Химия кошек - Павел Ткачев

– Конечно-конечно, мы вас ждем!

И тут я вспомнила про гостей. Последнее время у нас вообще часто бывали разные люди. Например, уже знакомая мне Ирочка, которая пахла почти так же, как Яна. И худощавый молодой мужчина Алексей, с которым Паша постоянно курил трубку и оглушительно смеялся на всю квартиру. Сульфур сразу нашел с ним общий язык. Кот постоянно сидел на коленях у Алексея, вдыхал дым и урчал.

Бывали и другие люди, но реже. Интересно, кто из них придет на этот раз. Яна нечасто пекла пироги для гостей. Я ко всем этим людям относилась терпимо, просто уходила в другую комнату и ждала, когда же они наконец уйдут. А вот Сульфур видел еще не так много гостей и сразу оживился.

Когда раздался звонок в дверь, он радостно поскакал в коридор. Я решила выйти за ним и посмотреть, кого принесло на этот раз. И вдруг мой кошачий слух услышал высокие пронзительные голоса, не предвещающие ничего хорошего.

– Ой-ой, – произнесла я и медленно попятилась.

– Ртуть, ты чего? – не ведая о грядущем кошмаре, спросил Сульфур со своим неизменно глупым выражением лица.

– Ты развлекай гостей, – нервно отступила я под Александра, стоило входной двери распахнуться.

Вошел крошечный человек в ярко-розовом комбинезоне. А за ним высокая женщина в плаще. Сульфур застыл в изумлении, видимо, пытаясь осознать, кто эти люди.

– Киса! – завизжал розовый человечек и схватил Сульфура в свои объятия.

– Привет, Маша, – дружелюбно поздоровалась Яна.

– Яна, пивет! – завизжала Маша и отпустила кота. Ненадолго. – У вас новая киса!

– Да, его зовут Сульфур.

– Сульфу!

– Посмотри, какие у него интересные глаза, – обратилась к Маше высокая женщина.

– А почему они азные? – спросила Маша, рассматривая зеленый и синий глаза кота. Сульфур отступил на безопасное расстояние. Он был немного напряжен.

– Иногда так бывает, – улыбнулась Яна.

– А где Уть? – вдруг спросила Маша, и я замерла в своем укрытии. Проклятье, она вспомнила обо мне. – А, навеное, она под диваном.

Маленькие ножки протопали в комнату, а затем озорной глаз появился в щели между полом и Александром.

– Уть, пивет! Кис-кис-кис! – Маленькая рука потянулась ко мне; как хорошо, что она короткая.

– Уйди от меня, чудовище! – зашипела я.

– Маша! Ну-ка быстро раздеваться и мыть руки! – строго произнесла женщина, и рука тут же исчезла. Ножки затопали прочь от меня. В ванной полилась вода.

Я быстро вылезла из-под когтеточки. За мной тут же увязался Сульфур.

– Кто этот ребенок? – зашептал он.

– Это Маша.

– От нее пахнет печеньем.

– Может, она тебя угостит, – съязвила я.

– Правда?! – Этот наивный дурак никогда не понимал мой сарказм. – Прошлые дети, которых я видел, душили меня, а потом были еще те, которые кидались шипящими штуками, и они взрывались. Было очень больно.

Я открыла рот в шоке, но не успела ничего сказать, как…

– Вот вы где! – Из-за угла высунулась маленькая головка с длинными золотистыми волосами. Теперь Маша была в обычной детской футболочке с мультяшным единорогом и бежевых колготах. Она стремительно ринулась к нам.

Я со всех ног бросилась в сторону Александра, позабыв обо всем.

– Ртуть, а как же печень… – Сульфура тут же сгребли в охапку и попытались поднять. В длину кот был чуть меньше роста Маши. Девочка схватила его под мышками и прямо так поволокла из гостиной, пока Сульфур нелепо растопыривал лапы.

– Ртуть! – жалобно запищал он.

Прости, малыш, но кого-то придется принести в жертву, и это буду не я. Сульфура утащили в соседнюю комнату.

– Сегодня мы будем пить чай, Сульфу, – донеслось оттуда. О нет! Его ждет чаепитие! Я выбралась из своего убежища и заглянула к Маше.

Сульфур уже сидел перед девочкой и уныло смотрел на расставленную детскую посуду. Маша успела надеть на него маленькую футболку, а на голову прицепила колпак на заколке. Украшение досталось Маше, по-видимому, от Яны. Каждый Новый год она надевала колпак мне на голову и фотографировала, а потом кошки со всего котофорума смеялись надо мной.

Тем временем к чаепитию присоединились и другие «гости»: кукла в блестящем голубом платье, плюшевый пират и зеленый динозавр. Маша расставила перед каждым чашки и налила воображаемый чай. Началась беседа. Как я поняла, кукла и пират встречались друг с другом, а динозавр постоянно плохо себя вел: кусал всех подряд – за что постоянно получал замечания и угрозы остаться без сладкого.

– Маша, иди кушать!

Вот она, возможность спастись. Девочка вежливо извинилась перед игрушками, дескать, ей нужно отлучиться, но внезапно снова схватила Сульфура и поволокла с собой на кухню. Видимо, она как-то сильно его сжала, отчего кот завизжал. Это пора было прекращать. Я тут же подскочила к Маше и тяпнула ее за лодыжку.

– Мамочка! – взвизгнула девочка. Хватка ослабла, и Сульфур в один миг выскочил из ее рук.

Маша снова попыталась схватить его, но я была быстрее.

– Ни шагу больше! – зашипела я и загородила Сульфура.

В коридоре показались Яна и ее подруга.

– Уть меня укусила! – захныкала Маша.

– Ну все, сейчас нашлепают, – удрученно прошептал Сульфур.

– А что ты сделала? – спросила высокая женщина.

– Ничего. – Девочка выпятила нижнюю губу.

– Кошки так просто не нападают, – возразила ее мама.

– Я павда ничего не сделала. Я несла Сульфура на кухню.

– Значит, Ртуть подумала, что ты делаешь ему больно. Она защищала его, – ответила ей мама.

– Но я не хотела их обидеть, – грустно вздохнула Маша.

– Пойдем, Маша, кушать, – примирительно сказала Яна. – Видишь, они устали от игр и хотят отдохнуть.

Однако Маша не сдвинулась с места, продолжая смотреть на меня. Видимо, она все еще боялась, что я нападу.

– Не бойся, она не укусит. – Яна взяла девочку за руку и повела на кухню.

Мы с Сульфуром остались одни.

– Сними уже эту дурацкую заколку. – Я стянула зубами украшение и забросила под лоток.

– Не наказали, – удивился Сульфур.

– А за что нас наказывать? – фыркнула я.

– Ты не знаешь маленьких детей – им все можно. Они будут дергать тебя за хвост и усы, наряжать во всякие костюмчики, могут даже покрасить. И им это сойдет с рук, потому что, если ты им дашь сдачи, тебя тут же накажут. Ведь нельзя обижать ребенка!

– С тобой происходили такие вещи? – с ужасом спросила я, вспомнив его прошлые слова о детях.

– А ты как думаешь! Ведь я не сразу пришел к тебе под дверь. Меня подобрали на улице, забрали в кварти– ру – ну, не в такую, как эта; там было грязновато. И в этой квартире жили дети. Они решили, что я их игрушка. А когда я одного поцарапал, защищаясь, меня сразу выставили за