Иной - Алексей Александрович Стопичев

Я не стал говорить всей правды магу — она ему не нужна. Тем более, я и раньше не доверял Мирддину, а уж теперь и подавно. Он, правда, был силён в заклинаниях, но вот в интригах — не очень. Потому поверил и заговорил, выпятив нижнюю челюсть:

— Я всё делаю ради науки и ради процветания!

— Договорился с Прядью? — спросил я его, и маг кивнул неохотно. И проговорил быстро, с нажимом, стараясь убедить то ли нас, то ли себя:

— С ними можно говорить и договариваться! Они ни разу не обманули! И можно было бы зафиксировать границы, если бы вы не сражались с ними, а сели за стол переговоров!

— Договариваться? — я удивлённо поднял брови: — С Прядью? Эрлин, да ты совсем спятил? Или забыл, как они появились в нашем мире? Ты вспомни, сколько раз с ними договаривались. И что? Они всегда нарушали все соглашения. Делали это подло. И заливали всё вокруг кровью. Ты совсем выжил из ума?

— Там всё не так однозначно было, — замотал головой маг, — На них свалили всю вину, но не они нарушали перемирие! Ты же не можешь поручиться, что с нашей стороны все хорошие и честные?

— Я могу поручиться, что наши не едят человечину, — максимально холодно сказал я, и, закипая, продолжил: — И я был там. Каждый раз. И знаю, кто нарушал эти перемирия — накопив силы и ударяя вновь, захватывая новые территории и уничтожая всех разумных. Изменяя реальность. Так что прекращай софистику, Эрлин. Ты знаешь, что врёшь. И я знаю, что ты врёшь. Так с кем ты договорился?

Мирддин отвёл глаза и промолвил глухо:

— С Ронове…

— Ого, — присвистнул Баблер, — Ронове снизошёл до встречи с тобой?

— Что значит снизошёл? — вскипел Эрлин, — Кто ещё к кому снизошёл! Они топтались на месте, а мне было что предложить! Да если бы не я!

Маг замолчал, с силой захлопнув рот, но я кивнул поощряюще:

— Продолжай, Эрли, мы поняли уже, кто координировал тварей Пряди последние несколько веков.

— Не координировал, а лишь советовал, — Мирддин всё так же смотрел в сторону: — Не всегда моим советам следовали. Иначе давно бы всё завершилось.

— Да-да, — весело согласился Баблер и захохотал: — Вспомнил вдруг анекдот старый, как муравей, сидящий на слоне орал: да мы со слоном!..

Я растянул губы в улыбке, оценив юмор приятеля, и спросил спокойно Эрлина:

— Ты уже умирал?

Тот, наконец, посмотрел на меня и признался нехотя:

— Однажды. Через чёрное пятно, как и вы. И мне это не понравилось! Такой боли я не хочу испытывать больше никогда. Это было… Очень жутко! Я думал, что каждая моя клеточка болит. Каждый нерв. Если вы переживаете каждый раз то же самое…

— Я тебя разочарую, Мирддин, — скучно произнёс я, и добавил то, что некоторые в этом мире и так знали: — Но мы никак не связаны с Прядью. И возродились задолго до её появления. Хотя, боль испытываем, да.

— Но… — изумлённо выдохнул Мирддин, — Старый Аэд говорил…

— Он ошибался, — я бесстрастно пожал плечами, — Как и многие другие. А мы их не разочаровывали.

— Тогда… Откуда ваши силы? — старый маг выглядел потрясённым.

— Кем тебе приходится Мунакра? — вопросом на вопрос ответил я.

— Мунакра — мой сын, — глухо проговорил Эрлин, — И он оказался не менее гениален, чем я. Именно он придумал, как призвать Прядь. Он сумел соорудить артефакт. И силы его поистине безграничны.

В словах Мирддина послышались нотки гордости, чему я даже удивился. Никогда не думал, что помешанный на науке маг может испытывать хоть какие-то чувства к чему-либо, кроме волшбы.

— Он тоже возрождался в Пряди? — продолжил я опрашивать мага.

— Д-да, — ответил маг. И спросил вновь: — А откуда ваши силы?

— Тебе это знать ни к чему, Эрлин, — я покачал головой, — Теперь единственное, что тебя должно интересовать — как тебе спасти свою жизнь.

Я чуть помолчал и добавил:

— И освободи горожан! Их и так погибло слишком много.

— Поздно, — оскалился Мирддин, — Они уже все возле ратуши и сейчас вас порвут!

Маг захохотал злобно и торжествующе, но захрипел вдруг, забулькал, потому как Баблер, молниеносно переместившись, рассёк магу горло от уха до уха. Даже перед своей второй смертью Мирддин так и не понял, что главное не оружие, а руки, его направляющие. Эрлин тускнеющими глазами с удивлением смотрел на Баблера. Да так и умер. Бестолково, с выпученными глазами и пузырящейся на губах кровью…

Часть 3

Глава 1

Подготовка к казни

На площади Долорэмка в этот ранний час собралась почти половина города. Торговцы и поставщики, ремесленники и подмастерья, стражники и чиновники, дворники и прочий люд. Даже женщины и дети пришли на площадь, несмотря на раннее утро. Собрались, несмотря на мелкий, противный и холодный дождик, накрапывающий с вечера. Впрочем, дождём в Долорэмке никого было не удивить. Городок располагался у самых гор: огромной, уходящей к небу гряды. И дожди здесь, в отличие от других частей континента, шли чуть ли не половину дней в году. Летом — тёплые, обильные, пропитывающие землю живительной влагой. Зимой — мелкие, противные, холодные. Осенью и весной — по-разному, но тоже часто. Один из местных умников, изучающий магию, баял, что дожди здесь часто оттого, что тучи упираются в горную гряду и не могут уйти дальше, на восток. Потому и проливаются на Долорэмк. Кто-то умнику верил, кто-то скептически хмыкал. Но в королевстве даже шутка была, что жители Долорэмка давно обзавелись жабрами, и по ночам, когда запираются в своих домах, то не говорят по-людски, а просто квакают. Сами долорэмкцы на шутки не реагировали. И пользовались особенностью своего климата вовсю. Выращивали рис и другие культуры, требующие большой влаги. И мастерски делали плащи и сапоги, которые пользовались популярностью на всём континенте.

Правда, сегодняшним утром вовсе не хозяйственные дела собрали на площади горожан. Три дня назад прямо посреди эспланады — так называли здесь площадь — работники ратуши, деловито стуча молотками и топорами, возвели помост и виселицу. А глашатай барона Каста объявил, что третьего дня нового месяца будет повешена,