За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

головы пришла неожиданная мысль, что заниматься этим могут не только они. Да и для остальных это явно стало открытием. Оно и к лучшему — всем полезно подумать на эту тему, чтобы ни у кого не возникало иллюзий, что за ними не присматривают.

Одна Ленка держала безразличное выражение лица, хотя я чувствовал, что её вся эта ситуация ужасно забавляет. Она-то как раз прекрасно знала, кто мне докладывает. Приручённые духи исправно следили за всеми в поместье, и хотя пришлось немало потрудиться, чтобы отучить их нести к нам всякую чушь, в последнее время этот труд начал, наконец, окупаться. Нас в своё время немало повеселило, как Кельмин воркует над своей машиной — мало какая мать так хлопочет над ребёнком. Так что я прекрасно знал, почему Антон не хотел ездить с охраной — даже машина сопровождения убила бы всё удовольствие от поездки, а уж посадить охранника в свою «кисоньку» для него было просто немыслимо. Чисто по-человечески я вполне мог его понять — Кельмин тоже относился к категории трудоголиков, и дорога на службу и со службы была для него практически единственной возможностью прокатиться.

— Охрана там могла и не помочь, — попытался оправдаться Антон, — они просто послали бы больше людей.

— Могла и не помочь, — согласился я, — а могла и помочь. Но в любом случае это совершенно тебя не оправдывает. Во-первых, ты не выполнил прямой приказ. Ты военный человек, ты же знаешь, что полагается за невыполнение приказа в боевых условиях?

— Знаю, — выдавил из себя Кельмин, опять опустив глаза.

— Но главное даже не в этом. Самое неприятное здесь в том, что приказ систематически не выполнял тот самый человек, который был поставлен следить за его выполнением. Ничто не разлагает подчинённых сильнее, чем начальник, который на их глазах демонстративно плюёт на приказы вышестоящих. Твои люди всё это видели, Антон — и как они в следующий раз отнесутся к моему приказу? Или к твоему? А ведь это те самые люди, которые обязаны сражаться за нас всех — и умереть, если необходимо. Ты уверен, что они по-прежнему без раздумий подчинятся неприятному приказу?

— Я сделал выводы, господин, — подавленно сказал Кельмин. — Такого больше не повторится.

— Надеюсь на это, — кивнул я. — И имей в виду — если твоё увлечение входит в конфликт с твоей службой, то тебе придётся выбрать что-то одно. Задумайся над этим, Антон. Ну что ж, с этим разобрались, давайте теперь поговорим о насущном. Появилась какая-нибудь новая информация?

— Ничего нового, господин, — ответила Кира. — Греки больше никак себя не проявляли. Скорее всего, они что-то планируют. Что-то такое, что окажется более успешным. У меня по этому поводу есть предложение — может, стоит раздать значимым сотрудникам защитные амулеты? Я прикинула — по деньгам мы можем себе это позволить, бюджет переписывать не придётся.

Наши вояки — Станислав с Антоном, — снисходительно заулыбались той специфической улыбкой, которой появляется у подчинённых, когда начальник сморозит какую-нибудь выдающуюся глупость.

— Кира, это так не работает, — сочувственно сказал я. — Не получится просто надеть амулет и стать неуязвимым. Владеющие, например, вообще амулеты предпочитают не использовать, во всяком случае, сильные Владеющие. Станислав, раз уж тебе так смешно, то ты и объясни.

— Кхм, — смущённо прокашлялся Лазович, — тут дело в том, госпожа, что амулет не работает постоянно. Он работает час, ну два, если хороший, а потом должен несколько часов заряжаться.

— Так в чём проблема? — не поняла Зайка. — Можно включать его только когда опасно.

— Всё верно, так и делается, — кивнул Станислав. — Ратники активируют амулеты непосредственно перед боем. Но он ведь, когда работает, создаёт сильное напряжение вокруг, не знаю, как это по науке называется. Если вы, к примеру, с активированным амулетом в самобег сядете, то никуда не уедете. Только самобег сломается, наверное.

— Не сломается, — авторитетно заявил Кельмин. — Там блокировка есть, по флюктуациям поля. Он просто не заведётся. Или заглохнет, если был заведён. Но есть ещё самые примитивные мотоколяски, где из артефактных узлов только конвертер. Такую можно немного переделать и убрать конвертор, и она будет ездить даже с активированным амулетом. Только она не очень быстро будет ездить, и заливать надо будет чистый этанол, чтобы в нормы по выхлопу уложиться.

— Этот вариант не пойдёт, — отрезал я. — Мы в посмешище превратимся, если руководство в мотоколяски пересадим. Никакой риск не оправдывает репутацию клоунов. В общем, Кира, амулеты — это для военных. В гражданской жизни применений им немного.

— Ну если машину случится покинуть, то польза есть, — заметил Станислав. — Вот Антону пришлось же своими ногами убегать.

— Я пулю ещё в машине схватил, — напомнил Кельмин. — А по активированному амулету меня бы даже обычный одарённый засёк. Успели бы найти и добить.

— Довольно об этом, — поморщился я. — Уже ясно, что амулеты — вариант неподходящий, так что не будем тратить время на пустые разговоры. Если кто-то из вас будет спокойнее чувствовать себя с амулетом, пусть обратится к Станиславу и получит во временное пользование амулет из запасов дружины. А сейчас надо подумать, что нам делать.

— Мы со Станиславом разработали план, — оживилась Кира. — Есть возможность очень больно укусить Греков. Мы можем практически полностью парализовать снабжение их предприятий.

— Интересно, — поощрительно кивнул я. — Но для начала расскажи, каких целей мы этим достигнем.

Зайка непонимающе на меня посмотрела. Нет, всё-таки она не стратег по складу характера. Как и Станислав, впрочем, так что трудно ожидать, что эта парочка разродится чем-то особенным.

— Ну вот смотри, — объяснил я, — представим, что мы успешно реализовали этот план и остановили их производство или что там у них. Чего мы добились этим для себя?

— Отомстили за их нападение, — осторожно ответила Зайка, уже чувствуя подвох.

— То есть мы приняли предложенную нам схему и начали обмениваться ударами, — подытожил я. — Вот только Греки сильнее, так что мы при этом неизбежно потерпим поражение. Или в лучшем случае победим такой ценой, что разница с поражением будет чисто номинальной.

— Там наверняка другие подключатся, — пришёл ей на помощь Станислав. — Как только кто-нибудь начнёт, на них все накинутся.

— А если не накинутся? Или накинутся, но не сразу? Ради чего будут умирать твои бойцы, Станислав? Я не вижу достаточно серьёзной причины.

— Так что нам делать? — насупился Лазович. — Продолжать прятаться по щелям?

— Надо сначала получить побольше информации. Зачем они напали? На что рассчитывали? Почему они вообще решили, что это мы убили Остромира? Пока у нас нет ответов хотя бы на основные вопросы, нам не стоит делать резких движений.

* * *

— Здравствуй, княже, — поклонился