Диктатор: спасти Союз - Руслан Ряфатевич Агишев

с предыдущей властью. Свержение шаха Пехлеви в Иране в 1979 году прекрасно это показало. Новые власти хотели его показательно казнить, и только его своевременное бегство не позволило осуществить казнь.

— Это плохо, Гариссон. Мы с ними очень хорошо работали…

— Да, сэр, они всегда смотрели нам в рот, — соглашаясь, кивнул помощник.

Сюарт поморщился от его слов. Однако правда оставалась правдой — и тот и другой делали для США были крайне удобными политическими фигурами. Горбачев, фантазер, истово верил едва ли не в каждое слово, которое исходило от Белого Дома. По его воле СССР сдал всех своих союзников, ушел едва ли не со всех заграничных баз, отказался от любой экспансии. Про Ельцина и говорить было нечего. Тот, видя в США союзника в борьбе с Горбачевым, был готов отдать все и сделать все, что ему скажут. А что будет теперь? Кто придет к власти сейчас? Ведь, теперь можно ожидать чего угодно.

— Гаррисон, нужно позвонить в Кремль, — посол повернулся к помощнику. — Диктор сказала, что этот комитет возглавил вице-президент Янаев. Значит, я должен немедленно поговорить с ним. Звони!

Помощник кивнул и взялся за телефонный аппарат. Следующие минуты он превратился в самого настоящего телефониста, снова и снова набирая один и тот же номер. Без толку.

— Никто не отвечает, сэр.

— Возьми справочник, и набирай все номер по порядку. Должен же, черт побери, там кто-то быть, — выругался Стюарт, чувствуя, что на него накатывает злость. — Звони, пока кто-то не ответит. Я должен знать, что здесь происходит.

Лишь с двадцатой или тридцатой попытки у Гаррисона получилось. Телефонную трубку на той стороне подняли, и послышался энергичный голос.

— Гаррисон, трубку! — Стюарт едва ли не вырвал трубку телефонного аппарата из рук помощника. Прислонил к лицу и обвиняющим тоном начал говорить, совершенно забыв о том, что там просто могут не знать английский язык. — Я посол Соединенных Штатов Америки Роберт Стюарт! С кем я говорю⁈

На той стороне на мгновение повисла пауза, но почти сразу же в ответ раздалась, пусть и ломанная, но английская речь. Судя по ясно звучавшим командным ноткам, с той стороны взял трубку военный, причем в довольно большом звании.

— С вами говорит генерал армии Варенников!

— Господин генерал, я должен немедленно переговорить с господином вице-президентом Янаевым!

— Товарищ Янаев, как и другие ответственные товарищи, сейчас занят. Выполняется серьезная, сложная работа, от которой зависят жизни миллионом советских граждан. Поэтому призываю вас не отвлекать товарищей от работы. Всю нужную информацию вы узнаете точно также, как и остальные. Все, господин Стюарт, гудбай.

В трубке уже несколько минут слышались гудки, а посол все еще стоял и держал трубку телефонного аппарата. Ошарашенный, он все еще никак не мог поверить, что его, посла Соединенных Штатов Америки, никто даже слушать не хотел. Что это, вообще, такое? Это же настоящее сумасшествие! Такого просто не может быть! Он — посол Соединенных Штатов Америки!С ним никто еще в жизни ни разу так не поступал! В любой стране сейчас американской посол едва ли не ногой открывал понравившуюся ему дверь.

— Гаррисон, он просто кинул трубку. Ты слышишь?

Стюарт, действительно, растерялся. Ведь, за его многолетнюю политическую карьеру ни разу такого не было, чтобы кто-то так помел с ним разговаривать. Даже в самые тяжелые периоды Холодной войны советские дипломаты не позволяли себя такого.

— Нет, я этого так не оставлю, нет!

Посол схватился за трубку и начал с ожесточением нажимать на кнопки телефонного аппарата. И едва только с той стороны провода раздался уже знакомый раздраженный голос, Стюарт тут же гневно воскликнул:

— Я — посол Соединенных Штатов Америки и требую к себе особого отношения! Мне достаточно сделать один звонок и уже завтра вы будете командовать взводом где-нибудь на вашей Камчатке! Вы меня поняли, господин генерал⁈ Я требую ответить, где в настоящий момент находятся президенты Горбачев и Ельцин?

Разъярившись, Стюарт со всей силы грохнул по письменному столу кулаком.

— Я должен с ними встретиться! Вы хотите дипломатического скандала⁈ Я представитель Соединенных Штатов Америки, и я требую самого ско…

Однако договорить не успел — из трубки раздался жесткий рык. Ни на что другое этот окрик и не был похож.

— Заткнись! Требовать будешь у своей жены! — и дальше генерал выдал что-то на русском языке. — Idi na huj!

В трубке вновь раздались гудки.

— Гаррисон… — Стюарт округлил от удивления глаза. — Что это было… Я не понял… Он сказал — Idi na huj… Не понял…

— Сэр… Э, сэр, — замялся помощник, явно не зная, что ему ответить. — Это… ругательство, сэр.

Посол медленно положил трубку телефонного аппарата на место. Растерянно обвел свой кабинет взглядом и опустился в кресло.

— Он… Он, что меня послал? — не веря своим словам спросил Стюарт, глядя на помощника. — Хм…

Стюарт давно уже был не зеленым мальчишкой, который вспыхивает, как порох, от любого оскорбления. Будучи политическим зубром по опыту и возрасту, он многое повидал и испытал на своем веку. Однако встретиться с таким здесь никак не ожидал встретиться. Ведь, Советский Союз всегда славился невероятной выдержкой своих дипломатов. Взять примеру, Громыко, более тридцати лет занимавшего должность министра иностранных дел СССР. Тот славился просто железной стойкостью на переговорах и фантастическим умением «держать лицо», и ничто не могло повлиять на него — ни жесткие намеки, ни оскорбительные выпады. На все он отвечал совершенно спокойно, холодно с каменным выражением лица. После Перестройки советские дипломаты внезапно воспылали сильной любовью к США и было просто невозможно представить, чтобы кто-то из них сказал в адрес американского посла какое-то грубое слово. Шеварнадзе, нынешний советский министр иностранных дел, к примеру, вообще, взял за правило официально звонить в американское посольство и сообщать обо всех важных дипломатических решениях советского правительства. Политика гласности, мать ее.

— … Меня, американского посла, послали, — не верящим голосом снова повторил Стюарт. — Черт!

Его выдержка, кажется, впервые за несколько десятков лет политической работы, дрогнула и дала глубокую трещину.

— Взял и отмахнулся, как от какого-то сопляка…

Не в силах справится с внутренним возбуждением, он снова поднялся и быстро подошел к помощнику.

— Гаррисон, немедленно свяжи меня с Белым домом, я должен поговорить с президентом… И узнай мне все про этого, как там его… генерала Варенникова. Слышишь, я должен знать о нем все!