Игры Валхаллы - Александр Владимирович Мазин

— Только что, — ответил Санек, тоже разглядывая самородок. Ничего не обычного, однако. Форма… бесформенная.

— Что в нем видишь? — спросил Мертвый Дед.

Санек пожал плечами:

— Золотой. Большой.

Мастер покачал головой:

— Ладно, с другой стороны зайдем. Что ты НЕ видишь?

— Игровой надписи? — немедленно предположил Санек.

Мертвый Дед вздохнул:

— Поколение ЕГЭ, — пробормотал он. — Какое счастье, что я вовремя ушел в Игру.

Он поднялся, вышел из кухни, а, вернувшись, положил на стол рядом с самородком Санька другой, поменьше.

— Сравнивай, — предложил он.

«Мой больше» Санек озвучивать не стал, пригляделся как следует.

И да, разница была. Тот, что — мастера, был не гладкий, а с мелкими включениями.

— У моего чище поверхность, — рискнул он сделать вывод.

— Ну хоть так, — кивнул мастер. — Чище. Потому что мой самородок — природный, а твой — нет. Гьялларбру. Слышал о нем?

Санек помотал головой.

— Недоработка, — сказал Мертвый Дед. Уточнил: — Не твоя. Наша. Ты ведь брал курс мифологии?

— Дважды, — подтвердил Санек. — Базовый и дополнительный.

— Гьялларбру — это мост через реку мертвых. Которая называется?..

«Гьёлль», — вспомнил Санек.

Точно, Гьёлль. И Гьёллеланд. Впору мысленно треснуть себя по лбу. Река, отделяющая мир мертвых от мира живых.

Но, черт, этот Гьёллеланд не выглядел миром мертвых. Ни с одной стороны, ни с другой. Хотя с той стороны и подвалили какие-то чудики-людоеды, но вполне живые, не зомбаки. Кровь из них текла, это точно.

— Вижу, вспомнил, кое-что.

— Вспомнил, — кивнул Санек. — Связи не вижу. Местные там есть, но вполне себе живые. Что с одной стороны, что с другой. И мы по этой реке плыли тоже без особых проблем.

— Потому что это та часть реки, которая течет по миру живых, — ответил Мертвый Дед. — Мертвые — выше по течению. Тебе пока хода нет. Но заранее скажу: место интересное. Особенно после того, как кое-кто решил Гьялларбру у другой фрак… У других отбить и расхреначил его к бабкиной матери. А это его кусок. Забирай! — Мастер подвинул к Саньку гладкий самородок. — Вещь полезная. Своего рода ключик. Подрастешь — разберешься.

— А может вам? — предложил Санек. — Вы ведь уже. Вдруг пригодится?

— Это твое, — отказался мастер. — Тебе его дали, не мне. Но спасибо.

— Дали? Кто?

— Тот, кто очень хочет, чтобы ты побыстрее подрос, — хмыкнул Мертвый Дед. — А кто — тебе виднее. Наверняка ведь не первый его «взнос» в твое развитие.

Вот тут следовало подумать. Насколько он, Санек, может доверять мастеру Скауру?

Оба потока сознания Санька заработали в полную мощность, прокачивая воспоминания. Анализируя действия, их последствия…

Результат в целом позитивный. Да, Мертвый Дед, им нередко манипулировал. Но в целом был честен. И результат их общения всегда, без каких-либо исключений был Саньку либо полезен, либо очень полезен. Да, была вероятность, что все это тоже часть какой-то хитрой политики. Но так или иначе во всех переделках мастер Скаур, да и остальные мастера Закрытой Территории «Мидгард» всегда были на стороне Санька. Даже в таких рискованных ситуациях, как тогда с Берсерком. Рискованных для них самих. Вывод: Санька здесь считали своим. И защищали как своего. И кому тогда доверять, если не тем, кто защищал твою жизнь, рискуя собственной?

Решено.

— Так и есть, — подтвердил Санек, поднимаясь. — Не первый это подарок. Сейчас принесу.

Он вышел в коридор, где оставил мешок с защитой, когда разувался.

Развязав шнурок, достал «Глаз Локи». Доверять так доверять.

Санек вернулся на кухню и положил сверкающий шлем на скатерть.

— Вот, — сказал он. — Подарок. Что скажете, мастер?

Глава 17

Глава семнадцатая

Закрытая Территория «Мидгард»

Убивать, чтобы жить

— А что ты хочешь от меня услышать? — проворчал Мертвый Дед. — Я сам тебе его передал. Красивый горшок на голову. Очень крепкий. Выглядит богато, добавляет харизмы и провоцирует жадность. Как раз для таких хвастунов, как Берсерк. Даже удивительно, что он решил с ним расстаться. Но двигает тебя точно не Берсерк. Этот сам себя двинуть не может.

— Мастер, это не просто красивый горшок, — возразил Санек. — Он еще кое-что может.

И надел шлем на голову.

Мир ненадолго подернулся рябью, но тут же обрел четкость.

И снова потерял ее, когда Санек посмотрел на мастера Скаура.

Как в бинокле, когда пытаешься навести резкость, но никак не получается.

А с меткой Мертвого Деда еще интереснее. Потому что вместо нее — целая лента дрожащих строчек. Не прочитать ничего, даже уровень.

А потом вспышка и мир прояснился, то уже без всяких интересных дополнений к статусу у мастера оружия не было. Зато над слитком Санька появилась надпись: «Сигнальный элемент системы распознавания сущностей. Автономный».

— Снимай свой горшок! — потребовал Мертвый Дед. — Забодало защиту держать.

Санек послушался.

— Какую защиту? — спросил он.

— Твой горшок лезет в игровую инфу, — сказал мастер. — И да, ты прав. Он не только красивый. Игровой предмет второго уровня. Целая охапка полезных функций, но это так, побочка. Основной функционал в этом глазике, — Мертвый Дед щелкнул по шлему. — Здесь накопитель-концентратор. И он точно не двойка, потому что опознать его я не могу.

— А что он может делать?

— Что-то может, — Мастер задумался: — Например, шпионить. Еще кофе? Нет? Ну тогда я себе.

И принялся священнодействовать.

Санек терпеливо ждал.

Мертвый Дед перелил кофе в чашку, пригубил и изрек удовлетворенно:

— Удался, однако. — А ты, раз отказался от кофе, сбегай за Димкой. Хочу, чтобы он на твой головной убор посмотрел

—?

— Дмитрий Гастингс Лысцов, — уточнил Скаур. — Должен быть дома. Теоретик у нас он. Я практик. Знаешь, где живет? Нет? Тогда смотри…

Мастер Знаний Дмитрий Гастингс Лысцов оказался дома. А сам дом выглядел куда богаче, чем домишко Мертвого Деда.

«Но не такой крутой, как мой особняк на Свободе», — самодовольно подумал Санек.

Хотя кто знает, какое жилище на свободе у мастера знаний. И что-то подсказывает, что находится оно там, куда у Санька доступа нет.

— Дедушка Скаур по моим шуткам соскучился? — белозубо оскалился мастер. — Или новая задачка?

Единственной его