Ночь Жатвы - Елена Новак

слезы. Да-да, он прав. Сейчас я была самым одиноким и несчастным существом на планете, скучала по убитым родственникам и своей прошлой жизни. Только сможет ли это понять вампир?

После завтрака граф отправился в город по делам, а я осталась абсолютно одна: бродила по бесконечным коридорам и изучала картины.

И тут я услышала полустон-полукрик. Он доносился откуда-то снизу. Идти на звук или нет? Может, позвать Марту? Граф велел обращаться к слугам, если что-то понадобится.

Все же любопытство победило, и я начала спускаться по крутой лестнице.

17. Падший ангел

Сон оборвался внезапно.

Я кое-как разлепила глаза и вылезла из-под одеял. Похоже, мы с Майклом заснули прямо в медпункте, а медсестра не стала нас будить. Кстати, где он?

– Майкл? – Я с замиранием сердца огляделась.

Пусто, только белые стены, стол и шкафчик с колбами. Рядом со мной лежала записка на белом клочке бумаги: «Во сне ты дрожала от холода. Пришлось пожертвовать своим одеялом».

Какая непривычная забота от несносного Майкла! Я растерянно смотрела на записку, стараясь не вспоминать вчерашний день, но получалось плохо.

Что же я наделала и зачем?

Голова раскалывалась от непрошеных мыслей, да еще этот сон, где я видела Николаса Ридели, не давал покоя. Точнее, во сне был граф Арделиан, который выглядел точно так же, как ректор Ридели.

Рядом со мной появился воображаемый Эрни:

– Что ж, малявка Нина, пришло время сопоставить факты. – Эрни сидел на подоконнике, лучи солнца падали на его лицо. – Думаю, тот граф из твоего сна и есть ректор Ридели.

– Как такое возможно? – пробормотала я в ответ.

– Есть разные сумасшедшие теории про перерождения души. Реинкарнации. Почему бы и нет? Скажешь, что это безумно? Но ведь в Нортенвиле безумно все. – Эрни соскочил с окна и подошел ко мне.

– То есть я – реинкарнация той девушки из сна? А мистер Ридели раньше был графом Арделианом? Но при чем здесь Майкл? Почему, когда мы держались за руки, у нас были эти видения?

По щекам разлился жар, хотя температуры не было, я усилием воли запретила себе думать о том, что произошло на другом берегу озера.

Воображаемый Эрни пожал плечами:

– Думаю, у Майкла своя роль в событиях прошлого. Мы просто еще не знаем, какая. И вообще, Нина, послушай мой совет, – Эрни склонился над моей головой, – прекрати о нем думать. Просто забудь, иначе…

– Перестань! – Я кинула в воображаемого брата подушкой. – Ты просто плод моей больной фантазии. Исчезни!

Эрни растворился в лучах солнца, и я снова осталась одна. Только за окнами тихо стекала вода, начался дождь. Наверное, сейчас уже начались уроки, чувствовала я себя нормально, значит, пора идти.

Моя одежда уже давно высохла и висела на спинке стула.

Я натянула джинсы и свитер, вышла из медпункта и хмуро направилась в свою спальню.

В голове был полный сумбур. Хотелось есть, пить, но больше всего – увидеть его снова. Просто поговорить. Хотя это невозможно. Здесь, в академии, мы абсолютно чужие: у Майкла своя жизнь, у меня – своя.

Повторяя эти слова, как мантру, я вышла в коридор прямо к портрету падшего ангела в сутане.

Он смотрел все так же мрачно, словно пытался скрыться среди волн прибоя от бесконечного одиночества. Я остановилась, не в силах отвести взгляд, и тут раздался знакомый мелодичный голос:

– Правда, красиво?

Я вздрогнула и обернулась. Рядом с окном в лучах света стояла Арабелла Ридели.

Выглядела она просто потрясающе, впрочем, как и всегда: массивные украшения, красная блузка под форменным жакетом вместо белой рубашки, длинные светлые волосы струились непокорными волнами, на глазах – темные очки.

Поймав мой взгляд, она сняла очки и, сморщив носик, сказала:

– Не люблю слишком яркое солнце, это у нас с Николасом в крови.

Я кивнула и, увидев, как Арабелла приближается ко мне, сделала шаг назад.

Вся ее фигура излучала угрозу. Уверенная, непокорная, не привыкшая к отказам, она напоминала ожившую статую греческой богини. Наверное, Арабелла злится на меня.

Я вспомнила легкое движение ее руки и слово «Cadere», после чего моя лодка перевернулась.

Похоже, Арабелла колдовала с такой же легкостью, как и ее отец. Почему же я раньше об этом не подумала? Стало быть, она может в любой момент со мной расправиться, и бесполезно звать на помощь!

Увидев мой страх, Арабелла растянула губы в улыбке, я молча разглядывала идеальный контур красной помады на ее губах, от испуга слова застряли в горле.

– Не бойся, Нина. Я не причиню тебе вреда. – Она подняла ладони в примирительном жесте. – Просто увидела тебя и решила немного поговорить. Тебе тоже нравится эта картина? – Она поднялась на цыпочки и нежно провела рукой по краю холста с падшим ангелом. – Лично я нахожу ее очаровательной. Какие великолепные тона! Сколько боли в глазах монаха. Боли и тайн. Знаешь, когда я первый раз зашла в холл Нортенвиля, то влюбилась в падшего ангела. Это, наверное, звучит глупо, правда?

Я отчаянно замотала головой. Страх понемногу отпускал.

– Да, падший ангел – моя слабость. Я бы хотела увидеть его вживую, поговорить, как с тобой сейчас. Жаль, что это невозможно. Наверное, поэтому, увидев Майкла, я решила заполучить его во что бы то ни стало. И быстро исполнила задуманное. Знаешь ли, Ридели не привыкли к отказам.

Она тяжело вздохнула и взглянула на меня. В ее взгляде читалось нетерпение.

– Ну же, скажи что-нибудь, Нина! Почему ты молчишь? Ждешь извинений за то, что я сделала во время прогулки на каноэ? Напрасно, королевы не извиняются.

«Королева» – это слово идеально подходило Арабелле Ридели с ее царственной осанкой и манерами аристократки.

Я отвела взгляд:

– Мне тоже нравится эта картина, но я никогда не хотела заполучить падшего ангела. К тому же, судя по одежде, он служит церкви. Я иногда смотрю на него украдкой, и все.

Арабелла рассмеялась.

– Какая скромность, Нина! Неудивительно, что тебе удалось заинтересовать даже Николаса. И все же ты – темная лошадка. А впрочем, – она окинула меня быстрым взглядом, затем подошла вплотную, я даже почувствовала исходящий от нее запах цветов, – не хочешь ли работать на меня, Нина? Ридели богаты, ты не будешь ни в чем нуждаться. Скажем, моя личная помощница. Надо будет лишь иногда развлекать меня разговорами и помочь с выбором одежды для бала. Непыльная работенка, правда?

Арабелла улыбнулась и вмиг стала похожа на добродушную хозяйку, которая хорошо относится к своей прислуге.

Я еще раз на нее взглянула. Развлекать разговорами? Разве Арабелле нужна