Рывок в прошлое - Алексей Викторович Вязовский

Второе правило для заложника – это постараться запомнить приметы преступников. Их отличительные черты лиц, одежду, имена, клички, возможные шрамы и татуировки, особенности речи и манеры поведения, тематику разговоров.

Вставил успокаивающую напоминалку, что спецслужбы уже знают о захвате, предпримут все необходимые действия по освобождению, включая выкуп и обмен. Обычно как раз именно обмены идут труднее всего. Ну не любят власти выпускать из тюрем всяких упырей, которых требуют себе террористы. Ведь там будут их дружки. А это значит, жди новых захватов и терактов.

Потом описал меры безопасности. Лежать на полу лицом вниз, закрыв руками голову, ни в коем случае не бежать навстречу сотрудникам спецслужб или от них, так как они могут принять заложника за преступника. Если есть возможность, держаться подальше от проемов дверей и окон. Ну и, разумеется, не трогать, не вскрывать и не передвигать никакие подозрительные находки, сумки, багаж… Это могут быть СВУ, которые легко сдетонируют при неправильных действиях.

В этом месте в мою писанину заглянул Гейтс, а прочитав, тяжело вздохнул. Ну да, последний пункт совсем скоро станет бестселлером. По радио в метро везде будут зачитывать, после того как террористы распробуют тему бомб в общественных местах.

* * *

Вернувшись на базу, я отдал инструкцию секретарше с просьбой напечатать и красиво все оформить, после чего велел собрать собственное совещание отряда по итогам штурма в Конкорде. И оно прошло совсем в другом ключе. По-деловому, с конкретными выводами.

Незлобин с помощью Синтии нарисовал разноцветными фломастерами на карте план захода в дом, кто где располагался и куда двигался. Сделали таймлайн переговоров – какие вводные мы получали и какие приказы я отдавал. С командирами отделений и снайперами мы проиграли все сценарии. Общее мнение было однозначным: все делали верно, так сложились условия боя. И нужен профессиональный переговорщик. Но где взять такого? Мы и в Союзе не смогли найти, я даже на факультете психологии МГУ побывал. А уж тут… И говорить не о чем.

Пока командиры спорили насчет Кита-стрелка, раздался звонок Толсона из ФБР. К моему удивлению, заместитель Гувера поблагодарил за Конкорд, пообещал все уладить с исками.

– Работайте дальше, ни о чем не думайте, прессу приструним. Мы очень довольны, Джон лично просил передать благодарность вам.

– Лучше деньгами, – пошутил я в ответ.

– Мистер Гувер не забывает подобных услуг, – напористо продолжил Толсон. – И он очень просил вас составить глобальный план борьбы с терроризмом. Недели вам хватит?

Красавцы! Глобальный план им подай…

– Наверное, хватит.

– Отлично! – резюмировал Толсон. – И передайте ваш разбитый щит Синтии. Мы решили сделать музей ФБР.

Просто шикарно! Мне еще и с номером один встречаться теперь. Зашибись!

* * *

К составлению плана я приступил сразу после совещания. Так сказать, по свежим следам. Что самое актуальное сейчас для Штатов? Шутинг в школах? Нет. «Колумбайны» начнутся лет через двадцать, тридцать. Исламский терроризм? Уже теплее. Израиль плющит при помощи Штатов окружающих арабов. Те почему-то недовольны евреями. И Америкой в том числе. Не имея возможности победить на поле боя, начинают программу «доиграем в раздевалке».

Самый громкий теракт – захват олимпийских спортсменов на Олимпиаде в Мюнхене – произойдет уже совсем скоро, меньше чем через четыре года. Так, запишем это аккуратно, намеками. Мол, наблюдается всплеск исламского радикализма. Организация «Братья-мусульмане»? Уже давно как создана и активничает. ФАТХ тоже на движе, готовит боевиков, террористов-смертников. Получите и распишитесь.

Где у нас самые уязвимые места для террористов? Да все там же: аэропорты, самолеты. Пронес бомбу на себе – шумнул на весь мир. Захватил заложников в лайнере – с тобой все вежливо общаются, ибо пятнадцать тонн керосина в баках, а на борту всякие важные фигуры, которые не горят желанием изобразить из себя бегающий факел. Значит, что? Ужесточить все, что только можно. Пропуск на борт самолета, в аэропорт, досмотры, агентура, камеры…

Лезть во внутреннюю политику Штатов я не решился. Да, потенциальные террористы есть и «справа» и «слева». С последними мы даже вчера неплохо так познакомились, до сих пор в ушах шумит. Но тут много нюансов, легко попасть впросак. Пусть Бюро само занимается всеми этими Ку-клус-кланами и прочими «пантерами». Тут я советы давать не берусь.

Подготовив документ, я пошел к Авдонину. Тот был у себя, разглядывал пропуск на базу, что я попросил выдать Джимми.

– Значит, уверен в нем?

Резидент взял ручку, но все еще медлил.

– Нет, конечно. – Я пожал плечами. – Но в Конкорде он проявил себя хорошо, проблем с ним не было.

– Наркоманам веры нет! Сегодня трезвый, завтра сорвется.

– Но и держать его вечно в котельной я тоже не могу. У нас отопительный сезон на носу.

Авдонин посмурнел. Быть резидентом под прикрытием должности директора базы – та еще задача. Топочный мазут купи, машины заправь, казармы отремонтируй, а ведь еще нужно построить коттеджи для семейных! Мы им обещали. Вся работа столовой, клуба офицеров и прочее, и прочее тоже были на Авдонине. Разрывался на две части, но тянул.

– Ладно, подписываю. – Резидент размашисто расписался, протянул мне пропуск. – Попрошу сотрудников пару недель за ним последить.

– Пока он собирается только церковь посещать.

– Ну что же… Один опиум поменяет на другой. – Авдонин пожал плечами. – Ну, может, оно и к лучшему.

Я промолчал, подвинул по столу план для Гувера. Резидент погрузился в чтение. Спустя четверть часа бумага была покрыта замечаниями и даже перечеркнутыми абзацами.

– Где-то это я уже читал, – задумчиво произнес Авдонин.

– Я делал подобный документ для семерки. – Я забрал бумаги, начал вникать в замечания. – Когда ее еще Алидин возглавлял.

– Он и сейчас ее курирует как первый зам. Тут очень похоже.

– Так и угрозы одинаковые для всего мира! Я летел в Калифорнию. Контроля в аэропорту нет, на погрузке в самолет никто никого не проверял, дверь у пилота была открыта. Он еще и песни там распевал! Певец хренов… Заходи, прикладывай пушку к виску и отправляй лайнер в… здание ООН.

Авдонин побледнел.

– Это ты… прямо сейчас придумал?

– Когда сидели в ВШК, – соврал я. – Один бесконечный галдеж, сижу и думаю: когда это все закончится? А тут самолет мимо летел вдалеке.

Власти почти всех стран проснулись только после 11 сентября. Но то, что можно захватить самолеты и направить их хоть в Белый дом, хоть в Пентагон с небоскребами, было ясно специалистам уже давно. Но нет. Никто не чесался.

– Ладно, по самолетам все ясно. А что по другим объектам? Что прикрыть не получится?

– Метро, – тяжело вздохнул я. – Автобусы с поездами. Тяжело