Поднебесная - Алекс Хай

class="p1">Он знал, что Никольский не журналист. Знал, что я уже тайно встречался с ним. И вместо доноса только подготовил приличный предлог для выхода в город.

Это не доказывало полной чистоты намерений Сюя. В подобных делах доказательств вообще не бывает до самого конца.

Но для первого шага к доверию его поступок вполне подходил.

* * *

На следующий день мы действительно поехали за свёрлами.

Я даже купил два набора в той самой лавке. Не следовало злоупотреблять хорошим прикрытием, не принося из него пользы мастерской.

До книжной лавки меня сопровождали Сюй, Чжао Синь и двое приказчиков в неброской одежде. У входа в лавку Сюй обратился к Чжао Синю по-китайски. Молодой секретарь посмотрел на свёрток с инструментами, затем на вывеску.

— Господин Сюй говорит, что вы хотите найти русское издание книги о китайских лаках, — сказал он.

— Да, раз уж мы снова оказались рядом.

Чжао Синь кивнул.

— Мы подождём снаружи. Но прошу вас не задерживаться надолго.

— Постараюсь выбрать как можно быстрее.

Внутри пахло типографской краской и бумагой — кажется, привезли свежую иностранную прессу. Хозяин сидел за стойкой, разбирая связку книг. Увидев меня, он поднялся и указал в сторону стеллажей с европейской литературой.

Никольский находился там же, где и в прошлый раз. Он держал в руках французский путеводитель и изображал внимательное чтение.

— Александр Васильевич, — приветствовал он меня. — Какая неожиданная встреча.

— Воистину, пути Господни неисповедимы.

Никольский вернул путеводитель на полку и выбрал тонкую книгу на родном языке.

— Ваш переводчик остался снаружи? — спросил он.

— Да. И передал мне ваше приглашение.

Никольский на мгновение задержал руку на корешке.

— Вот как.

— Господин Сюй давно понял, что журналистика занимает вас не полностью.

— Интересный человек.

— Мне он начинает нравиться.

Никольский усмехнулся, но взгляд у него остался внимательным.

— И он не сообщил дворцовой охране?

— Насколько мне известно. Сегодня он обеспечил предлог для поездки.

— Тогда либо он решил вам помочь, либо хочет увидеть, куда приведёт эта ниточка.

— Одно другому не мешает.

С разведчиками всегда приятно беседовать. Даже хороший поступок они умудрялись превратить в ещё одну причину спать с открытыми глазами.

Никольский достал с верхней полки ещё одну книгу, раскрыл и сделал вид, что сравнивает оглавление.

— Я хотел попросить вас внимательнее присмотреться к младшим людям Императорских мастерских, — словно невзначай сказал он.

— Почему именно к младшим?

— За старшими мастерами следят более пристально. Но ввести состав в трещину алмаза, заменить инструмент, принести масло или убрать отчёт может и тот, кто имеет доступ к столам и не привлекает внимания.

— У вас появился источник во дворце? — спросил я.

Никольский многозначительно на меня посмотрел, и я понял, что отвечать он не собирался.

— Хорошо, — вздохнул я. — Что именно мне нужно искать?

— Найдите людей, у которых был доступ к жёлтому алмазу, инструментам Ляна и закрытым помещениям. Тех, кто внезапно получил деньги — наверняка об этом могли разойтись слухи. Кто выходит в город без понятной причины. Кто поддерживает связи с людьми Министерства церемоний или, например, имеет родню в военных институтах.

Логично. Впрочем, уверен, наследный принц уже пошёл по тому же пути. Однако я мог использовать Сюя, чтобы выяснить больше. Вот и будет проверка для нашего переводчика.

— Половина мастерских имеет родственников в Министерстве церемоний, — напомнил я. — В Закрытый город не попадают простые люди.

— Поэтому я и прошу вас присмотреться, — отозвался Никольский. — У меня не так много глаз и ушей в Запретном городе. А вы, как я слышал, везде умеете заводить друзей.

Я вспомнил молодого подмастерья, который столкнулся со мной в крытой галерее перед церемонией. Тонкие пальцы, свежий порез у ногтя и маленький круглый ожог на указательном пальце. Он передал записку и исчез. Позже я видел похожего парня среди помощников, но уверенности не было. Во дворце работали сотни мастеров.

— Записку о жёлтом алмазе передал молодой мастер, — сказал я. — На пальцах были порезы и ожог. Если он предупредил нас, возможно, знает больше остальных. Или что-то видел.

— Или сам участвовал и испугался последствий.

— Тоже возможно.

— Найдите его, но не задавайте вопросов прямо. Просто узнайте имя и откуда он.

Никольский перевернул страницу.

— Есть ещё один человек, насколько мне известно. Литейщик по имени Бао.

Бао я знал. Он работал с металлом с первого дня нашей общей бригады. Невысокий, широкоплечий, с обожжёнными предплечьями и привычкой смотреть на русские чертежи так, словно они лично оскорбили память его предков. Он исполнял распоряжения точно, но чаще всего вёл себя так, словно находился в нашей команде по принуждению.

— Мои люди несколько дней фиксировали его выходы из дворца, — продолжил Никольский. — Дважды он посещал чайную в южном квартале, где встречаются перекупщики краденого. Вчера был на складе за старой бронзолитейной мастерской. Разговаривал с человеком, которого связывают с контрабандистами и другими сомнительными личностями.

— Он мог покупать металл для частных заказов, — тут же предположил я.

— Мог. Мог продавать дворцовый лом. Мог проигрывать деньги и искать заработок. А мог передавать что-то людям, которые подготовили состав для алмаза.

Никольский закрыл книгу.

— Слежку продолжат. От вас требуется одно: наблюдайте за ним в мастерской. Какие инструменты он берёт, к каким столам подходит, с кем разговаривает. И не пытайтесь задавать ему вопросы. Просто приглядывайте. Никакого героизма, прошу вас. Люди вашего ранга иногда считают, что осторожность — не для них.

Несправедливое обобщение. Но спорить было трудно, особенно с учётом моих приключений за последний год.

— Если увижу прямую угрозу, ждать ваших людей не стану, — сказал я.

— Тогда хотя бы оставьте кого-нибудь живым для допроса.

Никольский выбрал книгу о китайском фарфоре и направился к стойке. Я нашёл обещанный труд о лаках. Прикрытие должно подтверждаться покупками.

Перед выходом Никольский задержался у двери.

— Александр Васильевич. Если Сюй действительно играет на стороне наследника, не пытайтесь скрывать от него очевидное. Но и не рассказывайте больше, чем требуется для вашей безопасности.

— Вы только что описали мои отношения со всеми при дворе.

— Значит, вы начинаете понимать, в каком змеином клубке оказались.

Он вышел первым и растворился в потоке прохожих.

Через несколько минут я присоединился к Сюю и Чжао Синю. Переводчик посмотрел на книгу в моей руке.

—