начала поездки так и лежала нетронутой в одной из сумок. На лошади в таком наряде не поездишь, да и переться пешком, цепляясь длинной хламидой за кусты — удовольствия мало.

— Не-а, не потеряла. Он в сумке наверху.

— Ну так надевай!

Я пулей метнулась в комнату и впотьмах расшвыривая вещи из сумки наконец нашла искомое.

Когда уродливая побрякушка оказалась у меня на шее, на пару секунд я решила, что оглохла. Потом оказалось, что нет — звуки с улицы по-прежнему пробиваются сквозь запертые ставни. Только их стало на порядок меньше. Что за ерунда?

Всё так же бегом я спустилась обратно и отчиталась двери:

— Надела.

— И как ощущения? — буркнул снаружи подменыш.

— Как-то тихо стало.

— Вот-вот. Ну открывай уже! Я тебе забавное покажу.

Моя рука, потянувшаяся было к тяжёлому засову, дрогнула. Даже если на улице действительно стоял Гор, его «забавное» могло мне очень и очень не понравиться.

— Э, погоди! — орк отодвинул меня в сторону. — Давай-ка лучше я!

Из зала раздались негодующие восклицания.

— А ну тс-с! — обернулся к людям верзила. — Вы тут чего, зимовать собрались?

Небрежным движением он откинул засов и распахнул дверь. За порогом действительно стояли мои друзья, перепачканные грязью, усталые, но живые. На плечах у Марыси сидел пыльный кот и глядел на нас с укоризной.

— Ох ты ж зара-аза, — протянул орк, глядя поверх голов вновь прибывших.

Снаружи было светло и пасмурно. На улице перед постоялым двором действительно творился бардак. Ветер носил обрывки мусора и, кажется, чьих-то волос. На чистой ещё вчера мостовой валялись изломанные доски и глиняные черепки. Наискосок через улицу, подвывая и закрывая голову руками, пробежал полуодетый человек — исцарапанный и замызганный по уши.

И самое главное — никакой причины всего этого хаоса я углядеть не могла. А вот подтянувшиеся ко входу постояльцы охали, ахали и ругались, неотрывно глядя в серое небо.

— Насмотрелась? — Гор скрестил руки на груди, нетерпеливо обивая пяткой порог. — А теперь снимай.

Я послушно потянула амулет с шеи.

Снова накатила волна шелестящих звуков. А над крышами домов, словно из ничего, соткалось колышущееся чёрное покрывало. Он поднималось и опускалось, закручивалось вихрями и распадалось на отдельные лоскуты. Невероятно красиво и столь же пугающе.

— Птицы? — наконец сообразила я.

— Морок! — Гор бесцеремонно растолкал столпившихся людей, пробираясь внутрь. — Тут пожрать-то дают?

Марыся наконец стиснула меня в объятиях. Кот ловко перебрался на мои плечи, путаясь в тонком кожаном ремешке, заменяющем шлейку, и не слишком довольно заурчал. Путешествие зверю совсем не нравилось, и я его ой как понимала.

— Так это всё там ненастоящее? — я вновь глянула наружу. Пугающий танец чёрных теней продолжался.

— А я даже не знаю, что ты видишь, — призналась подруга. — Когда мы с Гором пошли за вами по волшебным тропам, он мне тоже дал какие-то штуки, которые мешают видеть всякое… Ну, лишнее. Иначе я бы со страху померла.

— Ла-адно, чувствую, что это будет долгий рассказ.

Я почесала кота и щипнула у него клочок пуха, за что меня тут же вознаградили когтями в плечо.

— Морок над городом Брай, развейся!

Искрами сыпануло так, что было хорошо заметно даже при дневном свете. А потом в небе начался форменный фейерверк. Чёрные птицы, или что там это было, шумно лопались одна за другой, рассыпаясь снопами голубых искр.

— О-о-о, — хором выдали столпившиеся в зале люди и поглядели на меня с уважением и опаской.

— Если что, это моя женщина, — подал голос Гор. Он уже набивал рот какими-то пирожками, но фраза, как назло, вышла внятной и громкой.

Орк, который всё еще стоял к нам с Марысей ближе всех, примирительно поднял пустые ладони и бочком отошёл за дальний стол.

— Слушай, мелкий, — прошипела я, подобравшись к подменышу. Тот безмятежно жрал. — Ещё одна такая шуточка, и я тебе уши оторву. Или коту позволю это сделать.

— Ох, и неблагодарная из тебя получится жена, — посетовал Гор. — А к пакости этой рыжей я уже почти привык. Учусь, понимаешь ли, принимать тебя со всеми недостатками. Между прочим, очень взрослый подход!

Я хотела ответить что-нибудь подобающее случаю,