Магазин волшебных питомцев - 1 - Сергей Шиленко

— А-а-а-а! — взвыла одна из девушек и захлопала в ладоши.

— Шипы-колючки! — заголосил Архимед. — Кактус-лёд! Караул!

Ледяная крошка летела в лицо. Очки спасли глаза.

Кирилл наступал.

Шёл неспешно, как танк. И с каждым шагом арена промерзала глубже. Шипы росли вокруг него стихийно, как кристаллы на стенках морозилки. Это была не точечная атака, а аура. Поле холода. Территория, на которой Шувалов был абсолютным хозяином.

Нельзя медлить. Поле расширяется. Ещё тридцать секунд, и отступать будет некуда.

Я сунул руку в Инвентарь и вытащил вторую самоделку. Дымовая шашка — ПВХ-труба, набитая самодельной смесью. Фитиль дымился — точно так же, как у первой, он был подожжён заранее и законсервирован остановленным временем Инвентаря.

Замах! Бросок! Шашка полетела под ноги Кириллу.

Три секунды, и мир утонул.

Густой, жирный дым повалил из трубки, как из огнетушителя. Дым вонял так, что у меня даже сквозь респиратор защипало в носу. Едкая химическая гарь с кислой нотой росянки и удушливой горечью серы. Облако расползалось стремительно, пожирая видимость. За три секунды оно накрыло Кирилла, меня и половину арены.

Кашель. Яростный, надрывный, с хрипом.

— Крысиные фокусы! — заорал Кирилл сквозь дым. — Трусливый крысёныш! Выходи!

Рядом со мной из дыма вырвался шип. Пролетел чуть ли не возле уха! Кирилл бил вслепую. Шипы полетели градом! Я слышал их кристальный звон и уходил с линии. Вот, опять летит! Мимо! Прошёл в полуметре справа, я почувствовал на щеке дуновение холода. Ещё один! Еле увернулся! Ушёл куда-то вверх, там хрупнуло и осыпалось.

А потом… шип выстрелил вбок. К зрителям.

Визг!

— Ложись! — рявкнул кто-то.

Кто-то с грохотом нырнул за контейнер. Звук бьющегося стекла — шип влетел в лобовое стекло одного из спорткаров. Топот ног — девушки сорвались с капота и побежали, стуча каблуками по бетону. Глухой удар — оператор уронил камеру.

Я про себя усмехнулся. Кирилл теряет контроль. Не от слабости, а от лютой ярости. Парень привык к дуэлям, где противник стоит напротив и честно пытается блокировать заклинания. Красивый размен ударами, зрители аплодируют, все снимают на камеру. А тут вонючий дым, садовый опрыскиватель и противник, который бегает, как таракан, вместо того чтобы принять смерть с достоинством.

Норд! Я едва не забыл про волка.

Зверь кружил где-то на границе облака. Я слышал его рык, от него дрожали рёбра. Волк не лез в дым. Зверю дышать в облаке едкой химии так же приятно, как человеку нырнуть головой в бочку с аммиаком.

— Норд! — рявкнул Кирилл сквозь кашель. — Ко мне! Ищи! Атакуй!

Голос хозяина перевесил инстинкт.

Тяжёлый топот лап по бетону. Стремительный, целеустремлённый. Зверь ворвался в дымовую завесу. Не знаю, как именно он меня вычислил. Может, силуэт мелькнул.

Удар пришёлся в грудь — как мешок с цементом.

Меня снесло с ног. Спина ударилась о бетон, а сверху навалилась гора дрожащего от ярости меха. Серебристая морда оказалась в полуметре от моего лица. Клыки оскалены, слюна капает на респиратор, глаза красные, бешеные.

Норд прижал меня передними лапами к бетону и зарычал.

Рука уже сунулась в Инвентарь.

Кисть провернулась, ладонь обхватила пластиковый цилиндр.

Двадцатикубовый ветеринарный шприц с толстой иглой.

Полсекунды. Секунда. Левой рукой я вцепился волку в шерсть на загривке.

Правой целил в наружную яремную вену. При дозе, рассчитанной на быка, подействует быстро. Игла вошла в сосуд, я вдавил поршень.

Щенячий визг.

Норд дёрнулся так, что меня протащило по бетону на полметра. Зверь отскочил, завертелся, клацая челюстями в воздухе в поисках источника боли. Шприц остался в моей руке — пустой, с окровавленной иглой.

Волк нырнул за дымовую стену и исчез. Удаляющийся топот, злобный рык, постепенно переходящий в растерянное поскуливание.

Дзынь! Ледяной волк нейтрализован!

Получено опыта: 80

Ветеринарный подход к решению боевых задач: нестандартно, эффективно, этически сомнительно. Зоозащитники в ярости, но все зверюшки живы.

Я перекатился на бок и встал. Бедро горело, грудь ныла от удара, респиратор залепило волчьей слюной, но я дышал, двигался и соображал.

Внутри дымовой завесы я оставался невидимкой. Пара секунд передышки.

Хватит обороняться.

Протянул правую руку. Инвентарь послушно отозвался, и пальцы обхватили рукоять ножа. Туристический, лезвие сто двадцать миллиметров. Во время подготовки к бою я нанёс на клинок тончайший слой вещества, от которого у меня до сих пор мурашки по спине.

Яд моего милого котёнка.

Одна капля, распределённая по стали. Лезвие чуть поблёскивает маслянистым отливом, похожим на нефтяную плёнку. Убивать Шувалова я не собираюсь, но хватит и царапины, чтобы вывести его из строя и отправить в больницу.

На левую руку натянул кастет. «Шершень» — трофей со Штопора. Перчатку пришлось снять. Свинцовые рёбра обхватили костяшки. Увесистая штука. Сила +3 и электрический разряд при ударе. Перезарядка полминуты, так что в текущих условиях можно считать его одноразовым.

Прислушался. Сквозь дым долетал кашель Кирилла. Правее, метрах в пяти. Я двинулся на звук.

Дым начинал редеть. Ветерок с северо-запада тянул облако в сторону автомобилей и зрителей, но центр арены ещё тонул в белой мути.

Силуэт появился, как фотография в проявителе. Сначала тёмное пятно. Потом контуры. Кирилл стоял, прищурившись, и водил головой, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь в белёсой каше. Глаза слезились. Кончики пальцев подрагивали. Ледяные шипы всё ещё прорастали вокруг него.

Я вышел из дыма у него за спиной.

Но под ногой хрупнула галька, так что он развернулся и увидел меня. Глаза сфокусировались. Лицо дёрнулось от злости.

— Сдохни, гадёныш! — прошипел он и поднял руки.

Морозная дымка на его пальцах уплотнилась.

Я не стал ждать, пока он сформирует заклинание.

Три быстрых шага. Выбросил левую руку вперёд, чтобы вмазать кастетом в челюсть. Вложился от бедра, всем корпусом. Символы над костяшками сверкнули.

Но Кирилл оказался быстрее, чем я рассчитывал. B-ранговые рефлексы — не шутка. Он качнулся назад, отводя голову, и кастет прошёл скользящим по скуле. Но всё же зацепил! Свинец чиркнул по кости. Электрический разряд. Короткая голубая искра, треск статического разряда.

— Твою-у-у! — Кирилла дёрнуло. Мышцы лица перекосились, глаз вытаращился, нога подломилась, но всего на долю секунды. Улучшенный организм поглотил урон. Кирилл устоял. На скуле расплывался багровый след кастета, глаз подёргивался от остаточного разряда, но он не рухнул.

— Ах ты падла… — прохрипел Шувалов и вскинул правую руку.

В воздухе передо мной с хрустальным звоном сформировался ледяной щит. Округлая линза, сантиметров пятнадцать толщиной. Кристально-прозрачная, с голубым внутренним свечением. Я увидел собственное