Магия льда для мастеров - Нинель Мягкова

В основном интересно было, как устроена защитная схема дворца. И какие детекторы могут триггернуться от заклинания личины. Являться с маскировкой наготове — глупость. Вдруг сигнализация сработает? Объясняй потом стражам, что это не вредоносные чары, а обычные косметические ухищрения.

Хотя, посмотрев на себя в зеркало, вынуждена была признать, что мне они ни к чему. Разве что напротив, приглушить естественную красоту. Щечки раскраснелись от горячего завтрака, волосы за ночь напитались силой и блестели шелком. Молодость — лучшее украшение девушки, но и черты лица мне достались вполне привлекательные. Еще пару лет, и могу стать грозой холостяков. Мне это не нужно от слова совсем, но как инструмент влияния на общество толпа поклонников вполне сгодится.

Студентка академии, за которой бегают ухажеры, воспринимается совсем иначе, чем сидящая в углу тихоня. Была бы у меня цель просто образование получить — предпочла бы второй вариант. А поскольку задача — изменить отношение к водникам, глобально, то придется собой пожертвовать. Слегка.

Господин Эйсгем уже ждал в холле. При виде меня одна его бровь неконтролируемо поползла вверх, выражая наивысшую степень изумления.

— Ты, оказывается, умеешь носить платья, — оценил он мой величественный спуск по лестнице.

Подзабытые навыки всплыли сами собой. Рука подхватила подол точно в нужном месте, чтобы не запнуться о волочащуюся ткань и в то же время не продемонстрировать лишнего. Сколько я так спускалась на балы и приемы — не сосчитать. Но следует помнить, что в этом мире это первый опыт. Потому — глазки в пол и застенчиво покраснеть.

— Чего я только не умею, — пробормотала себе под нос, но господин Эйсгем услышал.

Хмыкнул, протянул мне руку. Айкелина услужливо накинула мне на плечи белоснежную шубку-пелерину длиной до колена, без рукавов, но с прорезями в боковом шве. Пожалуй, в таком виде показаться любому аристократу не стыдно.

У крыльца нас ждали сани, запряженные одной пушистой мохноногой лошадкой. Она нервно фыркала, выпуская пар из ноздрей, и нетерпеливо переступала крупными копытами.

Ночью не переставая шел снег и замел все улицы свежим покрывалом. Иначе бы использовали колесный экипаж. Благо в особняке секретаря имелся транспорт на все случаи жизни.

А узнаваемую артефактную машину и без того никто выкатывать не собирался. Конспирация ж! И хранили ее где-то в тайнике, не в общем гараже. Хотя жаль: по глубокому снегу она прокатилась бы куда бодрее, и конягу мучить бы не пришлось.

Во дворец мы добрались относительно быстро, и через ворота нас пропустили без задержек.

Я уже разглядывала королевскую резиденцию издалека, сквозь забор, но тогда обращала больше внимания на энергетическую структуру защиты, чем на планировку. Отметила лишь, что главное здание явно сохранилось с прежних, совсем древних времен, когда обиталище повелителя являлось и последней линией обороны. То есть массивные стены, узкие окна-бойницы снаружи и высоченные башни, с которых удобно наблюдать за неприятелем. С тех пор особо ничего не изменилось ни в щитах, ни в постройках.

К парадному входу нас не повезли, сани остановились у бокового, поскромнее. Сегодня не торжественный прием или бал, меня всего лишь продемонстрируют его высочеству. Так, по крайней мере, обещал господин Эйсгем.

Основная цель визита — изучить изнутри систему охранных плетений, чтобы определить, сработают ли они на мою маскировку. Местные маги тоже умели делать личины — редко, но умудрялись. Обычно этим грешили девушки с даром земли с уклоном в целительство. Они зачастую перекраивали свою внешность так, что родная мать бы не признала, все во имя красоты. Первый же скан выдавал их ухищрения, но скандала по этому поводу никто не устраивал. Просто распорядитель делал в папочке пометку, и сомнительную прелестницу исключали из списка возможных невест для аристократов. Кому охота в брачную ночь обнаружить перед собой крокодила? А шум не поднимали специально, чтобы наивные девы продолжали украшаться магией.

Но если секретарь его высочества явится под личиной, неизбежно возникнут вопросы не самого приятного свойства. Конечно, младший брат всегда может продемонстрировать связывающий его магический контракт, однако это не объяснит его внезапную молодость и подставит под удар старшего. Не вариант.

Нас пропустили внутрь незамедлительно, лишь заметив лицо господина Эйсгема. Наши накидки перекочевали к слугам, и мой спутник решительно двинулся вверх по лестнице, пользуясь своим статусом. Кто будет докладывать о приходе секретаря? Разве что он сам.

Принц занимал одну из угловых башен. Из его окна открывался потрясающий вид на заснеженный город, вдоль стекла поблескивали тончайшими прожилками магически укрепленные проволочки, они же — отражатели заклинаний. Снаружи эту крепость не взять.

Всю дорогу я проверяла плетения слой за слоем, выискивая слабые места. Их нашлось множество, осталось понять, как соотнести мои чары и дыры в сигналках, чтобы их не триггернуть. Легче всего проверяется опытным путем, потому я потихоньку начала набрасывать морок то на одну, то на другую часть тела под платьем. Не лицо же менять — дежурящие на площадках стражи точно заподозрят неладное, если у меня щека поплывет.

Изменить тон кожи удалось без проблем, как и состарить ее немного, добавить пористости и рыхлости. Удовлетворившись этапом, я вернула все как было и перешла к следующему — наращиванию объемов. Мы же все-таки не в старика парня превращаем, а всего десять лет добавляем. Он не должен покрыться морщинами. А вот костную структуру — особенно скулы и подбородок — следует перекроить соответственно возрасту.

Оторвавшегося от бумаг принца я поприветствовала машинальным реверансом. Этикет нам в приюте вбили знатно, хоть девяносто процентов выпускников никогда не перешагнут порога дворца, подготовили нас всех так, что хоть завтра на бал. Присед, угол сгиба колен, наклон корпуса — все вышло идеально.

— Позвольте представить мою воспитанницу, юную госпожу Кристель. Хотя вы и знакомы, в какой-то степени,— хмыкнул господин Эйсгем. — Она пообещала помочь вам в том деликатном деле.

— Да? — удивились мы одновременно с принцем.

Я даже из задумчивости вынырнула. Что за подстава, какое еще дело? Я ни на что не подписывалась!

Господин Эйсгем улыбнулся еще шире.

— Кто, как не юная девица, способна лучше всех понять стремления и чаяния юных девиц? — торжественно добавил он.

Понятнее не стало. Но в глубине души зародились смутные подозрения. Слухи о скорой свадьбе принца, грядущий бал — все это сложилось в одну цельную, довольно пугающую картину.

— Не говорите, что собираетесь выбирать невесту на солнцестояние, — пробормотала я