Станция "Глизе" - Мария Павловна Лунёва

голову, я сглотнула. Опять эта чёрная густая жижа. Появилась, когда не ждали. Что бы это ни было, но оно уже, не таясь, растекалось по нашему трапу и, кажется, пыталось постучаться в люк.

— А воздуховоды? — Зейн спустил меня на пол и выдвинул моё кресло. Подождал, пока я сяду, и завалился в соседнее, рядом расставив ноги. Крас проследил за ним и как-то довольно ухмыльнулся.

— Если ты об этом, то смотри, — он переключил камеры. Изображение моргнуло, и картинка сменилась. А на ней, нарушая все законы физики, писанные для жидкости, чёрная дрянь перетекала снизу вверх по обшивке корабля и действительно пыталась попасть в открытый для продувки центральный воздуховод.

— Карлос там оставил подлянку для нашего гостя, — Крас развёл руками, будто извиняясь перед этой мерзостью за негостеприимство.

— Звук, — напомнила я.

— Не пойму, — Крас недовольно цыкнул. — Никаких идей. Но его издаёт оно.

Он ткнул пальцем на экран.

— Как будто орёт на нас, — Зейн провёл ладонью по подбородку, на котором появилась короткая щетина. — Но голос не человеческий.

— Так-то оно и не человек, — пробурчала я, понимая, что у меня холодок по спине идёт, от которого волоски на руках приподнимаются.

В виске неприятно сильно кольнуло, прямо над имплантатом. Поморщившись, потерла это место.

И снова пронзающая боль. Перед глазами расплывались чёрные круги.

— Эль! — Зейн дёрнул меня за плечо.

Я подняла указательный палец вверх и полезла открывать на панели… Что? Да не знала… Я совсем не понимала, что делаю. Это и пугало до паники. Моргнула… И темнота…

…Откинулась на спинку кресла и улыбнулась. Большой монитор моргнул, и начались мои любимые детские мультики про мышат. В руках, словно из воздуха, возникло ведёрко с попкорном. И так хорошо стало, спокойно. На коленях вроде как мяукал котик Краса. Я всё пыталась нащупать его и никак. Отвернулась, и звук поменялся. На экране теперь бегал, размахивая хвостиком, почему-то Зейн. Он ловил какую-то чёрную дрянь, собирающуюся в клубочек.

— … Эль — резкий толчок.

И снова разливающаяся темнота перед глазами.

— Открой глаза, детка, — в голосе моего хвостатого звучал страх.

Я подчинилась и разомкнула веки. Он смотрел на меня ошарашенно.

— Что? — мне стало не по себе.

— Я же говорю, она спит, — рявкнул он на Краса, — а вы «в панике, девочка».

Я таращилась на них, ничего не понимая.

— Ты вырубилась на три минуты и при этом что-то набирала на панели. Что, Эль… Что ты видела?

— Мультики, — прошептала я и опустила взгляд.

Котик Краса действительно сидел на моих коленях и мыл лапой уши, как приличная чистоплотная животинка.

— Мультики, — повторил Зейн. — Крас, какого хрена вообще происходит? Может хоть вы мне скажете, а?

— Переутомление, — раздалось от двери.

Я с трудом повернула голову и обнаружила в проеме доктора Хайяна и Карлоса с испуганными круглыми глазами.

— Вот мне бы сейчас так переутомиться, чтобы мгновенно вырубиться в мягком кресле и заценить какие-то там мультики, — выдал он. — Все прикольнее вот этой непонятной хрени будет. А чё это по нашему кораблю ползает и так жутко шипит? Я чуть не обделался, когда услышал. Аж с кровати навернулся.

Я села ровнее и снова ощутила эту колющую боль. Рука сама потянулась вперед и нажала клавишу, запуская непонятную программу.

— "Впусти-и-ишь, — раздалось шипящее на все помещение. — Ты меня впусти-и-ишь"

Теперь и мне резко захотелось в туалет. Продавив вставший ком в горле, покосилась на монитор. Крас снова вывел изображение нашего трапа. По нему растекалась эта дрянь.

«Впустишь… впустишь…»

Этот звук вызывал панику.

Лёгкая боль. Опустив взгляд, я сообразила, что слишком сильно прижала к себе кота, и он куснул. Высвободившись, мелкий пушистый запрыгнул на пульт и, выгнув спину, зашипел так, что я ноги подняла и поджала, притянув колени к груди.

«Впустишь…»

Эта странная субстанция скатилась с трапа и замерла на несколько мгновений, а после будто вскипела. Из центра лужи словно поднимались мелкие гейзеры, собираясь в нечто бесформенное…

Я и вовсе вжалась в кресло.

Кот шипел, распушив хвост.

Из лужи высунулась рука. Чёрная, растекающаяся. Она ударила по металлическому полу платформы ладонью и распалась. Но через мгновение появились еще две такие. Они, подтягиваясь, тянули лужу опять к трапу.

— Если эта херня сейчас постучит в наш внешний люк, я оставлю лужу прямо здесь, под собой, — выдал Карлос.

Я моргнула и поджала ноги сильнее.

А там, на мониторе, это нечто передвигалось. Из лужи словно приподнялось тело, обозначилась чёрная голова, но тут же растеклась.

Снова послышался шум. Я отчётливо слышала слова…

«Впустишь… — шипел голос из динамиков, — Впустишь… Марински…»

Выпучив глаза, схватилась за подлокотники. Мне ведь не могло это показаться?

Облизав вмиг пересохшие губы, оглянулась и поймала на себе весьма недобрый взгляд Карлоса. Значит, все я верно расслышала.

— Это что за программа была? — уточнил Хайян, таращась в монитор, не мигая. — Эль?

— Я понятия не имею, что запустила, — честно призналась. — Это не я… Это оно, — указала на висок.

— А это самое «оно» не может быть частью вот этого? — док ткнул в монитор.

— Вряд ли, — спокойно ответил за меня Крас. Почесав лысину, он хлопнул себя по карману. — Рам, у тебя сигареты не осталось? Лет пять не курил, но что-то резко захотелось. Кто-нибудь вообще видел хоть раз иную форму жизни?

— Да. Вот сейчас смотрю, — выдал Карлос. — А оно откуда с нашей Эль знакомо? Что за межвидовые внеземные контакты?

— Я это впервые вижу, — выдала я и смутилась.

«Впустишь… впустишь… Марински…»

— А вот оно, кажется, нашу Эль на свиданку зовёт, — все не унимался Карлос.

— Сигарету не дам, я за здоровый образ жизни. И зовёт оно не Эль… А её отца… Дэма Марински, — Зейн с интересом изучал программу, которую я запустила. На его лбу появилась глубокая складка.

И наверное, я впервые ощутила ту самую разницу в возрасте, которая между нами была. Да, он давно не мальчик.

Он умный, сильный и жесткий мужчина.

— Это явно авторская разработка. Крас, есть мысли?

Оторвавшись от панели управления, он снова взглянул на экран. А там… Эта дрянь явно пыталась воссоздать тело… Человеческое.

Из лужи тянулись черные руки с оформленной ладонью. Выгибалась спина. Жижа вскипала там, где должна была быть голова.

— «Впустишь… Марински» — шипело из воздуховодов.

— Папа был гениален в своей сфере, — зачем-то пробормотала я. — Возможно, он пытался установить с этим контакт.

— Хреново он как-то приятелей выбирал, — подначивал меня Карлос.

— Заткнись, или я попрошу Зейна выкинуть тебя к нему в качестве переговорщика. Хочешь?

— Не-а… Я в туалет очень хочу, но сдвинуться с места