Погоня за судьбой - Ди

Прежде чем опомниться, я не дала мысли сформироваться. Просто затолкала её обратно, зажмурившись, в тот тёмный угол, где уже лежали другие невыносимые истины и лица, которые я не смогла спасти. А потом открыла глаза и уставилась в темноту за лобовым стеклом. Ни огонька. Ни движения. Чистое небытие — жизнь, которую выключили…

Меня выдернула из полудрёмы какая-то мелочь. Обострившийся слух уловил сквозь шелест ветра не хруст, не шорох, а нечто другое. Что-то отрывистое, гортанное. Я мгновенно вскочила, схватила арбалет и бесшумно вывалилась во тьму через заднюю дверь. Ночной воздух щупал тело сквозь одежду, и по спине тут же побежали мурашки.

Чёрный обманчивый силуэт рисовался в двух десятках метров от меня, между деревьями. Он проявился на самой границе видимости и исчез, а я вскинула арбалет и прильнула к прицелу. Отлипла от спасительного джипа и двинулась вперёд, прижимая приклад к плечу.

Каждый шаг отдавался ударами сердца в висках.

— Гав!

«Собака. Чёрт… Просто собака. Как же ты меня напугала, скотина…»

Я не опускала арбалет, пока не подошла вплотную. Во тьме, сверкая глазами, сидел крупный пёс. Наклонив голову и высунув язык, он изучал меня умными глазами — решал, можно ли мне доверять. Наконец пришёл к какому-то своему выводу и сделал пару шагов навстречу. Овчарка чёрно-коричневого окраса с кожаным ошейником на нее.

Подойдя совсем близко, животное повернулось боком и сделало шаг назад, в сторону спуска с холма.

— Ты зовёшь меня? — спросила я. — И куда же?

Я бросила взгляд через плечо, на джип, стоящий на верхушке холма. Силуэт машины едва выделялся на фоне ночного неба, внутри было темно и тихо — Алиса спала. Пёс тем временем нетерпеливо крутился на месте и помахивал хвостом. Сделал два прыжка прочь, не отрывая от меня взгляда умных глаз. Он смотрел не умоляюще, а требовательно — будто это была проверка, не «своя» я или «чужая», а на что-то другое. Тест, который я, отступив сейчас, провалю навсегда: «Если нашёл того, кто не бросил тебя в беде, держись за него изо всех сил…»

Теперь вот собака меня нашла. «Чёрт… Правила — это порой настоящий ад…»

— Только если это недалеко, — пробормотала я и устремилась следом за припустившей вниз по склону холма овчаркой.

Было темно — хоть глаз выколи. Пробираясь сквозь бурьян следом за животным, пару раз я чуть не навернулась, зацепившись за корягу, споткнувшись о кочку. По мере того, как я отдалялась от машины, собака то пропадала из виду, то возвращалась и вела меня дальше. Едва заметная, пробитая в высокой траве тропка наконец вывела меня к узкой канаве, за которой возвышался одноэтажный деревянный дом.

Входная дверь была распахнута настежь. Было тихо, но я была уверена, что в доме кто-то есть, и собака, которая только что скрылась в тёмном проёме входа, целенаправленно вела меня именно сюда. Я аккуратно приблизилась и почувствовала уже знакомый запах чудовищно запущенных тел, тут же подхваченный ночным ветром. Его источник был рядом — тёмной грудой лежал плашмя в паре метров от входа в дом.

— ¿Quién está ahí? — послышался голос из глубины дома. — Кто здесь? Тебя привёл Оскар?

Испаноязычный, значит. Как и добрая половина обитателей этой планеты. Значит, переводчик не понадобится — язык был мне хорошо знаком ещё с тех пор, как мы жили на ферме дяди Алехандро.

— Если так зовут собаку — да, это он, — отозвалась я и шагнула внутрь дома. — У вас всё в порядке?

— Если честно, не особо, — сказал голос.

Из прохода в одну из боковых комнат на стену падали неверные блики от свечи. Внутри, за столом, вытянув вперёд ноги, сидел молодой мужчина. На нём были полувоенные куртка и штаны, а рядом лежали окровавленные вилы. На светлом скуластом лице чернела курчавая борода, волосы были всклокочены. Одна из штанин была темнее и в чём-то испачкана.

— Ты ранен? — спросила я.

Мужчина оглядел меня с головы до ног и, поморщившись, сообщил:

— Десять минут назад они припёрлись прямо сюда, в дом. Я свалил троих, и, надо же было такому случиться, распорол ногу…

— Это нехорошо, — едва слышно пробормотала я.

— Вот только перевязаться успел, и ты зашла.

Он кивнул головой на лежащий рядом моток бинтов и аптечку, а я ощутимо напряглась, покрепче сжав арбалет — я чувствовала фальшь в его словах. Собака всё так же сидела возле своего хозяина и, свесив язык, поглядывала то на него, то на меня.

— Сделай одолжение, — попросила я незнакомца, — скажи правду. Если тебя укусили, я должна об этом знать. И тогда я просто пойду, потому что меня ждёт ребёнок.

— Ладно. — Незнакомец нахмурился и посерьёзнел. — Он и вправду меня тяпнул. Но я всё понимаю, так что иди своей дорогой. Я не просил Оскара, он сам тебя привёл.

Собака сдвинулась ближе ко мне и коротко заскулила.

— Что, не хочешь её отпускать? — спросил человек овчарку и легонько похлопал по её мохнатой спине. — Ты думал, что она мне поможет? Нет, Оскар, такое так просто не лечится…

Пёс вновь издал неожиданно высокий звук и забил хвостом по полу.

— Он почему-то решил, что ты сможешь помочь, — усмехнулся мужчина. — Кстати, меня зовут…

— Не надо, — отрезала я. — Я не хочу знать твоего имени.

— Ты уже поставила на мне крест?

«Я не хочу тебя запоминать», — мелькнула мысль, но я промолчала. Каждое имя, которое я запоминала, становилось очередным призраком — что уж говорить про этого смертника…

Я сказала:

— Если то, что я знаю, правда, тебе осталось не больше шести часов. И в связи с этим у меня один вопрос — что ты теперь планируешь делать?

— А что, есть варианты? — усмехнулся мужчина. — Вызову скорую помощь? Или, может, до больницы прогуляюсь?

— Сомневаюсь, что где-то в округе есть работающая больница. Всё умерло.

— Что есть — то есть… Кстати, ты говорила, что тебя ждёт ребёнок, — вспомнил он. — Где-то неподалёку?

— В машине, — сказала я.

Кажется, сболтнула лишнего. Губы сами собой сжались. «Идиотка…»

Он молча уставился куда-то в стену — в пустоту перед собой, где, видимо, прокручивались варианты. Ребёнок. Машина. Две ценности в мире, где обесценилось всё. Ценности, от которых ему не было никакого толку, ведь отсчёт уже шёл, биологические часы тикали и отмеряли оставшиеся ему пять-шесть часов.

«И что же теперь?» — думала я. — «Оставить его здесь? Или, может, поискать несуществующее противоядие в какой-нибудь больнице? В фильмах ведь именно так и происходит, когда в случайной комнате находится спасительный шприц с чудо-раствором, и герои