Сердце Снежной королевы - Эва Гринерс

дорожную смету, чтобы я не путалась, кому и сколько платить. Сонечкин гардероб, их с Авдотьей Михайловной содержание. Список статей расходов был внушительным. Как-то я спросила Елисея Ивановича, не заканчиваются ли у нас средства. Управляющий посмотрел на меня несколько озадаченно.

— Госпожа Мали, вы, кажется, не совсем представляете, насколько бесценны ваши камни-самоцветы. Давайте я составлю вам точную опись с помощью нашего Якова Адамовича, чтобы вы знали, чем располагаете и сколько это всё стоит. Нужно было раньше об этом подумать. Постараюсь успеть.

На сегодняшний день опись у меня уже была, и я точно знала, что именно явлю взору искушённого графа.

— Елисей Иванович, у нас гости, — объявила я.

Управляющий тотчас же поднялся и дёрнул несколько раз за сонетку, вызывая горничную.

Сонечка выглянула из гардеробной комнаты, но, увидев графа, стеснительно спряталась обратно.

— Ваша воспитанница не приучена приветствовать гостей? — не скрывая раздражения, спросил Демидов, нервно снимая перчатки.

Другому человеку я бы объяснила, что Сонечка — девочка с непростой судьбой и некоторыми проблемами со здоровьем. Но этот тип со своим эго величиной с дом, меня страшно раздражал. Поэтому я просто проигнорировала его вопрос.

Граф нетерпеливо выхаживал по комнате. Ему хотелось поскорее увидеть своими глазами добычу.

Промариновав его некоторое время исключительно из вредности, я прошла в свою спальню и достала сундучок.

В бархатной алой коробочке отдельно лежали пять голубых алмазов. Я взяла их, мешочек с бриллиантами и несколько украшений, сделанных ювелиром, включая тот самый перстень-наживку.

Вернувшись, я разложила всё это перед графом (коробочку чуть поодаль от остального), следя за его реакцией. Он, разумеется, был восхищён. Искренне восхвалял и чистоту камней, и работу ювелира.

Когда же дошла очередь до голубых алмазов, он замолчал. Его лоб покрыла испарина, а пальцы задрожали.

За графом Демидовым было очень интересно наблюдать. Я взглянула на Елисея Ивановича. Тот был хмур и едва заметно кивнул мне, мол, вижу, понял.

Граф осознал, что выглядит странно, и откашлялся.

— Как же… кхм… и вы не опасаетесь возить с собой эти драгоценности?.. Нет, я, конечно, видывал камни и богаче, и крупнее. Моя слабость, знаете ли…

— Да — да, помню, у вас там камины из таких камней, — невинно поддакнула я. — А что касается опасений… Чего мне бояться с моей охраной? Они же белке в глаз попадут за сотню метров. Ловкие, как тигры. Таким приёмам с детства обучены, что диву давалась, когда они свою науку показывали, перед тем как я их наняла. Могут сутками не есть не спать. Слух отменный, а в темноте видят, как звери дикие…

Я долго и весело стращала графа, расписывая достоинства моих охранников. Дала фантазии разгуляться на полную катушку.

Елисей Иванович покашлял в своём углу, давая мне понять, чтобы я закруглялась.

— Они, конечно же, поедут с вами? — довольно кисло спросил Демидов.

Я опомнилась, что он сейчас, чего доброго, отменит поездку.

— Ещё не знаю, — постаралась я его утешить. — Если договоримся. А то и одной горничной обойдусь. Вы же будете со мной, граф.

Демидов повеселел и поспешил откланяться, сказав, что для подарка императору подойдут голубые алмазы, непременно полным набором.

Он ушёл. А я повернулась к Елисею Ивановичу и грустно улыбнулась.

— Ну что ж. Похоже, пора укладывать вещи.

Управляющий не ответил на мою улыбку. Просто стоял и смотрел долгим взглядом, который я понять не могла.

* * *

Дорогие читатели! Аяна отправляется в своё путешествие из N-ска в Петербург. Мне очень не хватает ваших мыслей и предположений. Ну или хотя бы пожеланий доброй дороги нашей героини. Или побольше приключений в пути?))

Спасибо вам за внимание и приятного прочтения)

Глава 29

Я проснулась и некоторое время не могла понять, где нахожусь. Потом сообразила это ям — почтовая станция, на которой мы с графом Демидовым остановились накануне.

С тревогой заглянула под кровать. Сундучок был на месте.

Только после этого я смогла расслабиться. Вернулась на подушку и прокрутила в памяти вчерашний день, который прошёл в дороге.

С Сонечкой и Авдотьей Михайловной мы попрощались накануне. Я старалась держаться, улыбалась. Был лёгкий ужин, на котором Елисей Иванович отказался присутствовать, сославшись на срочные дела.

— Будьте осторожны, — напутствовала мягко Елагина. — Надеюсь, сейчас получше на дорогах стало. Но раньше!.. — она покачала головой, прижав руку с платочком к груди.

— Вам много приходилось ездить с мужем? — спросила я, на самом деле не особенно желая слушать дорожные истории в красках.

— О, милая госпожа, и не перечислить за вечер! Особенно, когда только обвенчались. Николушку моего по три-четыре раза снимали с места: мы и ездили. Хорошо, что мы ездили с другими сослуживцами мужа. К нам не совались. А может, и просто везло так. Помню, приезжаем на почтовую станцию, а там крик стоит, плач. Женщина с двумя маленькими детьми бьётся, рыдает. Подсел к ним в попутчики какой-то тать и на полпути порешил и мужа её, и ямщика. Страсть! Выкинул её с детишками из повозки и уехал. И как они не замёрзли, пока дошли? Натерпелись, бедные. Детки совсем крошки были.

Конечно, я читала и знала о подобных историях. Они не были редкостью. Но тут меня просто до костей пробрало. Встала перед глазами та неизвестная мне женщина, её дети, которым пришлось пережить такое.

— Авдотья Михайловна, — произнесла я сдавленно, — прошу вас, не продолжайте. Это совсем не то, что я хотела бы слышать накануне дороги.

— Поэтому я и прошу вас быть осторожнее, — рассудительно ответила Авдотья Михайловна и кликнула Машу. Девушка сегодня отправлялась со мной в гостиницу.

Горничная вошла уже в дорожном платье, возбуждённо сверкая глазами. Было видно, что она счастлива переменам в своей жизни.

— Мария, — строго проговорила Елагина. — Мы родня, поэтому выслушай моё наставление. Веди себя скромно. Слушайся госпожу во всём, не перечь. Не заговаривай с мужчинами, упаси Боже, сама. Если спросят про госпожу, не отвечай, а тут же ей докладывай…

Я перевела взгляд на Соню. Она сидела грустная со спящим котёнком на руках. И я поманила её к себе.

— Сонюшка, моя дорога в Петербург да обратно займёт несколько месяцев. Но я обязательно за тобой вернусь, обещаю.

Девочка подняла на меня глаза.

— А вдруг что слу-чится…

Говорила она уже хорошо. Только если знать, что раньше были проблемы, можно было заметить изъяны.

— Всё будет хорошо, — твёрдо ответила я. — Со мной едут Михлээ и Байбал. Они меня защитят. А может, и так всё гладко пройдёт.

В гостинице меня ждал Елисей Иванович, чтобы попрощаться.