Вперед в прошлое 16 - Денис Ратманов

Илья поделился:

— В «Науке и жизни», отец выписывает, я вычитал, что в Москве можно подключиться к интернету. Это как? Что там, в этом интернете?

— Это такая огромная библиотека и хранилище фильмов, музыки и статей, — объяснил я так, чтобы не вдаваться в детали.

Видя, что Илья не понимает, я объяснил:

— Вот у тебя стоит компьютер, ты можешь сохранить какой-то файл, и он будет там храниться в… нематериальном виде. Ты делаешь запрос, и информация выводится на экран. Так же с песнями и фильмами. Так вот, представь, что где-то стоят огромные компы, и там много всего хранится. Находясь здесь, ты подключаешься к ним, стоящим где угодно, и берешь информацию, которая тебе необходима.

— Любую? — удивился Илья.

— Которая туда загружена.

— Здорово. А у нас так еще нельзя? Интересно попробовать.

— Через два года и к нам доберется прогресс, — сказал я. — Наверное. Может, чуть позже или раньше.

В прошлой жизни все это тремя годами позднее (относительно сегодняшнего дня) мне рассказывал Илья, который поехал домой, а там чудо — Леонид Эдуардович к сети подключился. Тогда это нам казалось фантастикой, а экраны заполонили фильмы про таинственных хакеров — те самые фильмы, где от вирусов загорались мониторы компов. В то время себе немногие представляли, как что работает.

Взрослый я был так себе пользователем, видимо, из-за того, что комп у меня появился поздно. Но и сейчас не особо горел желанием разбираться в этой области и вникать в детали. Если бы был программистом, занялся бы прогрессорством, а так…

Каждый сверчок должен знать свой шесток.

Собственно, а что я могу с имеющимся компом провернуть? Там же памяти с гулькин нос. Скачать красивые фотографии и заказать из них календари? Музыку записывать на кассеты? Так достаточно Илюхиного двухкассетника. Наташка в Москве, может накупить кассет, мы перепишем, сделаем красивые обложки в той же типографии, и пусть Мановар продает.

По сравнению с кондитерской, это принесет копейки, а суеты создаст на миллион.

* * *

На участок мы с Ильей прибыли как раз к обеду, когда Сергей и алтанбаевцы работали, а его молодая и красивая (в кавычках) жена Светлана жарила сосиски на костре, повернувшись ко входу затылком с тоненьким перегидрольным хвостиком. Отекшая, с синяками под глазами, заморенная, она напоминала алкоголичку, несмотря на лечение.

— Мужчины, пять минут и к столу, — просипела она, обернулась и на миг оторопела, увидев нас.

— Здрасьте, — кивнул я.

— Привет, хозяин! — расплылась в улыбке она.

Сергей оторвался от работы, вокруг импровизированного стола собрались алтанбаевцы. Егор подошел ко мне и спросил:

— Наташа уже уехала?

— Да, ночью, — ответил я и поймал на себе вопрошающий взгляд Светланы.

Егор кивнул — равнодушно, как мне показалось. Долго убиваться по Наташке он не будет. У него под окнами стоит очередь из местных оторв. Эта не согласна? Не беда, другая постель согреет.

Потирая мокрые после мытья руки, Сергей воскликнул:

— Павел! Добро пожаловать к столу!

На столе были рис в котелке, жареные сосиски и овощи. Сергей тоже смотрел на меня требовательно, и я вспомнил, что он просил устроить его жену на работу помощницей кондитера.

— Как вы себя чувствуете? — спросил я у нее.

Светлана пожала плечами.

— Нормально, только как-то пусто. Но врач сказал, что еще месяц будет накатывать тоска и… желание употребить. Или желание умереть. Нужно продержаться, вот я и держусь.

Пару дней назад я Веронике намекнул, что есть помощница, она обрадовалась. Вот только справится ли Светлана? Видно, что она с абстинентным синдромом пока не очень справляется. Если нет… ну, нет так нет.

— Сергей говорил, что вы хотите на работу…

Она приложила руку к груди.

— Хочу. Ты прости, что на сестру твою напала. Пьяная я была. Теперь понимаю, что вела себя, как ненормальная…

Видно было, что ей стыдно, потому я ее поддержал:

— Вы были больны. Наташа не держит на вас зла. Как отобедаем, представлю вас Веронике. А пожить можете здесь, чтобы издалека не ездить. Электричество обещают подвести через две недели.

Сергей воспрянул, сказал:

— Твоя квартира практически готова, осталось линолеум постелить да двери поставить. Идем покажу!

Мы с Ильей вошли в помещение. Друг провел рукой по идеально гладкой стене, огляделся. Я прошел в будущую кухню, где Сергей сделал разводку труб. Здесь на полу уже лежала плитка.

— Все практически готово, осталась мебель и линолеум в комнатах.

— Идеально, — оценил его работу я и предложил: — Живите пока здесь, у нас жилье есть до ноября. Пока живете, не торопясь делайте комнаты на вторых этажах. Как только они будут готовы, так мы сразу и переедем.

То, что Сергей тут поселится — идеальный вариант, меньше вероятность ограбления.

Я выглянул в окно, наблюдая, как проголодавшиеся алтанбаевцы уплетают обед за обе щеки.

— Штукатурили вы или парни? — поинтересовался я.

— Они упражнялись в гараже, как мы и договаривались, — сказал он. — набивали руку. Наиболее способным оказался вон тот тощий армянчик, вот уж дотошный тип! Большая комната — его работа. Остальным пока рано доверять чистовую отделку.

— Пусть штукатурят спортзал в цоколе большого дома, — предложил я, подумав, что скоро будет много работы, и мне понадобится толковая бригада.

В прошлой жизни не довелось мне построить дом, в этой я почти справился, хотя мне нет и шестнадцати. Еще немного, и можно сказать, что я стал мужчиной на треть. Осталось посадить дерево, что несложно, и воспитать сына. Но с этим придется повременить.

А вот экипировать строительную бригаду придется, но это уже после того, как решится вопрос с землей на пустыре.

К нам заглянула Светлана, улыбнулась.

— Я готова!

Переминавшийся с ноги на ногу Илья чувствовал себя лишним, потому сказал:

— Я подожду тебя здесь.

* * *

Вероника Лялина зашивалась на работе. Утром она пекла пирожные, после обеда бегала по инстанциям, вечером делала заготовки на утро, и так каждый день. У нее не было ни одного выходного, потому помощница ей жизненно необходима, и она обрадовалась, когда я сказал ей, что есть желающая, да еще и повар.

Однако, увидев Светлану, Вероника аж позеленела от разочарования. Я рассказывал, что придет женщина с профильным образованием, которая страдала от алкогольной зависимости, но завязала, и это не вызвало вопросов. Но, видимо, Вероника рассчитывала увидеть человека не столь потрепанного.

Взрослые меняются с трудом — это правило работает в девяноста процентах из ста. Потому, освободившись из тюрьмы, сидельцы снова идет