Бумажная империя 7. Финал - Сергей Жуков

Я потёр запястья, чувствуя, как дар возвращается потоком, и коротко кивнул – первый шаг сделан, теперь осталось самое сложное.

***

Следователь, стоящий у двери нового задержанного зевнул и посмотрел на часы. До конца смены оставалось сорок минут, задержанный не шумел уже несколько часов, и дежурство обещало закончиться без происшествий.

Изнутри камеры раздался глухой удар, а за ним – стук. Торопливый, настойчивый.

Следователь нахмурился и приоткрыл смотровое окошко и его глаза расширились: Уваров лежал на полу лицом вниз, вокруг его головы расплывалось тёмное пятно крови.

Следователь выругался, рванул засов и влетел в камеру.

***

Едва дверь распахнулась как я атаковал. Воздушный поток сократил расстояние между нами до нуля за долю секунды – следователь даже не успел понять, что задержанный уже не лежит на полу, а стоит прямо перед ним. В моей руке блеснул холод металла – это была выломанная часть ножки от кровати. Я вспорол ворот его чёрной водолазки вместе с рунической жилеткой, и с силой сдёрнул её с плеч. Защита слетела и следователь остался без рунического щита.

Не мешкая ни секунды, я подсёк ему ноги и он рухнул на спину. Его глаза метнулись вверх и он увидел то, ради чего я потратил последние двадцать минут: на потолке камеры, прямо над тем местом, куда неизбежно падает взгляд лежащего на спине человека, кровью из порезанной руки был написан короткий приказ.

Я выдохнул. Сработало: повредить наручники, дождаться нужного момента, выманить охранника, сорвать защиту, уложить на спину и заставить прочитать приказ на потолке.

Но следователь моргнул, встал и посмотрел на меня абсолютно осмысленным взглядом.

Приказ не сработал.

— Твою мать, — прошипел я.

Этого не может быть, я сорвал руническую защиту… Но думать что пошло не так было некогда. Я нырнул ему за спину и сомкнул руки на его шее в удушающем треугольнике. Следователь схватился за мои предплечья, пытаясь освободиться и прохрипел:

— Стой... подожди... я на твоей стороне...

Я чуть ослабил хватку, но не отпустил:

— Говори.

— Есть люди, которые поддерживают тебя и хотят помочь выбраться, — он хрипел, но говорил быстро и внятно. — Меня специально поставили дежурить у твоей камеры.

Я посмотрел на его лицо, повёрнутое ко мне в профиль, и вдруг узнал его. Чуть располневший, другая стрижка, но тот же нос и та же родинка над бровью. Один из следователей, которые праздновали с нами в караоке, когда я получил баронский титул.

Я разжал руки и отступил на шаг:

— Извини.

— Да ничего, — он сел и потёр шею, кашляя. — Вообще-то я планировал помочь тебе более цивилизованным способом, но ты, как обычно, решил всё сделать сам.

Он посмотрел на сломанные наручники, валяющиеся на койке, потом на кровавую надпись на потолке, а затем на свою порванную водолазку и покачал головой:

— Как ты вообще снял наручники?

— Секрет фирмы, — ответил я. — Мне нужно выбираться отсюда, и быстро.

— Знаю, через двадцать минут смена и обход территории, — он поднялся и поправил остатки формы. — Пойдём, я знаю другой выход.

Мы двинулись по коридору. Следователь шёл впереди, уверенно сворачивая в нужных местах, а я держался чуть позади, готовый в любой момент ударить и бежать. Доверять ему полностью я не мог, несмотря на караоке и общие воспоминания.

— Да уж, — тихо сказал я, пока мы шли по пустому переходу между корпусами, — когда мы с тобой пели “Шального императора”, я не думал что наша следующая встреча будет при таких обстоятельствах.

Следователь неловко улыбнулся и кивнул:

— Да, обожаю эту песню.

Я чуть нахмурился и хмыкнул. Отметил это про себя и убрал мысль в дальний угол – она мне ещё пригодится.

Он вывел меня к неприметной двери в подвальном этаже, за которой оказался узкий технический коридор, ведущий к канализационному коллектору. Через десять минут я вылез из люка на пустыре в двух кварталах от изолятора, вдохнул ночной воздух и быстрым шагом двинулся прочь.

***

Поместье Чёрного Пса

— Ну что тут у вас новенького? — спросил я, переступив порог.

Пёс сидел на диване и смотрел новости. При виде меня он не удивился, не обрадовался и не вскочил с места. Просто посмотрел тем самым взглядом, который говорил: я знал что ты вернёшься, вопрос был только когда.

— С чего начать? — спросил он.

— Давай с чего-нибудь хорошего, — сказал я, плюхаясь на диван рядом.

— Хорошего? — хмуро посмотрел он на меня. — А такого и нету.

В подтверждение своих слов он взял пульт и прибавил громкость на телевизоре.

На экране шло ток-шоу. Двое приглашённых “экспертов” стояли по разные стороны трибуны и орали друг на друга с таким жаром, что ведущий между ними выглядел как судья на боксёрском ринге.

— Это отвратительно! — надрывался первый, лысый мужчина в дорогом костюме и с галстуком, который он периодически теребил для пущей убедительности. — Действовать так грязно и подло, рушить отношения с великой державой! Англичане – благороднейшая нация, с которой нужно дружить и брать пример, а этот Уваров одним своим существованием уничтожает всё, что было выстроено годами дипломатии! И это не домыслы, есть неопровержимые факты его причастности к разжиганию конфликта! Я готов съесть свой галстук, если это окажется неправдой и Уваров будет признан невиновным!

— Да причём тут англичане?! — второй эксперт, краснолицый здоровяк, стащил с ноги ботинок и с грохотом ударил им по трибуне. — Англичане – гады и предатели, самые мерзкие люди на планете! А Уваров – негодяй, потому что лишил нашу великую страну возможности наказать этих чопорных негодяев самим! Да таких как он, кто считает что вправе лишать империю столь славной возможности показать свою силу, нужно лишать не только аристократического титула, но и гражданства!

— Вы несёте чушь! — взвизгнул лысый.

— Это вы несёте чушь! — проревел краснолицый и ударил ботинком ещё раз.