Дельта-V - Дэниэл Суарез

бросились к шкафчикам и натянули ярко-голубые лётные комбинезоны. Они подняли встроенные козырьковые капюшоны, застегнув молнию у горла, затем схватили аварийные комплекты жизнеобеспечения.

Они подсоединили шланги ко входам и выходам скафандров, затем включили подачу кислорода.

Тайги проверил показания на дисплее. «Задержка передачи до Земли — шесть минут двадцать три секунды. Следующие тринадцать минут мы сами по себе». Он открыл канал дальней связи. «Центр управления, центр управления, у нас предупреждение о неминуемом разрушении конструкции и прерванное экстренное торможение вращения. Просим рекомендаций».

Через полимерный настил доносились звуки движения людей в каюте наверху.

«Пристёгиваемся».

Тайги и Харрис повернули штурвал герметичной двери каюты и распахнули её. Они выбежали в надувной хаб, который изнутри напоминал гигантский белый пропановый баллон. Это была приземистая цилиндрическая башня диаметром 11 метров и высотой 8,5 метра, разделённая на два уровня антистатическим настилом. Стены хаба были изготовлены из 50-сантиметрового ламината из кевлара, некстеля, номекса, витона, полиэтиленовой пены и изоляции, рассчитанного на удары микрометеоритов.

На верхнем уровне хаба, где располагались каюты Джозефсон и Блэк, находились камбуз, медицинский отсек и жилая зона, а на нижнем — четыре рабочих станции экипажа, душ, туалет и системы жизнеобеспечения. Алюминиевый, облицованный водой сердечник вмещал каюты экипажа и составлял центр круглого хаба.

Добравшись до своих рабочих станций, Тайги и Харрис пристегнулись к креслам. Джозефсон и Блэк соскользнули по трапу со второго яруса и бросились к своим станциям на противоположной стороне хаба.

Блэк крикнула: «Как обстановка?»

Харрис ответил: «Неважно».

Тайги активировал свою рабочую станцию. Мостик их космического корабля совсем не походил на то, что он представлял себе по бесчисленным фантастическим фильмам и сериалам. Вместо этого он состоял из аскетичных офисных кабинок, кресла были привинчены к полу и оснащены ремнями безопасности и плечевыми ремнями. Ни приборных панелей, ни окон, ни иллюминаторов не было и в помине. Лидарные сканеры по углам пустого рабочего стола Тайги считывали жесты его рук, когда он вызывал виртуальный интерфейс. Голограммы из программно-определяемого света замерцали перед ним.

Весь интерфейс корабля был виртуальным — проецировался на кристаллы Тайги и на кристаллы его товарищей по экипажу. Это избавляло от необходимости выводить на орбиту тонны экранов, циферблатов, кнопок, проводки и переключателей — не говоря уже о запасных частях. Вместо этого корабль был оснащён десятками запасных пар лёгких, радиационно-стойких кристаллов и набором резервных серверов. Виртуализация мостика позволяла управлять кораблём практически из любой его точки, а также давала операторам центра управления на Земле возможность дистанционно устранять неполадки и отправлять экипажу обновлённые версии интерфейса и операционной системы корабля.

Стол Харриса стоял напротив стола Тайги, и оба в ужасе смотрели на общую галлюцинацию повреждённого корабля — его детальная голограмма парила между ними, а по бокам прокручивались строки красных кодов тревоги.

Харрис коснулся виртуальной консоли. «Блокировочные двери загерметизированы. Аварийные энергосистемы в режиме ожидания».

Тайги взглянул на контрольный список аварийных процедур, возникший из воздуха слева от него. «Жизнеобеспечение переведено в—»

Голос корабля вмешался. «Отмена прекращения вращения отклонена. Начинается аварийное прекращение вращения. Повторяю: начинается аварийное прекращение вращения. Приготовьтесь к невесомости.»

Тай крикнул через жилой модуль: — Кто отменил прекращение?

За стенами что-то загрохотало — десятки CO2-двигателей на радиальных балках корабля включились, замедляя вращение. Модуль содрогнулся, началась качка.

Внезапно на дисплеях выскочили десятки новых критических предупреждений. Зазвучали новые сигналы тревоги. Голограмма перед Таем стала интенсивно красной — нагрузка на радиальную балку 2 возросла.

Голос корабля спокойно произнёс: «Внимание: обнаружена асимметричная схема тяги.»

Харрис крикнул: — Ферма 2 деформируется!

Тай закричал: — Рози, прекратить аварийное торможение вращения!

«Для отмены требуется подтверждение двух членов экипажа.»

— Рози, отменить этот приказ! — крикнул в ответ Джозефсон. — Джей Ти, если мы не замедлим вращение, корабль развалится.

— Корабль прервал торможение не просто так. Нам нужно разобраться.

— Времени нет.

Харрис переключал камеры наружного наблюдения, показывавшие внешний вид корабля. — Разрыв газовых магистралей. Двигатели балки 2 отключены.

Тай крикнул: — Если мы включим двигатели на остальных балках, балка 2 может оторваться!

— А если не включим, она всё равно оторвётся.

Харрис покачал головой. — Я официально понятия не имею, что делать в этой ситуации.

Жилой модуль снова содрогнулся — боковые двигатели продолжали работать.

Радиальная балка 2 на голографической модели стала ещё более тёмно-красной. До них через конструкцию донёсся более громкий гул. Харрис и Тай подняли глаза к потолку. Где-то наверху раздался скрежет, а затем стон напряжённого металла.

— Это звучит нехорошо.

Голос Блэка снова раздался по корабельному каналу. «Ещё тридцать две секунды…»

Внезапно раздался громкий грохот, а затем пол дёрнулся — весь модуль затрясло. Наблюдая за трёхмерной моделью, Тай увидел, как балки радиальной фермы 2 согнулись, а затем отломились от корабля. Балка улетела в космос, а остальная часть корабля начала раскачиваться, как шатающийся волчок.

Зазвучали новые, более тревожные сигналы. Замигали красные огни.

«Внимание: разрушение конструкции. Внимание: отказ системы жизнеобеспечения модуля 2. Внимание: корабль сошёл со станции. Внимание: нестабильное вращение.»

Джозефсон закричал: — Эвакуация в центральный модуль!

Харрис вздохнул. — Модуль 2 потерян.

Тай отстегнул ремни и встал. — Пошли, Майк. Нужно добраться до шлюза.

— Господи… — Харрис наклонился вперёд и потёр лицо. — Я так чертовски устал.

Свет внезапно потускнел, затем погас — но голографические дисплеи продолжали работать. Включилось аварийное освещение. Вокруг раздавались звуки скрежещущего металла. Тай и Харрис в отчаянии наблюдали, как оставшаяся часть трёхмерной модели корабля разваливалась — обломки разлетались в разные стороны.

Харрис театрально вскинул руки. — Конец игры, приятель. Конец игры!

Аварийное освещение выключилось, и загорелся верхний свет. Виртуальную модель корабля внезапно сменило мрачное лицо руководителя центра управления полётами Габриэля Лакруа. Его французский акцент был гуще обычного: «Миссия провалена. Корабль потерян со всем экипажем. Причина?» Голографическая голова стала крупнее — он наклонился ближе. «Человеческая ошипка.»

Тай сел обратно. — Габриэль, можно нам, человекам, немного вздремнуть перед разбором?

«Это называется „горячий разбор”, потому что мы проводим его, пока впечатления ещё свежи. В космосе у вас не будет роскоши „немного вздремнуть”, когда корабль разваливается. И это вдвойне касается тебя, Харрис.»

— Ага, ага…

Тай и Харрис несли подносы с регидратированными пайками через маленькую столовую без окон. Они подсели за стол к Абарке, Морре, Кларк, Чиндаркар и Эми Цукаде — японо-американке из Сиэтла, с которой Тай познакомился в первый день отбора кандидатов. Все были одеты в синие рабочие комбинезоны.

Морра окинул взглядом стол, когда Тай сел. — Опять