Киноманьяк 2 - Наиль Эдуардович Выборнов

class="p1">Я посмотрел на Розу. Ее лицо изменилось — прежнего недоверия уже не было, только удивление. Она прошептала голосом, в котором не осталось и следа прежней строгости:

— Сид. Это правда?

— Только наполовину. Правда в том, что я пришел к нему и попросил оставить тебя в покое, не лезть в наши с тобой отношения. У нас временный разлад. Это не значит, что какой-то бык тут же должен клеиться к тебе. Я сказал ему об этом, а он взбесился и набросился на меня. Я достал нож, чтобы защититься! Ублюдок переломал мне все руки!

От этой лжи во мне закипела ярость. Я схватил его за левую руку, словно игрушку, и ударил ей о стену. Гипсовый камень треснул, я ударил по нему кулаком, и гипс рассыпался на мелкое крошево.

— Что ты делаешь⁈ — крикнула на меня Роза. — Ты спятил⁈

— Тихо. Я сломал ему только одну руку. Смотри, — я указал на его вполне здоровое, функциональное запястье, которое Сид не догадался опустить. Он так обалдел с моего удара, что даже не успел сыграть боль.

— Что?.. — осеклась Роза. — Я ничего не понимаю. Это что, шутка? Зачем ты это сделал?

— Сделал что?

— Притворился, что у тебя сломаны обе руки. Хотя нет, не отвечай. Тебе нравилось притворяться беспомощным, да? Чтобы я снова бегала вокруг тебя, как послушная собачка, — ее голос чуть надломился, на лице появился гнев. — Одна рука, две руки, какая разница, верно?

— Я не нападал на него, — Сид стоял на своем. — Он первый начал. Я защищался. А что касается руки, то тут видимо врачи что-то напутали… Я был пьян, когда пришел в больницу, я и сам не знал, что у меня только одна рука сломана.

— Ну да, убеждай себя, — сказал я и махнул рукой. Этот человек, из-за которого я даже всерьез задумался об убийстве, теперь выглядел совершенно жалким завравшимся дурачком.

В комнате повисла тяжелая и гнетущая тишина. Некоторое время мы все молчали, уставившись на Сида. Он замер, словно прикованный к креслу нашими взглядами. Его рука все так же висела в воздухе. Роза наконец спросила:

— Зачем ты это сделал?

— Сделал что?

— Напал на Джошуа.

— Я не…

— Не ври мне.

Сид опустил голову, расслабил здоровую руку и прикрыл ей свое лицо. Помолчал несколько секунд.

— Я думал… — заговорил он, и его голос звучал совсем иначе, не так развязно и самоуверенно, как тогда в баре после выступления. — Я думал, что потеряю тебя из-за него. Я видел, как ты на него смотришь, и я просто… Сорвался.

— Ты пришел к нему домой с ножом, — проговорила Роза, как будто сама не верила своим словам. Но нет, она поверила — это факт. — Ты мог его убить, или он мог убить тебя.

— Я не думал, что дойдет до этого… — пробормотал Сид. — Я просто хотел его напугать, чтобы он отстал.

— Вот как? — спросил я. — Ты бросился на меня с ножом, Сид. Ты пошел убивать.

— Ты бы лучше помалкивал, — сказала Роза, повернув голову. — То, что он пришел так — еще не повод ломать ему руку. Ты бы справился с ним и без этого, ты достаточно сильный, мы и так об этом знаем.

— Сид был пьян и получил по голове в той аварии, — я специально заговорил о нем в третьем лице, как будто его и не было рядом. — А еще он сошел с ума от ревности. Я уверен, что если бы он убил бы меня, то потом пришел бы к тебе и убил уже тебя.

— Это ложь! — завопил бывший гитарист. — Я бы никогда!..

— Ложь? — повернулась к нему Роза. — Нет, ты и правда мог бы пойти на такое, — сказала она размеренным ледяным тоном. — Ты уже несколько месяцев пытался убить нас обоих, каждый раз, когда ты садился за руль, я только об этом и думала. Еще одна поездка, еще пара миль, и я умру. И все равно я была рядом, потому что я верила… нет, мне хотелось верить, что ты так не поступишь. Но теперь я вижу, что тебе верить нельзя.

Я стоял и молчал, как и все остальные.

— И он потерял работу из-за тебя. Я позвонила Дариушу и сказала, что он сумасшедший псих. А теперь…

— Три года, — проговорил Дин, на лице которого застыло отстраненное выражение. — Три года я выступал рядом с тобой и думал, что знаю тебя. А ты, оказывается, можешь прийти к человеку с ножом домой. Из-за женщины, которая даже не твоя.

— Дин, ты не понимаешь…

— Я прекрасно понимаю, — отрезал Дин. — Ты испугался, что теряешь ее. Тебе не хватило сил убить его, и ты решил, что лучший способ — это выставить его монстром. Ты — трус, Сид. Самый настоящий трус.

— Я сделал это ради группы! — сказал Сид. — Я сделал это ради нас! Иначе мы развалились бы, мы ведь были на грани этого.

— Вали отсюда, — сказал Джордж совершенно спокойно, буднично даже, так и не встав со своего места. — Сейчас это будет лучшим решением.

— Джордж, я…

— Убирайся отсюда, — выпалил Дин. — Проваливай. Уходи.

— Слушайте, я не пытался его убить… — Сид попробовал подняться, и у него это все-таки получилось. — Я не собирался… Все как-то само вышло. На меня что-то нашло.

— Хватит, — сказал Джордж. — Просто уходи.

— Нет, послушайте меня. С этим парнем что-то явно не так, — он показал на меня пальцем. — Его не должно здесь быть, вы понимаете, о чем я? Это какая-то ошибка. Это парадокс. Парадокс!

— Что ты несешь? — спросил Дин. — Пьяный бред. Сходи попей таблетки, полечи голову.

Сид посмотрел на нас всех по очереди. На Розу последней — долго, умоляюще. Она отвернулась, не глядя на него.

— Я еще вернусь, — тихо сказал он, посмотрев уже на меня. — Вы еще обо мне вспомните.

— Тогда я тебе не только руки сломаю, — ответил ему я.

Он постоял еще секунду, после чего повернулся, спустился со сцены, из-за чего ему пришлось дойти до лестницы. И через