Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

Так что можно было предположить, что в вопросе нахождения некой девушки на борту погибшей машины нас не обманули. К сожалению, прихватил ли монстр её с собой или, как гурман, сожрал единственную барышню среди Бажаевых прямо на месте, было уже неважно. С момента трагедии прошло уже несколько дней, оставалось только посочувствовать, а переживать за незнакомую бедняжку было уже поздно! Да к тому же просто глупо. Ведь с таким же успехом можно было бы сесть вот прямо здесь, на этом самом месте, и начать страдать о всех тех сотнях, а может быть, и тысячах бедолаг, которых вот прямо сейчас, рвут, терзают и пожирают чудовища во всём нашем далеко не спокойном мире.

Другое дело, что о непонятном змее всё равно следовало позаботиться. Так что задача наша резко усложнялась. Следовало как минимум разведать, что это за чудище, и понять, стоит ли нам о нём беспокоиться или это нападение было случайным. А там уже предстояло подумать, убивать его или мы сможем проскочить…

В последнее тётка Марфа не верила, и я, признаться, тоже. Когда ещё вездеезд починится, а он у нас ненамного крупнее того, в котором ехали казанцы. Что, если непонятный монстрила устроит к тому времени ещё одну засаду? Повторять судьбу казанян никому не хотелось, и уж тем более опытные чародеи не считали их слабее или тупее себя.

Всё случившееся наглядно подтверждало некую нелюбовь одарённых к путешествиям в вездеездах. Ведь за подобную относительно безопасную поездку приходилось расплачиваться мобильностью и тем, что именно тебе закрыт выход на оперативный простор, в то время как ты, по сути, жертва, запертая в консервной банке, уничтожить которую можно одним ударом.

То же самое вполне могло бы произойти, встреться Бажановым вражеские чародеи. Кстати, по поводу последних, этот вариант тоже был рассмотрен и проверен. Однако человеческих следов, кроме наших, и тех, что оставил спасшийся казанянин, так и не нашли. Имелось, конечно, предположение, что после успешной атаки грунт подвергся воздействию каких-то неизвестных, но сложных терра-маскировочных чар из стихии земли. А подобное массированное воздействие просто обязано было фонить до сих пор… но Николас, выполняющий роль разведчика и сенсора в нашей руке, категорично заявил, что природный фон живицы в ложбине средний. То есть вполне нормальный для самой опушки дикого темнолесья.

Именно туда по следу змея мы, собственно, и отправились. Двигаться приказано было быстро, не задерживать группу, но и не усердствовать со сверхскоростью. В бои с монстрами не вступать без крайней необходимости, ну и внимательно смотреть по сторонам, потому как даже очень опытные и умелые чародеи в незнакомом тёмнолесье вполне могут пропустить какую-нибудь неочевидную на первый взгляд угрозу.

Например, притаившуюся среди корней в опавшей листве мёртвую лесавку, гуманоидного уродца, чем-то похожего на обычного ёжика, размером поменьше лилипа, рождённого из женских трупов, оплодотворённых верлиокой. Всё дело в том, что это ещё не настоящие монстры. Лесавка, по сути, даже не личинка, а живой контейнер с чрезвычайно опасной для живых созданий паразитической икрой. Из которой внутри поражённого человека развиваются мужские монстры, называемые волотами, а в крупных животных вроде волков и медведей – четвероногие женские особи, именуемые виладами.

Когда икра в лесавке в достаточной мере созревает, её язычок костенеет, превращаясь в своеобразный шип-яйцеклад. С этого момента ранее подвижное и любознательное существо становится апатичным, а после находит укромное местечко, окапывается в нём и по всем признакам умирает. Трупик начинает разлагаться, поддерживая тем самым жизнь питающихся им икринок, однако очень долго сохраняет одну-единственную функцию. При приближении подходящего носителя выпрыгнуть из своего укрытия и как можно глубже впиться в его тело языком, мгновенно выпрыснув всю содержащуюся внутри икру. И слава древу, приживается всего лишь одна единственная икринка, иначе человечество уже давно бы было давно уже уничтожено ордами очень даже разумных человекообразных гигантов волотов, и их огромных звероподобных самок вилад.

В общем, сказали – следить! Я и следил. Тем более что «Темнолесье» – вовсе не то место, где хочется расслабиться и получать удовольствие от прогулки. Это даже не трущоба с буреломами, где опытный чародей себе ногу сломит и в болоте утопнет!

Темнолесье – это область в лесных массивах в Зелёной Зоны, которую можно назвать «заражённой» стихиями настолько, что энергия из разных планов начинает бесконтрольно проникать в это место, меняя саму реальность! Не так страшно, как Запретная Зона вокруг Полисов, но всё равно это настоящий дом для чудовищ различных мастей, где обычному человеку делать просто нечего. Охотники сюда даже не заглядывают, их вотчина – «Свелолесье», места, поближе к посадам, которые могут порой быть не менее опасны. Но даже в самые голодные годы никто не покушался на дичь их темнолесья, прекрасно зная, что может принести с собой не только отличный улов, но и непонятные болезни. А то и вовсе привести таких чудовищ, с которыми поселение просто не справится.

Другое дело мы, чародеи. То, что монстры становятся агрессивными, стоит им почувствовать нашу живицу, не делало нас, в отличие от обычных людей, беззащитными перед ними. Живица, сила, знания и умения позволяли одарённым выжить и не в таких местах… Но лично я был в темнолесье впервые, и это оказался не самый приятный опыт в моей жизни.

На сознание давило практически всё. И вечный сумрак, хотя только что был светлый день. И глухая тишина, вдруг нарушающаяся рыком, воплем, визгом и стонами, а то и вовсе навязчивым шёпотом, в котором трудно что-то разобрать, но, если постараться, можно вычленить отдельные слова. Даже появившийся через какое-то время будто струящийся по земле туман был словно кисель, взбиваемый ногами. Раздражающий и словно мешающий двигаться дальше.

Не раз и не два бойцы, осуществляющие сопровождение, вдруг срывались куда-то в сторону и там внезапно закипал жаркий бой. Среди стволов деревьев приглушённое извечным белёсым маревом этого места вспыхивало Зелёное пламя, и команда на это время замирала, занимая круговую оборону со мной в центре, а затем движение продолжалось.

Только один раз я видел местного монстра. Под самую ночь, в пещере, которую скорее следовало бы назвать гротом, куда, отойдя от следа змеи, разведчик привёл нашу команду на ночлег. Так вот там обитало нечто, что тётка Марфа обозвала кукэртэкузлар.

Правда, лично я назвал бы это «Почти голой женщиной со свёрнутой шеей и выдающимися буферами». Ровно до тех пор пока это нечто не открыло огромные жуткие глаза,