Фантастика 2026-83 - Алекса Франс

— Евлампия Романовна, у меня есть деловое предложение для вас. Выгодное и прибыльное.

— Предложение? Какое еще предложение, девка? Что ты городишь? — непонимающе заявила барыня, в этот момент сунула своей собачонке кусок печенья в пасть. — Говори толком.

— Да, хорошо, — кивнула я. — У нас есть яйца, и уже в избытке. Точнее, ваши курицы несутся почти по пятьдесят яиц в день, и с каждым днём всё больше. Ещё и новых птиц мы с Иваном Ивановичем для разведения прикупили.

— Всё так, — закивала барыня довольно. — За то я благодарна тебе, Глафира. Ты молодец.

— Но столько яиц нам в усадьбе не надо. Поэтому я предлагаю продавать их излишки и получать с этого прибыль.

— Куда продавать? — удивилась Евлампия Романовна. — Кому нужны эти яйца? У всех деревенских свои куры, а соседи — помещики свои птичники неплохие имеют.

— Всё верно вы говорите, барыня.

— Ну не дура же я, Глафира, — заявила барыня недовольно, но как-то беззлобно. — Кому нужны твои яйца, когда они на соседней ярмарке две копейки за дюжину? Иногда их и даром раздают, чтобы домой не везти и не побить.

Глава 43

Недовольно взглянув на меня, старая барыня снова засунула кусок печеньки в пасть своей собачонке, что лежала у неё на руках. Но я не собиралась так быстро сдаваться и продолжала:

— Всё знаю о том, Евлампия Романовна, и вы правы. Но есть места, где яйца продают по две копейки за штуку.

— Неужто? И где ж?

— В столицах. В Москве и Санкт-Петербурге, барыня. Если их там продавать, наши яйца, мы сможем получить неплохую прибыль.

— Ты что, ополоумела, Глафира? Как ты в Москву яйца доставишь? Их на телеге почти месяц везти, и то все побьются по дороге.

— На торговом судне. Водный путь по Волге и другим по рекам до Москвы чуть больше недели. И если яйца верно упаковать в солому и опилки, не побьётся ничего. Всё в сохранности приедет. Тем более корабль не трясёт так, как телегу по ухабам.

— Это да, по воде быстрее, согласна, — закивала старушка. — Но кто ж наши яйца брать будет в Москве? У них в пригороде свои деревни с курями и яйцами имеются, все ближе, чем мы. В тыщи верст от Москвы.

— У нас будут брать, Евлампия Романовна! В том-то и дело. Поставщики яиц в столицах дорого дерут за свой товар. Почти рубль за пятьдесят яиц, а торговцы еще столько же накидывают. В итоге жители покупают яйца по два рубля за сорок штук на рынках. А если мы продавать будем напрямую, и меньше рубля за полсотни яичек, торговые дома у нас будут брать яйца.

— Погоди, Глафира, — остановила меня жестом барыня. — Ты это чего, собралась в купчихи податься, что ли?

— Если получится и если вы все одобрите, барыня.

— Но как-то не бабье это дело.

— Неужели же нет других женщин, кто занимается торговлей? Наверняка и вы знаете таких, Евлампия Романовна. Тем более я же для вас стараюсь. Если у меня всё получится, то и вам прибыль будет. Неужели не хотите этого?

— Кто ж не хочет-то. Деньги лишними никогда не бывают.

Я довольно закивала, даже не сомневалась в том, что барыня поймёт меня. Она уже даже смотрела на меня как-то по-другому, как-то пораженно и словно видела в первый раз. И для убедительности я привела ещё один довод:

— А ещё я знаю, что в столицу возят некачественный товар, несвежие яйца. А у нас прямо из-под куриц, не более двух недель яичкам будет. Торговые дома в столице только довольны нашим качеством останутся.

— Ну ты и выдумала, Глафира. Неужто сама до всего додумалась?

— Сама, барыня, — ответила я твердо, видя, что барыня уже почти согласилась. Продолжала дальше гнуть свое: — Я уже и с купцом Немировым договорилась. Он согласен предоставить нам судно для перевозки яиц. Тридцать процентов ему обещала я. Он согласился.

— Ну ты и быстра, Глафира. И когда это ты успела?

— Успела, барыня. Только от вас мне нужна доверенность на торговлю и заключение сделок. Я же крепостная, сама не имею права договоры подписывать.

— Это всё хорошо ты придумала, но кто в столицу поедет, да переговоры с этими торговыми домами вести будет? Иван Иванович мне здесь нужен.

— Так и есть, барыня. Недосуг мне ехать куда-то. Да и не силён я в торговом деле, — подал голос управляющий.

— Я сама поеду, с первой поставкой яиц, и буду договариваться в Москве с торговцами.

— Ты Глафира, сама? — подозрительно спросила Евлампия Романовна.

Она, похоже думала, что я не смогу этого. Видимо, оттого, что я женщина, и еще оттого, что я была Глафира. Но прежней Глафиры уже не было, а у меня Полины прямо все горело внутри, как я хотела добиться того, что наметила.

— Да. Я смогу, Евлампия Романовна, не сомневайтесь во мне. Только мне еще торговое свидетельство надо купить, чтобы могла яйца продавать. Оно почти пять рублей стоит. На него я и хотела денег у вас попросить, в счет будущей прибыли.

Старушка долго молчала, сверлила меня взглядом и похоже серьезно обдумывала мои слова, даже свою собачонку согнала с колен.

— И что, Глафира, разумеешь, точно дело это будет прибыльным?

— Барыня, здесь все расчеты. Если мы еще купим курей и птичник новый постоим, быстрее новых кур выведем, то сможем до тысячи яиц в Москву возить в неделю. Вот, почитайте мои расчеты.

Евлампия Романовна взяла от меня исписанные листы и начала изучать их.

— И правда, выгодно. Только если у тебя все выйдет, Глафира. А если яйца не довезешь в целости до Москвы, и торговые дома у тебя их не возьмут?

— Возьмут, Евлампия Романовна. Не беспокойтесь. Ведь купца Немирова я убедила, да и вас уже почти. Так что и других сумею уговорить. Так вы даете свое согласие?

— Хорошо, даю.

— Тогда у меня будет просьба, точнее, условие. Вся прибыль ваша будет. А вот мне...

— Ну, жалование тебе, подниму, Глафира, скажем раза в два?