Рысюхин, вы в 19 бароном стали? - Котус

— И как выбирать?

— Илья Евгеньевич, ну что вы, как маленький, право слово! Даже неловко за вас перед Юрием Викентьевичем. — Нюськин тяжко вздохнул. — На государственные праздники и День рождения Анны Петровны — парадный мундир Высочайше утверждённого образца, на даты, связанные с родом или дружиной — наш. На день вручения знамени, когда дружина стала официально родовой гвардией, например.

— Или в день отражения Волны. — Это уже я добавил. — Тот бой на самом деле в учебники для военных академий включён, лично видел. Дорогого стоит. У Леопольда Гавриловича послужной список очень красивый получается.

— Только вот началась эта красота после моего ухода с действительной службы и найма к вам, Юрий Викентьевич, в дружину. Чтобы, цитирую по памяти, «было кому парой самодельных мортирок кустарной конструкции командовать», конец цитаты.

Раздался смех офицеров и возгласы о том, что такого преуменьшения редко встретишь.

— Ещё один вопрос. Раненые наши, где лечатся, в каких госпиталях, есть данные?

— Изначально все были в том самом Ширанде. Там, правда, перегружено всё было, но не так, чтобы совсем катастрофа, да и переводить, скорее всего, будут или тех, кто полегче, чтоб дорогу выдержали, или тех, кому на месте помочь не могут.

— Надо бы уточнить. И как-то позаботиться, хоть денег перевести на обзаведение: кто знает, с каким имуществом их из того госпиталя выпустят? Какой литер на проезд выпишут? Обмундирование, опять же, у нас специфическое. Да и просто на приварок к больничной пайке. А если перевели куда-то — связаться с заведением, уточнить их статус, что они гвардейцы.

— Денег перевести — это идея хорошая, мы сами обсуждали, чтобы из батарейной кассы какую-то сумму выделить. Но если делать, то надо два перевода: для наших и, отдельно, на нужды госпиталя. Чтобы лишних мыслей не было.

«Прав твой Вишенков. Именно два, чтоб зависти было поменьше. И не возникало мыслишек в стиле „почему одним всё, а другим ничего“. Тогда если и сопрут часть денег, то хотя бы демагогией про справедливость прикрыться будет труднее».

«А я вот ни за что не догадался бы».

«Так какие твои годы, внучок!»

— Согласен насчёт двух переводов. Но выяснить, все ли они в одном месте надо обязательно. И, возможно, отправить курьера — те же мундиры под выписку привезти. Точнее, команду отправлять придётся: офицера, как старшего, чтоб никто не цеплялся с дурацкими вопросами, и пару нижних чинов для переноски груза.

— Хорошо, если все так вместе и лечатся, тогда одной экспедиции хватит.

— Да хоть в пяти адресах! Своих бросать не будем в любом случае. Командировочные выплачу, оформим, как поездку в нуждах родовой гвардии.

Засиживаться в этот вечер не стал, отправился в гостиницу засветло. И с заселением моей «свиты» вопросов уже не возникло, хоть в гостинице и дежурила другая смена. Видимо, сведения о вчерашнем параде в поле возле городка пошли в массы, как выражается дед. Снова звонки обеим жёнам, разговоры по часу, вечерний чай — и спать.

Утром догружали последнюю технику и закупленные Вишенковым продукты. Вот тоже забота была у человека: полевые кухни в дороге не растопишь, одними консервами кормить — дорого, бестолково, да и попробуй закупи разом столько этих самых консервов. Ехали бы в теплушках — там в каждом вагоне печка есть, на которой хотя бы разогреть что-то можно, но нам, как гвардии, выделили классные вагоны. Пусть это и был вагон третьего класса, но хотя бы не с сидячими местами, а с трёхярусными спальными местами в не запирающихся клетушках. Спасибо, конечно, но печки в таких вагонах нет, проводник не предусмотрен и водонагреватель не работает. А если бы и работал — что такое десять литров на шестьдесят три человека? Вот-вот, меньше стакана кипятка на каждого.

— А что с нашими суточными рационами?

— Ууу, это давно уже подъели! Хорошо, что с собой с запасом взяли, и суточных рационов, и просто продуктов для готовки, и денег.

— А кто-то возмущался ещё, зачем нам столько, мол, аж по двадцать рублей на человека!

— Не так было. Не «по двадцать рублей на человека», а «десять тысяч в кармане».

— Десять тысяч на пятьсот человек — как раз и получается, еле-еле продуктов на месяц купить. Если по нормальным ценам.

— В общем, кое-что съели ещё по дороге к Ширанду. Там тоже, пока в осаде сидели — из своих привезённых продуктов готовили, и как же радовались, что у нас такие «Капочки» есть!

— Вас что же, на котловое довольствие не поставили?

— Поставили. А толку? Там на складах перловка, какая-то местная крупа, которую непонятно, как варить и чем жевать, сухари калёные пятилетние да сушёная верблюжатина. Да и зажрались мы, ваша милость, вашими трудами.

— То есть⁈

— Перестали считать, что ржаной сухарь и кружка кипятка, чтоб самому себе чай заварить — это нормальный завтрак для солдата, которому весь день бегать, стрелять да железо тягать. Приходилось к этому довольствию свой приварок соображать, из своих же запасов. А часть довольствия и вовсе деньгами выдавали — а что на них купишь, в осаде-то? Потом чуть проще стало, когда пошли преследовать противника — выдали суточные рационы. После этого наши бойцы вас, Юрий Викентьевич, ещё больше любить стали, когда сравнили наш паёк и армейский.

— Ладно, армейский — нам гвардейцы завидовали! И пайкам тоже, и тому, что мы кухни за собой тащить успевали, вообще без отставания. И каждый день горячее питание имели.

— Нет, горячее — это на добивание было. Сперва при них паёк распечатали, как на грех — тот, в котором и щучья икра вяленая в пастилках, и рыбный балык, и «фруктовый пеммикан[1]». Этот последний вообще, как валюта шёл! А что? Вкусно, компактно, нажористо. По калориям — считай, обед в кармане. И сухой кисель ещё, покупной, который перефасовали из брикетов, рассчитанных на ведро воды в таблетки на пол литра напитка. Его просто сухим грызли все, кто добыть могли.

— Короче, всё съели.

— Нет, что вы! Немного пайков ещё осталось, сотни полторы, которые непонятно, как делить. Много съели на обратном пути, пока по железной дороге ехали. Да, документы на получение продуктов нам выдали, а толку? Чтобы их получить, нужна станция, где стоянка не меньше полутора часов, со всеми согласованиями-то. И чтобы на