Оскоров в ЦРБ - Валерий Александрович Гуров

Заведующая выждала, пока её гостья не сделает первый глоток.

— Вкусно? — участливо спросила она.

— Оооочень, — причмокнув, подтвердила пациентка.

Добившись полного душевного расположения посетительницы, заведующая приступила к делу:

— Так что у Вас случилось?

Женщина сделала ещё один жадный глоток, а затем отставила кружку с кофе в сторону — её воспитание не позволяло ей разговаривать во время приёма пищи — и обратилась к заведующей:

— Я страдаю желчекаменной болезнью, — начала она издалека. — В связи с чем каждый год выполняю УЗИ, — осторожно подбиралась она к сути дела. — А в этом году доктор сказал, что УЗИ нет, — резюмировала женщина осторожно. Так, чтобы никого не обидеть и не обвинить.

— Да, сейчас с обследованиями непросто, — покачала головой заведующая. — И как фамилия этого доктора?

— Оскоров Пётр Иванович, — женщина восстановила первоначальную строгость и сдержанность. — Приятный молодой человек.

— Хм, — в голове Ирины Леонидовны мгновенно созрел план мести. — Правда? Давайте я посмотрю, что у нас с УЗИ, — она включила компьютер. — А вы пока наслаждайтесь кофе. Это займёт какое-то время.

Убедившись, что пациентка занята и не подсматривает, заведующая принялась чистить график приёма врачей-узистов. Она удаляла уже записанных пациентов, не заботясь о том, что люди столкнутся с проблемами, когда наступит день обследования. Уровень её доступа позволял очистить всю запись, но Ирина Леонидовна ограничилась парой мест у каждого доктора на каждый день.

Закончив свою подготовку, она открыла экран общей записи на УЗИ, развернула монитор к своей посетительнице и ангельским голоском произнесла:

— Видимо, доктор Вас обманул, смотрите, сколько свободных окон!

Женщина прищурилась, всматриваясь в монитор. Её брови потянулись вверх. На язык просились ненормативные фразы. Но воспитание настаивало на молчании.

— На какую дату Вас записать? — хлопая глазками, уточнила заведующая.

— На завтра, — выдавила удивлённая женщина.

Ирина Леонидовна решила, что пора переходить в наступление. Она чувствовала сладость предстоящей мести.

— Вам не повезло с доктором, — сочувственно покачала она головой. — Вы не первая пострадавшая от его безответственного отношения к работе…

Женщина открыла было рот, чтобы возразить. Но факты были у неё перед глазами — запись на исследование доступна на любой день. Возразить тут было нечего. Но…

— Как же я с ним настрадалась! Всё это распределение… — продолжала жаловаться заведующая. — И знаете, что самое плохое?

— Что? — пробурчала поражённая женщина.

— То, что от преступной халатности этого человека пострадает ещё множество ни в чём не повинных людей!

Голос заведующей дрогнул. Она взяла паузу — якобы для того, чтобы не заплакать. Это представление начало давать свои плоды — ладонь пациентки покровительственно накрыла ладонь разволновавшейся заведующей.

— Пока в этом отделении есть такая самоотверженная, болеющая общим делом заведующая, всё будет хорошо!

— Как Вас зовут? — обратилась начальница к своей посетительнице.

— Буратино Нина Пална, — отчеканила женщина.

— Нина Павловна, — заведующая взглянула посетительнице прямо в глаза. — Вы должны проявить гражданскую ответственность! Вы должны защитить своих земляков! Вы поможете мне?

Глаза строгой женщины зажглись отзывчивостью.

— Я готова! Что необходимо сделать? — прокричала пациентка Буратино, готовая вскочить с кресла и ринуться в бой.

Ирина Леонидовна нырнула к тумбочке. На её скрытом от посетительницы лице просияла торжествующая улыбка. Достав ручку и бумагу, заведующая вынырнула, вернув прежнюю страдальческую гримасу.

— Прошу Вас, напишите жалобу, — простонала заведующая.

Пыл пациентки тут же пропал. Она с сомнением смотрела на предоставленные ей письменные принадлежности. Её с детства учили, что жаловаться нехорошо.

— Конечно, пострадаю в первую очередь я, как руководитель, — заламывала руки Ирина Леонидовна. — Но я готова на жертву ради блага жителей нашего района. Я тут родилась! И я не хочу, чтобы мне было стыдно смотреть землякам в глаза.

— Что писать? — сдалась женщина.

— Как всё было, так и пишите, — сию же секунду ответила заведующая. — Пришла к доктору Оскорову, который меня обманул и отказал в обследовании.

Под диктовку заведующей по бумаге заскрипело перо…

* * *

Ресторан, в котором меня ожидала Наташа, был стилизован под старинный средневековый замок: тяжёлый серый камень, маленькие окна-бойницы, на крыше массивные мерлоны, а венчал всю эту красоту флагшток с гербом Габсбургов.

Внутри оформление было под стать: деревянные полы, светильники, стилизованные под факелы, и даже имитация паутины в углах. На входе меня встретила миловидная девушка в белом фартуке с рюшами.

— Здравствуйте, столик заказывали?

Девушка обратилась ко мне, почтительно склонив голову на бок. Не хватало только добавить в конце «милорд» — посмеялся я про себя.

— Добрый вечер, — поклонился я в ответ. — Меня должны ждать. Столик на Наталью.

Хостес пробежала глазами по списку гостей. Еле заметный кивок подтвердил правоту моих слов.

— Всё верно, — улыбнулась она мне. — Ваш столик на балконе. Позвольте, я провожу?

Девушка увлекла меня вглубь помещения, где была спрятана узкая дверь в башню. Внутри башни нас закружила винтовая лестница с высокими ступенями, на которые через узкие бойницы падал свет заходящего солнца.

Поднявшись наверх, мы оказались на плоской крыше, обнесённой высокими зубцами мерлонов. Тут нам открылось опьяняюще прекрасное зрелище: солнце, утомлённое долгим днём, тяжело клонилось к горизонту, окрашивая всё вокруг в густые тона расплавленного золота. Утопая в этом драгоценном сиянии, спиной к нам и всему угасающему миру стояла она — Наташа. Тонкая ткань облегающего платья струилась по телу, повторяя каждый изгиб, каждую линию эталонного тела, интригуя и соблазняя.

— По тебе часы сверять можно, — обернулась она ко мне.

— Я не мог заставить девушку ждать, — вежливо парировал я.

Наташа приблизилась ко мне, сияя от восторга от встречи, и, чуть привстав на носки, легко коснулась губами моей щеки. Поцелуй вышел таким мимолётным, таким будничным, словно мы уже двадцать лет жили, связанные узами брака.

— Давай сделаем заказ? — спросила она разрешения, утопая в моих глазах.

— Хорошо, — сдержанно ответил я.

Взяв свою спутницу за руку, я торжественно проводил её к роскошному стулу — в центре площадки нас ожидал круглый столик, сервированный на две персоны.

— Прошу, — пригласил я даму присесть.

Наташа, не открывая меню, дождавшись, когда я займу своё место, сообщила мне о своём