Начало пути: Рокировка. Аристократ с Юга. Курс молодого мага - Алексей Леонидович Самылов

Глава 10

Через день в замок прибыла команда разведчиков. Один человек и двое орков. Их лица были осунувшиеся, голос человека, который и докладывал, был тихий и хриплый. Их одежду покрывала пыль, сапоги были в грязи. Человек сильно прихрамывал, один из орков баюкал левую руку, согнутую в локте. Второй орк был бледным, то есть серым, и стоял так, будто проглотил лом. Мастер Цевитос, который после праздника остался в замке, тут же, сразу после доклада барону, взял их в оборот. Четвертому разведчику, который прибыл лежащим поперек седла, целитель, к сожалению, уже помочь не мог.

Откровенно говоря, до этого момента Аринэль воспринимал угрозу как-то отстраненно, умозрительно. Только слушая надтреснутый и безэмоциональный голос старшего из разведчиков, он ощутил, как… Уходит беззаботность. Что прошлое, с праздником и двумя ночами с девчонками, осталось за чертой. Видимо, он подсознательно не желал возвращаться в это состояние, когда душа словно леденеет, и ты перестаешь воспринимать большинство эмоций. Мозгоправы по-разному называют это состояние солдат, которые находятся на войне. Вот только редко кто из них сам испытывал его. А не испытав, ты никогда не поймешь, что это такое. Можно сколько угодно представлять, но постоянно ощущаемую ледяную хватку страха смерти можно только прочувствовать лично. Когда солнце становится мертвым, когда краски, линии и звуки настолько контрастные, что сомневаешься в их реальности. Когда время останавливается и есть только здесь и сейчас…

…Хотел ли Бран Тайфол отправить своих женщин в Брайбо? Наверное, да. Но он не мог, что очевидно. Еще один минус того, что тебя считают главным. Ты не можешь показывать неуверенность в будущем.

Телеги с женщинами и детьми выкатились из ворот в полдень следующего дня. Самые маленькие даже радовались этой поездке и их звонкие голоса звучали странно в гнетущей тишине прощания. Многие женщины прятали лица, сжимая корзины и сумки. Аринэль уже видел такие лица. Точно так же выглядели беженцы. И кому легче, тем, кто уезжает или тем, кто остается? Парень мог со всей определенностью ответить, что для него было бы в десять раз тяжелее ждать исхода. Сидеть и надеяться, что все обойдется, и не иметь возможности ничего изменить. Он тоже сейчас провожал. Цеси глядела на него с телеги, и выражение ее лица… Так рвало душу. Оказывается, он довольно сильно привязался к этой девчонке.

Замок готовился к тяжелому бою. Что будет именно тяжелый, Аринэль сделал вывод по тому, что на окнах зданий имелись ставни, которые сейчас закрывали. То есть местные предполагали, что враг может оказаться внутри. А это вряд ли произойдет, если достаточно защитников на стенах. Без криков детей, без белья на веревках и компаний тетушек у колодца, замок стал тем, кем и являлся. Суровым воином, который ждет врага. Ужин в семье барона был однообразным, мясо и каша…

Следующим утром Аринэль, проснувшись, увидел Цеси. Которая вроде как должна быть в Брайбо. Она была в дорожной одежде, ее лицо было немного грязным, поэтому были видны дорожки от слез. Спала девушка оригинально, а именно сидя на коленях на полу, а голову положив на кровать. Парень несколько мгновений молча смотрел на нее, а потом погладил по голове. Конечно, Аринэль понимал, что Цеси, похоже, испытывает к нему нежные чувства. То есть пытаться прогнать ее занятие бесполезное, пусть даже и для ее блага. Блага ли? Может, это прозвучит цинично, но если он погибнет… А это значит, что и большинство Тайфолов тоже (если не все), то Цеси вряд ли ждет хорошее будущее. А так, если все сложится по самому плохому варианту, она тоже останется здесь…

На завтраке Цеси встретили удивленными взглядами. Но вопросов ей никаких задавать не стали. Более того… Этот завтрак. Отец сидел в поддоспешной одежде. Даже мама Саятана и Саманта сегодня сменили платья на удобные дорожные брючные костюмы. Это была не трапеза аристократов, а скорее прием пищи в полевом лагере. И логично, что Рэйса выдвинула стул и кивнула Цеси, чтобы та садилась…

В замке остались лишь те, кто будет его защищать, и те, кто будет помогать защитникам. В гостиной главного здания убрали всю мебель, перетащили кровати из казармы, в общем, превратили это место в госпиталь. Почему, собственно, не ту же казарму? Так-то логично, главное здание было самым защищенным и самым удаленным от степи. Также это был еще один штришок в портрет барона Тайфола. И вообще, в специфику отношений людей здесь. Отец был, безусловно, главным, но также он был своим. Никто не удивился такому вот решению, все восприняли это как должное.

Грег, вместе с Кристой и десятком рыцарей, сразу после завтрака покинул замок. Странно, но Аринэль был готов поклясться, что на лице брата в этот момент было умиротворение. Словно он нашел решение какой-то застарелой проблемы. Вообще, Грег как-то странно реагировал на вопросы о своей службе. Сначала Аринэль думал, это из-за того его друга, что разорвал помолвку. Но брат не переставал быть мрачным и лишь в те моменты, когда они тренировались, он становился… живым, что ли. Может, все-таки права Саманта насчет неразделенной любви?

Эти мысли играли в голове, пока Аринэль одевался в доспехи и потом шел к стене. Его, как стрелка, определили к эльфам.

Кстати, сразу было видно, кто из воинов раньше уже ходил по краю, а для кого этот бой первый. Бывалые бойцы все делали не торопясь, тщательно, без суеты. Они даже шутили. Для них мирное время со всеми проблемами, делами, оно уже осталось позади. Они точно знали, что увидят, что суетись не суетись, а если не дано выжить, значит, ничего не поделать. Нервничала в основном молодежь. Они обращали внимание на любой шум, без причины начинали поправлять амуницию, слишком громко разговаривали или, наоборот, еле давили слова. Кто-то сидел молча, уставившись в землю и стискивая рукоять топора. Они вздрагивали, когда к ним подходили, на их лицах отображался страх. И это нормально. Не боится только мертвый.

Поднявшись по скрипучим ступеням наверх, Аринэль подошел к брустверу стены. Он, бруствер, не имел зубцов, то есть здесь не воевали против врага, который стрелял в ответ. Это радовало.

Бесконечная зелено-коричневая, чуть холмистая равнина, под затянутым тучами серым небом. Слева извивалось змеей вдаль русло реки. Еще левее к реке подъезжали орки. Это была легкая конница, стрелки. Подростки, женщины. Где-то там были Дара и Таша. И Рэйса. Аринэль