Несгибаемый граф 5 - Александр Яманов

* * *

Вторая часть разговора с главой разведки состоялась на следующий день. В этот раз мы выехали опробовать мелкокалиберные пушки. Этот сегмент я тоже решил не упускать. Почему бы не начать их отливать на Урале? Они могут понадобиться для освоения Сибири и возвращения земель, отторгнутых маньчжурами. А на базе небольшого производства в будущем можно развернуть литьё более мощных орудий, как крепостных, так и морских. Здесь есть металл. Так зачем тащить столь тяжёлые грузы из Тулы? Ведь в моё время часть производств перенесли на восток, разгрузив несколько заводов, в первую очередь олонецкие и тульские.

Надо ещё добавить, что наши орудия располагаются на совершенно новой колёсной базе — более прочной и одновременно лёгкой. Пока речь об экспериментальных образцах. Ещё и цена у пушек кусается. Но средства позволяют проводить усовершенствование. А несколько привезённых образцов я оставлю себе. Всякое может быть. Вдруг кто-то из конкурентов или врагов решит устранить проблему. Нельзя сбрасывать со счетов европейцев. Поэтому пусть будет дополнительная защита.

Моё влияние на историю уже ощутимо. Даже в мировых масштабах. Взять ту же «Судоходную компанию» и «товарищество», ещё есть огромный торговый флот ван Ланшотов. Неизвестно, чего они там дополнительно напридумывали. Насколько я знаю, ушлые банкиры хорошо вложились в Данию и Швецию, начав опутывать тамошние финансовые системы. Пусть рынки этих стран мизерные по сравнению с Голландией, но это перспективное вложение.

Также банкиры задумались о создании более мощной торговой компании и начали привлекать на свою сторону сильных гамбургских купцов. Задача вполне логичная — собственные колонии в Африке. Если в моей реальности это смогли сделать датчане, то кто помешает более богатому городу?

Касательно пушек: фон Бер привёз трёхфунтовый и двухфунтовый варианты. То есть вес снаряда первых — полтора килограмма, а вторых — около девятисот пятидесяти грамм. Также важен общий вес орудия, который составляет двенадцать с половиной и одиннадцать пудов. Поверьте, для нынешнего времени это настоящий прорыв. Облегчить вес удалось благодаря более тонкой стенке ствола и уже упомянутой ходовой. Кстати, первое орудие способно бить даже картечью. А вот для второго мастера изготовили особую гранату. Была мысль начать внедрение шрапнели, но есть опасение, что пока командование будет телиться, европейцы украдут идею. Но работы над новыми видами снарядов давно ведутся. Когда новинки пройдут все испытания, их гораздо проще внедрять в массовое производство.

Над пехотными гранатами мы сейчас также усиленно работаем. Но я приказал бросить все силы на артиллерию, хочу получить аналог миномёта. Тем более что мелкокалиберные пушки к этому располагают. Ребята Горюшкова хорошо поработали и добились улучшения действия взрывателя. Пока больше половины гранат не разрывается.

Для стрельбищ выбрали новое поле, гораздо большего размера и расположенное дальше от городка. Что позволило нам с курляндцем обсудить детали устранения слишком настырного чиновника. Вообще-то, мне подобный ход не нравился. И были сомнения, развеянные Генрихом. Оказалось, надворный советник, будучи секретарём генерал-губернатора, не чурался брать мзду. Молодой, да ранний! Взяточников я не люблю, считая такой же угрозой безопасности страны, как и предателей. Поэтому решение устранить ищейку, было принято спокойно.

Касательно полигона Ермолай сегодня развернулся. Вернее, он начал готовиться ещё позавчера. На поле слева поставили огромные щиты, а справа разместили несколько больших шалашей из веток. Естественно, все мишени разместили на определённые расстояния. В нашем случае — сто пятьдесят, двести и триста метров.

— Готово, барин! Прикажешь начинать?

Дядька аж припрыгивал от нетерпения. Лицо бойца покраснело на морозце, но он даже скинул бекешу, оставшись в безрукавке, накинутой на свитер. Выглядел он забавно. Расчёты в отличие от Ермолая, пока верхнюю одежду не снимали. Мои бойцы одеты в шинели, которые Мальцовские мануфактуры начали производить два года назад. Понятно, что я думал об армейских поставках, где солдаты мёрзли в епанчах. Но генералы пока молчат. Зато новинка пришлась по нраву купцам, часто бывающим в дороге, и горожанам среднего класса, вроде мастеровых и лавочников. Образ был дополнен шапкой-ушанкой из овчины. Народ посолиднее использовал более дорогой мех.

Зато сейчас мои бойцы похожи на русских воинов примерно начала XX века. Командиры же носили уже упомянутые башлыки и больше напоминали казацких старшин. С учётом каракулевых папах, портупей и шашек — попадание стопроцентное. Один я, грешный, предпочитал соболиную шубу.

— Начинай, чего время терять! — отвечаю дядьке. — Только меня из пушки палить даже не проси. Мы с Генрихом Иогановичем в сторонке постоим.

Мы отошли к специальному столику, расположенному рядом с печкой. Ермолай привёз пять таких аппаратов. Нечего людям мёрзнуть, да и еду можно согреть.

— Ну, с богом! — воскликнул неугомонный стрелок, перекрестившись, и поднёс фитиль к замку.

Бах! Рявкнуло орудие. Весьма громко, надо заметить. Когда порох рассеялся, перед нами предстала забавная картина, где злой дядька распекал понурившийся расчёт. Судя по всему, парни начудили с зарядом, поэтому ядро ушло в молоко, даже не задев ближний щит.

— Как вы думаете, для чего я дублирую наши европейские представительства? — спрашиваю фон Бера, намекая на двойные шпионские сети, начавшие действовать на Западе.

Курляндец был удивлён, когда узнал об этом, посчитав признаками недоверия. Тогда я особых подробностей не рассказывал. Это ему ещё неизвестно про людей, начавших работать на Карибах. Однако небольшой клин между нашими отношениями был вбит.

— Наверное, чтобы разделить обычную разведку с промышленно-финансовой. Ваши люди больше интересуются техническими новинками, которые активно покупают или похищают. То же самое касается банков: зная их намерения, вам легче проводить операции на бирже.

— Близко, но неверно, — отвечаю курляндцу и вздрагиваю от нового выстрела.

Смотрю на мишень и с удовольствием отмечаю попадание. Ермолай вообще исполнил какой-то дикарский танец.

— Давай гранатой! — приказал неугомонный фанат огня. — Сначала бьём трёхфунтовой, а затем двухфунтовой.

— Как вы оцениваете состояние русской разведки?

— Оно отвратительное, ваше сиятельство! — воскликнул обычно спокойный собеседник. — Есть толковые люди среди дипломатов и военных, но их мало. Централизованная работа практически не ведётся. Если брать контрразведку, то её нет. Мы вчера обсуждали, что экспедиция совершенно не соответствует современным вызовам. Появись в России настоящая тайная организация, вроде мифических «пугачёвцев», пусть и менее грамотная, то ведомство Шешковского окажется бессильно. Боевики могут спокойно добраться даже до императрицы, хотя Её Величество сейчас уделяет много внимания своей безопасности. Хотя Екатерине больше угрожает какой-нибудь заговор. Зато прямо сейчас десяток стрелков может спокойно выбить важнейших вельмож.

Угу. Такая ситуация сохранилась до восстания декабристов, после чего Николай I создал Третье отделение Собственной Его