Ведьма сладкой деревни - Марин Сэнгель

– Кое-кто не давал мне спать, – скрипит он с явным намеком.

Все взгляды устремляются на меня.

– Я жду объяснений, – произносит Бэйби.

– Я тоже, – подхватывает парень.

– Не сейчас, – шепчу я, едва заметно кивая в сторону Теней.

Они понимают, о чём я. Все, кроме Феникс, которая спит на ходу. Нам приходится растолкать её, прежде чем направиться вниз по лестнице.

Дорога до Кормушки никогда не казалась такой долгой. Я не перестаю думать о своем недавнем открытии. Если мои догадки верны, Матушка раскрыла мне ведьмино имя. В её кабинете я провела больше времени, чем кто-либо, поэтому отлично знаю изящный, тонкий почерк. Наверное, она догадывалась, что однажды я покину приют. Если Фрида тоже поддалась чарам ведьмы, скорее всего, она была не единственной из Старших, кого постигла такая участь. И если Она знает имя Матушки, то и Матушке должно быть известно её имя. Должно быть, это единственный способ сбежать с Фабрики. Может, его нужно будет произнести перед красной дверью? Как я сделала, уходя из Литлвуда. Стоило мне сказать «Серафина», как ворота распахнулись, будто я разрушила мощное заклятье.

Довольная своей догадкой, я особо не смотрю по сторонам. Внезапно кто-то с силой толкает меня в бок, вырывая меня из мыслей. Боль острая – жестокое возвращение в реальность.

– Смотри под ноги! – вопит Крикун, проходя мимо быстрым шагом.

Он присоединяется к Вредине, сидящей за соседним столом. Та смеется, замечая моё ошарашенное выражение лица. Я даже не пытаюсь придумать ответ, решаю промолчать. У меня есть дела поважнее.

– Бланш, ты в порядке?

Я не могу сдержать улыбку, услышав голос Грога, выделяющийся среди общего шума.

– За меня не беспокойся. Идите за мной, все трое.

Мы усаживаемся подальше, в укромный уголок. По пути несколько детей здороваются с нами, и я молюсь, чтобы никому не пришла в голову идея присоединиться к нам.

Мы с Грогом, Бэйби и Феникс накладываем в тарелки еду, и я заговариваю первой:

– Помните тот блокнот, который я забрала в ночь, когда Она опутала меня Иллюзией? – начинаю я шепотом.

Я поглядываю на Теней каждые пять секунд. Если одна из них направится в нашу сторону, мне придется сменить тему – и как можно быстрее.

– Да, – утверждает Бэйби.

– Так вот, вчера, когда я сочиняла новую историю, я заметила, что кто-то уже писал в блокноте до меня. Это был почерк Матушки. Директрисы моего приюта.

Я запихиваю в рот огромное пирожное с кремом. Тень медленно проплывают над нами, следя, чтобы мы ели. Мои друзья тут же повторяет за мной – зачерпывают ложками шоколад, отламывают кусочки фондана и пудинга, а затем с преувеличенным аппетитом проглатывают их. Мы жуем, давясь сахаром, пока Тень наконец не теряет к нам интерес.

– Думаю, Матушка знала, что меня похитят, и хотела помочь. В блокноте было имя. Если я все правильно поняла… это Её имя, – открываю я тайну друзьям.

Они хмурятся.

– Чье имя? Твоей матери? – не понимает Бэйби.

– Нет. Её… Я про Неё, – уточняю я.

Бэйби едва не давится пудингом. Феникс роняет ложку, и та падает на тарелку. Звон разносится по Кормушке, но все слишком заняты едой. Грог не так удивлен – я уже намекала ему ночью.

– Слушайте, – продолжаю я, радуясь, что завладела их вниманием. – В ту ночь, когда я уходила из приюта, Она сказала мне назвать имя Матушки, и от этого ворота открылись. А что, если… если достаточно произнести Её, чтобы красная дверь открылась?

Вокруг меня воцаряется тишина. Я изучаю лица ребят. Бэйби тяжело дышит, Феникс же, кажется, наконец проснулась. Но мне важнее всего мнение Грога. Я смотрю на него, опасаясь, что в этот раз его реакция будет хуже, чем в предыдущий, когда он решил со мной больше не разговаривать. Боюсь, я перешла черту.

– Я… Ты думаешь, я сошла с ума, Грог?

Он молча смотрит на меня. Сердце бешено колотится. Если сейчас я потеряю его, то уже не смогу вернуть. Пути назад не будет.

Вопреки моим ожиданиям, он накрывают мою ладонь своей.

– Ты уверена? Это точно Её имя?

Я киваю.

– Я доверяю Матушке, – произношу я. – Поэтому сомнений быть не может.

– Дверь, которую ты видела… Это точно выход? После всего, что она тебе наговорила, – продолжает он, – Ей нельзя верить. Может, этой двери и вовсе не существует. Это просто иллюзия.

Я могла бы подумать о том же, но мне есть чем возразить:

– Я видела эту дверь раньше. Во снах, – уточняю я. – Она настоящая, уверена.

– Как ты могла видеть её во снах? – спрашивает Бэйби сдавленным голосом.

– Я… не все вам рассказала.

Я рассказываю им о своей родной матери. Пересказываю историю ведьмы. Признаюсь, что, по Её словам, я родилась здесь, на Фабрике – поэтому и я видела эту дверь в кошмарах.

– Моя мать смогла сбежать, – подытоживаю я. – Значит, это возможно.

Мои друзья задумываются.

– Но, Бланш… – шепчет Феникс. – Если ты родилась здесь, ты не думаешь, что Она могла проникнуть в твою голову, в твоё сознание и вложить туда образ двери, зная, что ты сюда вернешься? Это может быть ловушка.

О таком я не думала. Должна признать, это звучит вполне правдоподобно.

– Может быть и так, – соглашаюсь я. – Она могла обмануть меня. Ведь другие дети из моего приюта тоже попадали сюда. Она прекрасно понимает, что у неё отлично получается нас заманивать. Но, ребята, я уверена, что дверь реальна. Всем своим существом чувствую: она настоящая.

– Тогда нам придется поверить тебе на слово, – произносит Грог. – И это может стоить нам жизни.

В этот момент к нам приближается Тень. Её глаза пусты, а это значит, Она на нас не смотрит.

– Да, – просто отвечаю я.

Если я ошибусь, жизнь моих друзей окажется под угрозой. И моя, в таком случае, тоже.

Обед тянется мучительно долго.

Когда мы проходим по туннелю, я спрашиваю Бэйби, что она думает.

– Слушай, Бланш, я не знаю. Твоя идея отличная, но у нас столько неизвестных… И ведь никто раньше не… Понимаешь, я доверяю тебе, дело не в этом, но…

Она наклоняется и шепчет совсем тихо:

– Я не доверяю Ей.

– Я знаю, Бэйби. Но я не отправилась бы туда, если бы не была уверена. Я обещала вытащить вас отсюда – и сдержу слово, любой ценой.

– Я устала жить в страхе, Бланш, – признается девочка.

Я сжимаю её руку.

– Я защищу тебя, Бэйби. Клянусь.

Она нежно улыбается, обнимает меня