Кофе и тайны Книфе - Мария Руслановна Шебанец

– Слушание объявляю открытым! – прогремел голос, и туман расступился ещё немного, открывая грандиозной высоты подмостки, на которых восседал за столом человек в парике и маске. Он был совсем не похож на жалких обитателей суда в доходном доме.

– Мы заявляем протест! – рявкнула Галина.

Лар подошёл ближе и начал присматриваться к фигуре на подмостках.

– Протест отклонён, – гулко ответил судья. – У вас была возможность вернуться и прожить долгий и мирный процесс. А теперь приговор вынесу я. Сегодня.

Геннадий и Галина переглянулись. Видно было, что у них в головах проносятся мысли и варианты, но ничего полезного не приходит на ум. Аня устало присела на краешек сиденья ближайшей скамьи, и Яшка тут же встал рядом, готовый ко всему.

– Мы не вернёмся, – раздражённо сказал Лар. – А ты создан из моих страхов и даже не принадлежишь к этому миру.

Он поудобнее перехватил испуганную Книфе и пошёл прямо на судью. Книфе пискнула и зажмурилась, а Лар спокойно прошёл подмостки насквозь, снова вошёл в туман и позвал остальных:

– Пойдёмте! Этот судья снился мне в одном из бредовых снов, когда я хотел бросить Книфе. Я уже давно его победил. Будьте внимательны, это место не только пытается изменить нас, но и читает в наших умах.

– Вернитесь, или я выношу приговор! – взвизгнул полупрозрачный судья.

Яшка поднял и провёл сквозь видение Аню, а за ними прошли Геннадий с Галиной.

– Я и сама могла догадаться, – пробурчала она. – Простой фокус.

– Но действенный для тех, кто не привык наблюдать за собой, – отметил Яшка. – Был бы Лар меньше помешан на психологии из-за своих депрессий, мы бы даже не поняли подвоха и надолго бы тут застряли. А там бы и исполнители подоспели. Взяли бы нас тёпленькими. Давайте не сбавлять скорость.

Лар обернулся:

– Признаю, нет смысла идти по направляющим лабиринта. В его ключевых точках могут обосноваться воплощённые страхи любого из нас. И не только побеждённые.

Над их головами пролетело что-то чёрное и тяжёлое, и Аня вскрикнула.

– Твои? – спросил Геннадий, наблюдая за двумя тенями, кружащими над ними.

– Мои, – испуганно кивнула она. И разозлилась: – Дурацкие гаргульи! Вечно меня пугают и бесят, с детства ещё, с этих мультиков! Чтоб они лопнули!

Рядом послышались два громких хлопка, и по плитам пола застучали дробные камешки. Один из них стукнул по плечу Галину – та поморщилась и отошла в сторону.

– Ну ты даёшь! – восхищённо сказал Яшка и потянулся было её обнять, но сдержался. – Мне не нравится, что я чувствую сейчас. Какие-то гадкие мысли. Не хочу обнимать тебя с ними.

– Спасибо. Я… у меня вообще паника насчёт этого. Если бы ты меня сейчас обнял, я бы опять потеряла голову и побежала. И потерялась бы… Ужас какой. Скорее бы домой!

– Домой! Домой! Домой! – эхо разлетелось под сводами собора, ускоряя и извращая её голос.

– Гадство. Давайте пробираться прямо до стены. А потом вдоль, – сказал Яшка. – Я сейчас эти все завалы сам разворочу, чесслово!

– А ну-ка давай вместе, – поддержал Геннадий. – Поберегись!

Они растащили в стороны тяжёлые скамьи со спинками и открыли проход. Галина снова пошла впереди, выставив скованные руки. Идти стало легче. Ещё один завал, другой, третий – и Галина наконец-то объявила, что нащупала стену.

– Отлично! – сказал Лар. – Я, конечно, не уверен, но это вроде бы как раз левая стена от входа. Если пойдём вдоль неё, обязательно наткнёмся на дверь в катакомбы.

Они медленно пошли вдоль стены, оттаскивая скамьи и подсвечники, обходя статуи и вазы с пожухлыми цветами.

– Дверь! – объявила Галина.

– Чёрт! – выругался Лар, тут же извиняясь. – Простите. Это та же дверь, в которую мы вошли.

– Мы пришли назад? – ахнула Аня. – Вот это путешествие – мы просто круг по залу сделали?

– У нас не было системы, – сурово сказал Геннадий. – Получили то, что заслужили. Теперь система есть. Пойдём по левой стене, уж теперь это точно будет она.

Тут за ручку двери потянули с той стороны, дверь заскрипела, и Геннадий молниеносно ухватился за кольцо изнутри, не давая открыть:

– Быстро! Засов!

Яшка с Аней изо всех сил надавили на огромный деревянный брус, заталкивая его в кованые петли. Дверь дёрнули сильнее, но Геннадий удержал её. Раз, ещё раз – и брус наконец-то вошёл в отверстия, прочно запирая выход. В дверь замолотили.

– А теперь – бегом вдоль стены! – прошептал Геннадий. – Если капеллан с ними, он знает остальные выходы. Хотя туман и лабиринт им тоже помешают, но времени не так много.

Галина молча двинулась на ощупь, механическим голосом называя преграды, которые нужно убрать. Яшка с Геннадием работали, как заведённые, оттаскивая тяжёлую мебель. Аня следила, чтобы Лар, несущий Книфе, не споткнулся в тумане, и подсказывала, когда можно идти вперёд. Путь превратился в нудную и планомерную работу, где каждый был винтиком, строго выполняющим свою задачу: тик-так, тик-так. Стрелки бежали, но время не спешило за ними, растягиваясь в одну бесконечную минуту цикла. Преграда – работа – отмашка – вперёд. Преграда – работа – отмашка – вперёд. Преграда – работа – отмашка – вперёд…

– Ваши документы! – раздался голос впереди.

Пункт пропуска

Туман снова расступился, и Аня наконец-то увидела ту самую дверь в катакомбы – большую, тяжёлую, с кованой ручкой. Но проход к ней был полностью перекрыт пропускным пунктом. Небольшая будка со скучающей в окошке служащей выглядела так, будто стоит тут уже много лет.

– Ваши документы! – повторила она.

– Какие ещё документы? – возмутилась Галина.

Служащая начала терпеливо перечислять:

– Заявление на пропуск к порталу, паспорта, визы, страховки, выписки из банковского счёта, билеты на портал, подтверждение цели визита, приглашение с той стороны, документы на багаж, отказ от ответственности…

– Документы оформлены на стороне первичного мира, – тем же тоном ответил Геннадий. – Для запуска пограничного пункта на стороне вторичного мира вы должны получить разрешение с той стороны и пройти обучение в нашем отделе. Вам следует оформить заявление, заполнить форму ТУР-25 и приложить документы, перечисленные в части третьей статьи 42 таможенного кодекса Сопределий.

– Пропуск был открыт в порядке чрезвычайного случая по упрощённой схеме, – не сдавалась служащая. – Все проходящие на ту сторону обязаны следовать протоколу. Образцы заполнения документов уже подготовлены. Прошу вас соблюдать спокойствие и не повышать тон. Я при исполнении.

– Дайте нам формы заявлений, – сказала Галина. – Быстрее начнём – быстрее закончим.

– Пожалуйста, вот ваши формы. Также здесь для вашего удобства распечатаны списки документов, которые следует приложить к заявлению.

Из тумана показался небольшой столик со стульями вокруг. Галина и Геннадий перетащили на него стопку полученных бумаг, разделили между собой лежавшие на столе образцы заполнения, вытащили ручки и принялись что-то строчить.

– Лар, Яшка и Аня. Передайте мне свои документы, пожалуйста, – сказал Геннадий.

– А где мы их возьмём? – удивился Яшка.

– В одежде. Проверь нагрудный карман изнутри пальто. Аня, у тебя должен быть потайной кармашек в сумке. Давайте всё сюда – и можете отдохнуть, мы разберёмся. Это наша работа.

Все трое действительно нашли в своих вещах паспорта со вложенными в них бумагами и сложили на стол. Геннадий и Галина тут же погрузились в заполнение документов, переговариваясь и обсуждая нюансы. Даже в наручниках Галина умудрялась перебирать бумаги и вписывать данные быстрее своего бывшего подчинённого. Пожалуй, ей даже можно было залюбоваться: холодная и тонкая, она виртуозно владела искусством делопроизводства. Геннадий старался не отвлекаться от документов, но то и дело задерживал на ней восхищённо-тоскливый взгляд. Прошли две минуты, пять, полчаса. Ребята начали задрёмывать на своих сиденьях.

– А что делать мне? – тихо спросила Книфе. – У меня документов никогда не было. И сумочки нет.

Геннадий поднял затуманенный взгляд и долго смотрел на неё, будто силясь понять, кто эта зеленоглазая девушка, похожая на всех сказочных принцесс и колдуний одновременно. Потом он медленно повернулся к Галине и передразнил:

– «Сама могла бы догадаться», говорите? А что же не догадываетесь, Галина Львовна?

Та с жадностью посмотрела на недозаполненные документы, но потом встряхнулась, зарычала и смела их со стола. Служащая в окошке пункта пропуска испуганно вскрикнула.

Геннадий поднялся с места и навис над ней, огромный и очень сердитый:

– Хорошо вы меня провели, поздравляю. А теперь вон отсюда!

– Но документы! Но правила! Но протокол!

– Сегодня мы идём вне протокола, – твёрдо сказал Геннадий. – Наплевать нам