Химия кошек - Павел Ткачев

Бастет. Меня сковал ужас, казалось, происходит нечто ужасное.

– Что ты делаешь? – прошипела я яростно, сама того не желая.

– Оскару пришла пора уходить, – ответила третья голова Бастет, повернувшись ко мне. Остальные две так и смотрели на кота. А рука богини потянулась к беззащитному черному тельцу. Я знала: если она дотронется до него, пути назад не будет.

– Нет! – выкрикнула я. Яна пошевелилась, но так и не проснулась.

Бастет распрямилась в полный рост, и шесть ее глаз впились в меня, пылая гневом.

– Ты мне нравишься, Ирена, – заговорили все головы разом, – но ты стала много себе позволять. Ты всего лишь медсестра. Да, ты сделала многое, но ты человек. Не забывай об этом в присутствии богини.

Она несла какой-то бред. Но мне некогда было задумываться над ее словами.

– Почему ты постоянно хочешь забрать тех, кого я люблю? – воскликнула я, стараясь оттянуть время. И сама се– бе захлопнула лапой рот. Надеюсь, Сульфур этого не слы– шал.

– Это не в моей власти, – недовольно ответила первая голова. – Люди умирают, кошки тоже. От незначительных травм, от легких болезней. Я не могу это остановить.

– Ты же богиня… – ошеломленно пробормотала я.

– Мир требует равновесия… – словно нехотя ответила вторая голова. – И не все зависит от меня… Существуют некие силы…

– Силы? – не поняла я. – Как Бугг-Шаш?

– Да-да, – проворчала первая голова Бастет. – Типа того…

Я вспомнила любимый сериал про братьев и разных монстров, которые проникали в мир. Не может же быть, что в жизни все так же, как в кино… Это же выдумка. Этот сериал выдумка, верно?

– Так или иначе, Оскару пора, как я и сказала, – грустно закончила вторая голова.

– И что же… вот так всегда? Все будут умирать? И ты ничего не можешь сделать?..

– Я и так делаю достаточно! – снова рявкнули все три головы разом.

– А как же девять жизней… Оскара? – осторожно спросила я.

– Он истратил их, – печально прошептала третья голова. Она выглядела расстроенной, по-настоящему расстроенной. – Не всем везет встретить свою Яну в два месяца от роду, Ирена.

И я вспомнила, как Сульфур пришел к нам. Со слепым глазом и обожженным телом. А потом глаз вернулся на место. Должно быть, именно так он потратил свою восьмую жизнь.

– Возьми мою! – выпалила я. – Снова. Возьми мою жизнь взамен его.

Все три головы Бастет удивленно вскинули брови.

– Но ты ведь так хотела избавиться от него, – пробормотала первая голова богини.

– Не хотела, – принялась отпираться я.

– Хотела! – возразила вторая голова.

– Не хотела!

– Хотела!

– Не хоте… Хорошо, я хотела. Но теперь не хочу.

– И так у тебя останется три жизни. Ты уверена?

– Да, я уверена, – твердо ответила я.

Богиня пристально сощурила шесть кошачьих глаз и пробормотала:

– Я тебя недооценила, Ирена.

Но не успела я спросить ее, о чем это она, как Бастет растворилась в воздухе. Я ничего не почувствовала, как тогда, когда она забрала три жизни разом.

Я огляделась. Яна и Паша продолжали спать, а Сульфур теперь размеренно сопел, похрапывая. Мне было слышно, как ровно бьется его сердце. Кот проспал до самого утра, как и мои люди. Все это время я бдительно следила за всеми тремя. Наконец Сульфур проснулся. Яна вздрогнула от его движения, Паша открыл глаза следом. Кот неловко сполз на пол и, пошатываясь, доковылял до миски, стоящей рядом с кроватью.

– Он кушает! – Янин голос спросонья звучал хрипло, но радостно.

Сульфур тут же попытался поесть. Он жевал с совершенно тупым взглядом, роняя большую часть корма на пол.

– Сульфур, ты в порядке? – подошла я к нему.

– Ох, что-то мне нехорошо, – промямлил он. – Вся комната кружится.

– Это у тебя голова кружится. Зачем тебе понадобилась операция? Я не знала, что ты болел. Что с тобой случилось?

– Э-э-э… Я не знаю. Я чувствовал себя хорошо. Мы пришли в ту комнату. Нас с тобой там вертели и смотрели, а… потом я не помню… Вот тут оказался. Что это на мне?

Я понюхала странный воротник.

– Не знаю. Никогда такое не видела. У меня была однажды операция, – я замялась, не зная, как объяснить, зачем кошкам делают эту операцию. – В общем, неважно. Я после нее ходила в специальной попоне, без воротника. Может, это чтобы ты головой не ударился?

– Я хочу его снять.

– Тебе надо еще полежать. Хватит с тебя пока хулиганств. – Я проводила кота обратно к кровати и под умиленные сюсюканья Яны «посмотри, как она его оберегает» проследила, чтобы кот забрался обратно на свое лежбище.

– Отдыхай. – Я оставила Сульфура с Яной и Пашей и поспешила в другую комнату к ноутбуку. Мне захотелось написать Эстер. Во-первых, я ее расстроила своими предположениями об усыплении (или это она меня расстроила). А во-вторых, мне не помешает дружеская поддержка. Не каждый день жизни лишаешься ради того, кто тебе даже не нравится.

 Ртуть:

Эстер, Сульфур вернулся домой.

 Эстер:

Отличные новости! Его не усыпили! Как он? Зачем Паша забирал его?

 Ртуть:

Ему делали операцию. Я не знаю какую. Он ничего не помнит. А еще на него надели странный воротник.

 Эстер:

Это специальный воротник, чтобы он не лизал и не чесал место вмешательства.

 Ртуть:

Все-то ты знаешь. Может, и про операцию в курсе?

 Эстер:

Ну знаешь… Я полагаю, это была деликатная операция. Как и нам делают, когда приходит время. Теперь вы с ним чем-то похожи)))

 Ртуть:

Очень смешно…

 Эстер:

Извини, пожалуйста. Я очень рада, что у вас все хорошо. И прости, что я постоянно сомневаюсь в твоих людях и накручиваю тебя. У меня есть некоторые проблемы с тревожностью…

 Ртуть:

Знаешь, ты ни при чем. Мне самой надо больше верить в своих людей. Не знаю, откуда во мне чуть что просыпается страх быть преданной.

 Эстер:

С кошками, рожденными на улице, такое не редкость. Не думай, что первые два месяца жизни без человека на тебе не сказались. У всех нас свои травмы.

 Ртуть:

Наверное, ты права. Послушай, но я же забыла рассказать тебе самое главное. Ты не поверишь, что произошло…

И я пустилась в подробный рассказ о случившемся. И упомянула странные слова Бастет про